А Рихард, поглаживая ее волосы, говорил мягко, по-отечески, и эти слова вливались в ее сердце целительным бальзамом:
- Сейчас я отвезу вас домой, вы подниметесь тем же путем, каким и спустились. Переоденетесь и ляжете спать. Ваша жизнь войдет в привычное русло. Но мне придется поговорить с вашими родителями.
Элиана отстранилась и посмотрела на жениха:
- Вы хотите расторгнуть помолвку?
Круспе рассмеялся:
- Конечно же, нет, как бы вам этого ни хотелось бы. Я попрошу их перенести свадьбу на канун Дня Всех Святых.
- Почему? Ведь в канун Рождества не так уж плохо, как мы и собирались?
- А это для того, чтобы вы, meine liebe, не наделали глупостей, как вы обычно умеете.
Элиана не видела лица Рихарда, но поняла, что он улыбается.
***
Спустя полчаса, лежа в своей постели, Элиана вспомнила о Стэнли. Что могло случиться с ним, что он не приехал? Вопрос этот не давал ей покоя, заставляя ворочаться, сминая простыни. Но, в конце концов, усталость, накопившаяся за день, дала о себе знать, и крепкий сон смежил ей веки.
***
А что же Стэнли? Он действительно находился на полпути к Элиане, когда на пустынной дороге его перестрели неизвестные.
- Кошелек или жизнь! – прохрипел бородач в черной маске, приставляя мушкет к боку Сандерса.
- Выбор невелик, - поддакнул напарник первого разбойника.
Стэн струсил и спешился с лошади. Тут же его повалили в дорожную грязь, шаря по карманам в поисках наживы. В один миг в руках разбойников оказались билеты на пароход в Ирландию, мешочек с золотом, документы и чековая книжка. Припрятав все это в карман, бородач отрывисто произнес:
- Поднимайся, щеголь! Садись на свою лошадь и дуй отсюда домой, пока цел. Мы добрые… сегодня.
Второй разбойник загоготал, и нападающие растворились в ночи, оставляя Сандерса одного. Ему не оставалось ничего иного, как подняться с земли, вскочить на лошадь и помчать во весь опор домой. Его жизнь была большим сокровищем, чем счастье с Элианой де Круа.
***
- Мессир?
Рихард подошел к подозрительного вида личностям, потирая озябшие руки:
- Ну, чем порадуете?
- Мы остановили этого типа, Сандерса. Вот, держите, мессир. Все, что у него было при себе.
Бородач отдал Круспе мешочек с золотом, а также бумаги. Граф тут же отдал золото обратно:
- Поделите его между собой. Вы это заслужили.
- Спасибо, мессир, - улыбнулся мужчина, демонстрируя щербатые зубы. Его напарник согнулся в поклоне.
- Вы всегда верой и правдой служили мне, Берг и Шульц. Моя признательность вам не имеет границ. Исполните-ка вот что: отошлите чековую книжку и документы по почте, да уточните, чтобы все это добро попала прямиком в руки Чарльзу Сандерсу. Усекли?
- Да, мессир, - хором произнесли мужчины.
- Отлично, - усмехнулся Рихард и хлопнул в ладоши. – Но помните: ваши прямые обязанности никто не отменял.
- Завтра с утра – как штыки! – отрапортовал бородач Берг и удалился. Шульц проследовал за ним.
***
- Это что еще значит, сын? Какого черта я получаю твои личные бумаги по почте?
Чарльз Сандерс был крайне рассержен на ошеломленного сына, рассеянно взирающего на документы, которые сегодняшней ночью у него похитили разбойники. Он действительно не знал, как объяснить сложившуюся ситуацию, ибо это казалось ему несуразным.
- Понятия не имею, отец.
И это была правда. Но Чарльз пропустил эту фразу мимо ушей:
- Я не верю тебе. Ответь: ты потерял их, когда был в кабаке?
- Я не беру с собой важные документы.
- Тогда почему они оказались здесь таким странным способом? Еще скажи, что они загадочным образом исчезли из твоего кабинета, а потом – вуаля! Сюрприз!
Стэнли щелкнул каблуками, выказывая свое раздражение:
- Я не знаю. Может, кто-то из слуг…?
- Даже думать не смей! – рявкнул Чарльз. – Я верю своим слугам больше, чем тебе, родному сыну.
- Повторяю еще раз: я не знаю, как они тут оказались! – Стэн четко выговорил каждое слово, стараясь донести истину до отцовского разума.
В конце концов, старший Сандерс поверил сыну.
- Ладно, - произнес он. – Забирай свои бумаги и вон отсюда. Чтоб до вечера я тебя здесь не видел. Навести свою невесту, в кои-то веки. Не то по Лондону пойдут пренеприятнейшие слухи.
Стэнли и рад был уйти от неприятного разговора.
- Почему бы и нет? Буду только рад.
Сандерс удалился, и Чарльз остался гадать, не почудился ли ему в голосе сына плохо скрытый сарказм.
***
- Добрый день, мессир де Круа. Мадам, - Рихард поклонился Филиппу и поцеловал руку Мадлен.
- Рады видеть вас, граф, - улыбнулся глава дома. – Чем обязаны подобным визитом?
- Как поживает моя невеста? Здорова ли она? – Рихард постарался быть учтивым и едва сдержал улыбку, памятуя о прошлой ночи.
- Все еще спит, - ответила Мадлен.
- В таком случае, пускай отдыхает. Собственно говоря, я приехал к вам. Начну без предисловий. Я хочу, чтобы вы перенесли свадьбу на двадцать девятое октября.
Филипп изобразил неподдельное удивление:
- Могу я узнать, почему?
- Я руководствовался личными причинами, мессир де Круа. Если позволите, я дам столько денег, сколько требуется. Но свадьбу стоит перенести.
При слове «деньги» в глазах Филиппа зажегся алчный огонек.
- Мне, право, неудобно…
Круспе махнул рукой:
- Не изображайте из себя ангелочка, мессир де Круа. Все упирается в деньги, и за этим я не постою.
Секунда колебаний – и Филипп протянул Рихарду руку:
- По рукам.
Глядя на мужское рукопожатие, Мадлен думала о том, что многое в этом мире – совесть, честь и любовь – можно купить за деньги. Правы люди, утверждающие, что в этом мире правят звонкие золотые монеты – символ алчности и бездушия.
========== Бал у Кары ==========
В середине октября в доме Шарп давали пышный бал, посвященный предстоящему бракосочетанию Элианы де Круа и Рихарда Круспе. Подобная практика не была редкостью в высшем лондонском обществе, хотя, казалось бы, зачем устраивать бал в честь людей, которых вы толком не знаете? Но, как говорится, были бы деньги, а причина найдется всегда.
Каролина была взбудоражена. Она принимала активное участие в организации предстоящего торжества, помогая мачехе составлять список закусок для шведского стола, высчитывать примерную стоимость шампанского и игристых вин, которые следовало закупить, продумывать украшение зала… Все должно было быть идеально, как и полагается дому Шарп.
Поэтому, едва первый приглашенный гость ступал на порог дома виконта и его семьи, он поражался открывшимся его взору блеску и великолепию. В люстрах горели тысячи свеч, вдоль стен, с одной стороны, стояли столы с изысканными закусками; с другой – мягкие диванчики в нишах, где почтенные матроны могли обсудить последние сплетни и понаблюдать за танцующей молодежью, и где эта самая молодежь могла отдохнуть после веселых танцев.
Элиана вместе с родителями прибыла после церемонии открытия бала. Она была чудо как хороша в своем шелковом платье салатного цвета с пышными кремовыми кружевами на рукавах и подоле. Волосы были собраны в сложную прическу, из которой вьющиеся пряди падали на спину. Один кокетливый локон был нарочно выпущен и теперь непринужденно касался щеки.
На входе слуга помог снять ей норковое манто и такую же миленькую муфточку, которую ей, специально для этого бала, подарил Рихард. Элиана и Мадлен тут же переобулись в сафьяновые бальные туфельки, чтобы смотреться изящно и непринужденно на начищенном до блеска паркетном полу.
Тут же к ним навстречу поспешила Каролина. Кораллового цвета платье, несомненно, шло ей, и Элиана отметила это про себя, окинув будущую миссис Сандерс проницательным взглядом. В душе у нее шевельнулись ревность и некое подобие обиды, но девушка не смогла не улыбнуться в ответ на добродушную и открытую улыбку мисс Шарп.