Рейчел была уверена, что согласна с этим. Он сделал глоток кофе и рассказал, что как раз сейчас пишет научную статью о своем путешествии в Африку.
– Вы не представляете себе, как это сложно, – сказал он. – Я имею в виду – взять невероятно интересные веши и переложить их на скучный язык научного журнала!
Она знала, что здесь должна засмеяться – и так и сделала.
– А о чем именно вы пишете? – спросила она.
– О фетишизме, – ответил он.
Она призналась, что не знает, что это такое.
– Большинство людей этого не знают, – сказал он. – Фетиш – это некоторый предмет, обычно – неодушевленный, но не всегда, в котором живет дух. – Он улыбнулся. – Иначе говоря, такая штука, которую ваш отец сочтет абсолютной чепухой.
Они оба рассмеялись.
– Расскажите мне о своей статье? – попросила она.
– Только в том случае, если мы выпьем еще кофе, – сказал он.
У Рейчел возникло ощущение, что Роуленду с ней хорошо, и эта мысль ее взволновала.
Когда кофе им налили, он начал рассказывать, а она внимательно слушала. Ей хотелось казаться умной в его глазах.
10
– Ближе к концу последнего месяца, который я провел в Африке, – рассказывал Роуленд Вандерлинден, – я поехал в Ндара, главное селение племени бома. Вы не слышали о нем, но один из обычаев бома широко известен в кругах антропологов: если молодая женщина бесплодна, предполагается, что ее муж должен спать с ее матерью. Потом, если у матери рождается ребенок, его отдают дочери, чтобы та его растила как своего собственного. В результате семейные отношения в племени бома могут быть невероятно сложными.
Но меня больше заинтересовал другой аспект жизни племени: я слышал, что их традиции, связанные с фетишами, весьма необычны, а потому решил, что должен увидеть это собственными глазами.
Я никогда раньше не был в Ндара и не ожидал, что путешествие окажется таким трудным. Пришлось плыть по реке Огове, потому что джунгли были густыми и не было никакой возможности передвигаться по суше. Я путешествовал на выдолбленном из дерева каноэ с тремя мужчинами из прибрежного племени. Двое из них были на веслах. Третий – старик, который бывал в Ндара раньше. Его звали Эфуа.
Но не то чтобы путешествовать по реке было намного безопаснее. Племена, живущие вдоль Огове, вовсе не дружелюбны и готовы в любой момент напасть на чужаков. Кроме того, был сезон дождей; река разлилась, и нам угрожали пороги и водовороты.
Антропологи часто делают открытия самым невероятным способом. Мы плыли по реке всего несколько часов, и тут я получил урок, который никогда не забуду.
Я сидел на корме лодки, и к полудню порядком проголодался. Эфуа дремал на носу, а гребцы, казалось, совершенно не собираются останавливаться на ланч. Поэтому я дотянулся до сумки с едой и вытащил банан. Я очистил его и как раз собирался откусить, когда один из гребцов резко поднял весло и выбил банан у меня из рук. Каноэ чуть не перевернулось. Эфуа проснулся и пришел в ужас.
У меня не было ни малейшего представления, что я сделал не так. Эфуа и гребцы поговорили между собой, а затем старик посмотрел на меня и с отвращением покачал головой. Он сказал, что я настолько невежественен, что представляю собой угрозу. Он только что убедил обоих гребцов не высаживать меня на берег, чтобы я познакомился с джунглями и враждебными племенами.
Я продолжал спрашивать, что я такого сделал. Он ответил, что если бы не проворство гребца, я откусил бы банан. Неужели у людей с кожей цвета навозной улитки (так они называют белых людей) нет ни капли благоразумия? Разве я не знал, что есть в лодке на воде – очень строгое табу? Даже самые маленькие дети знают, как это глупо.
Конечно, я спросил его, почему существует такое табу. Он велел мне заткнуться с моими «почему». Табу – это табу, и все. И расспрашивать про них – тоже табу.
Так или иначе, вскоре после этого мы сошли на берег и поели. Потом вернулись на лодку и проплыли еще несколько миль вверх по притоку. Уже ближе к вечеру мы добрались до Ндара.
Селение было действительно большое, примерно пять тысяч человек. Мы должны были сразу засвидетельствовать свое почтение вождю бома. Его резиденция находилась в центре селения рядом с огромным фиговым деревом. Эфуа предупредил, когда мы проходили мимо, что теперь нужно идти осторожно. Несомненно, это был их главный фетиш. Каждый листок, каждую веточку, которая падала, люди из племени бома забирали в хижины и хранили, как сокровище.