Выбрать главу

— Ты это серьезно?

— Как никогда.

— Ладно, я возьму ключи и отвезу тебя. — Слова были произнесены быстро и жестко.

Рози резко мотнула головой:

— Нет, спасибо. Я возьму такси до «Бичлайн», а там стоит моя машина.

— Я же сказал, что отвезу тебя.

— А я сказала — нет!

Они пристально смотрели друг на друга. Ни в коем случае Розалин Фиона О'Ханлон больше никогда не приблизится к этому человеку, с его притягивающим ароматом лосьона после бритья.

Все было кончено.

Глава 12

Какое-то время Кент стоял как вкопанный. Он чувствовал себя пережившим артиллерийскую атаку. Сначала Кон, затем Рози.

Рози ушла.

Он закрыл глаза, выругался, в глазах у него были слезы. Не зная, что делать, он налил стакан холодной воды. Кент старался разобраться в случившемся. Только что она была в его объятиях, потом Кон пришел и ушел, и в следующий момент Рози исчезла. Он залпом выпил воду.

Может быть, она была права. Может быть, все, что случилось, к лучшему. Бывает, что двое людей не подходят друг другу, и этому никто и ничто не может помочь. Она была совершенно права, когда заявила, что он не давал ей уйти. Рози была честной с ним с самого начала, когда ясно дала понять, что не хочет пустых, ни к чему не ведущих отношений. А именно такими ему казались их взаимоотношения вначале. Даже когда она сказала, что хочет иметь семью, очень большую семью, он не прекратил свои ухаживания. Любой нормальный мужчина сбежал бы немедленно.

Но дело было в том, что он потерял способность разумно мыслить в тот момент, когда она, в разбитых очках и невероятных клетчатых носках, открыла ему дверь. А после первой тарелки супа, когда она захотела познакомить его со своей подругой, он совсем потерял голову.

Кент резко отодвинулся от серванта.

Чего же, черт возьми, она хотела? Мужскую версию старой сказки, героиня которой днем убирает навоз, а по ночам шьет грубую детскую обувь? И что при этом будет с его фирмой? У него там серьезные обязательства. И если Кон уйдет…

Держа стакан в одной руке и почесывая затылок другой, он растерянно соображал, что ему делать дальше.

Если Кон уйдет из фирмы, никакой надежды на то, что у него будет меньше нагрузки, не останется.

Губы его скривились в болезненной улыбке, когда он уловил иронию в том, что случилось. Рози покинула его потому, что он не мог уделять ей много внимания, а Кон потому, что он уделял ему слишком много.

Ладно. Он швырнул стакан в раковину, стакан разбился, осколки разлетелись по всей кухне, попали на сервант. Кент не стал их убирать. Черт с ними! Ему было все равно.

«Я люблю свою работу, и у меня нет времени на то, чтобы растить сотню детей». Возможно, и ему и Рози будет лучше с другими партнерами. И ему, безусловно, будет лучше, если он не взвалит на себя невыполнимые обязательства.

Кент посмотрел на часы. Уже половина десятого. Единственным местом, где он был сейчас нужен, оставался его рабочий стол.

Проклятый завтрак.

Не пойти туда он не мог. Но если повезет, он успеет поработать часок до того, как соберется семья. Черт, он займется как раз тем, чего Рози от него и ожидала, — работой. Пожалев себя, оставшегося в полном одиночестве, он схватил пиджак, ключи и направился к своей машине.

Рози свернула на дорожку, ведущую к дому, и почувствовала облегчение. Ей надо было побыть одной, зализать свои раны, но этому, видимо, не суждено было сбыться. Перед входом в дом стояла машина Джонас. Рози вздохнула, поставила свою рядом и, не в силах сдвинуться с места, осталась сидеть в машине.

Ей хотелось плакать, хотелось выплакать всю боль, которая скопилась у нее внутри. И ей нужен был Кент Саммертон, нужен до боли. По сравнению с этой болью даже операция на открытом сердце казалась нестрашной.

Она заставила себя выйти из автомобиля и подойти к лестнице. Вместо того чтобы подняться, она села на ступеньку, решив привести себя в порядок до встречи с Джонас. Она подняла камешек и бросила его вдаль, он не отскочил, а плавно погрузился в пыль. Глупый камешек.

Глупая Рози.

Она поступила именно так, как не хотела поступать. Влюбилась не в того мужчину. А она еще строила грандиозные, далеко идущие планы. И к чему это привело? К этим ступенькам, на которых она сидит и швыряет камешки. Жаль, что она не может заполнить ими свою пустую голову.

У нее не оставалось никакой надежды. Оказалось, что она просто рыжеволосая глупая женщина, запутавшаяся в своих проблемах, и этому трудно было помочь. К тому же это не предвещало ничего хорошего для ее будущих детей. У нее, наверное, ужасные гены, какая-то врожденная потребность, которая может сделать всех ее дочерей жертвами политиков или криминальных элементов. В доме, учуяв ее, залаял Фонт.