Мы – поколение «неприкасаемых», которое оказалось заперто в настоящем, религиозно нерепрезентативном прошлом, которое никак не может разрешиться положительной истиной в жизни людей. Страх на прикосновение к другому продолжает довлеть над обществом. Одно дело, когда один народ убивает другой, но совсем другое, когда в бескровной войне холодных человеческих отношений, гибнут и холодеют тела от отсутствия прикосновений. Не знаю, проводил ли кто-нибудь исследование на предмет количества и качества прикосновения человека к другому человеку в течении дня. Мне думается, что эта статистика не будет положительной, в которой люди неделями и месяцами не прикасаются друг другу. Особенно от нехватки прикосновения страдают старые люди (родители), обнять старого отца или мать, для многих, все еще остается стыдливым явлением.
С другой стороны, базовый образ жизненности тела в Слове зафиксирован на имени женщины – Ева, которая в сущностном значении слова переводится как «жизнь». В этом пространстве бытия двух людей, прикосновение считается самым таинственным из всех ощущений человека и призвано пробуждать тела людей к жизни. Оно связано и с внешним и с внутренним восприятием. Такое прикосновение приводит в волнение и в движение нечто внутреннее, когда человек может сказать про себя – «я затронут». Такое прикосновение, проникая через все оболочки и защиты, попадает в особое «место себя»: себя истинного, не обусловленного ничем внешним – место своего собственного начала. Вспомним историю Авраама, который прежде чем отослать своего раба за невестой для сына Иакова, заставляет его прикоснуться к чреслам старого патриарха, чтобы он осознал, что значит живое тело. В данном случае подразумевается не мертвое тело как труп, а тело чья «смерть» еще только устанавливается, и которое прежде чем умрет, должно воскреснуть к жизни вечной.
Современный мир меняется слишком быстро, но и слишком медленно. Слишком быстро в событиях и слишком медленно в базовых религиозных системах образов. Это относится к закону и его запрету на прикосновение к нечистому. Фарисейские одежды понимания «чистого и нечистого» до сих пор не сняты с плеч современного человека. Вот как об этом говорится у пророка Аггея: «Спроси священников о законе и скажи: если бы кто нес освященное мясо в поле одежды своей и полою своею коснулся хлеба, или чего-либо вареного, или вина, или елея, или какой-нибудь пищи: сделается ли это священным? И отвечали священники и сказали: нет. Потом сказал Аггей: а если прикоснется ко всему этому кто– либо, осквернившийся от прикосновения к мертвецу: сделается ли это нечистым? И отвечали священники и сказали: будет нечистым. Тогда отвечал Аггей и сказал: таков этот народ, таково это племя предо Мною, говорит Господь, и таковы все дела рук их! И что они приносят там, все нечисто». Против этого «нет и будет нечистым» боролся апостол Павел, говоря – «для чего вы, как живущие в мире, держитесь постановлений: «не прикасайся», «не вкушай», «не дотрагивайся» [что все истлевает от употребления], по заповедям и учению человеческому». В книге Зогар есть притча как между учителем и учеником возник вопрос – «откуда мы учим, что кровь грызунов нечиста? Усмехнулся ученик и привел фразу из Писания: «и это вам нечистое». Сказал ему учитель – «По изгибу твоих губ вижу, что воображаешь ты себя большим мудрецом. Ох, не вернется сын к отцу». Другими словами закон о нечистоте всегда будет выглядеть нелепо в буквах, но духовен в прообразах. И не вернется сын к Отцу, если одежды закона будет принимать за сам закон.
В учении апостола – «не прикасайся и не вкушай», речь идет не только о пище и питии, но и о том что современный фарисей продолжает видеть в прикосновении к женщине нечистоту: «Видя это, фарисей, пригласивший Иисуса, сказал сам в себе: если бы Он был пророк, то знал бы, кто и какая женщина прикасается к Нему, ибо она грешница». Истинный образ человека состоит из двух – мужчины и женщины, где двое всегда прикасаются в одну плоть и исцеляются от главной болезни человека – одиночества и пустоты жизни. Где «двое в одну плоть», есть наивысший тип прикосновения. Вспоминается история философа Фалеса, который назван отцом мудрости не потому только, что нечто сказал о единстве мироздания, но что правильно отреагировал на встречу с женщиной. Этот мудрец всю жизнь искал истину, вглядываясь в небо и, однажды за этим занятием упал в яму. Молодая женщина фракиянка посмеялась над ним и сказала, что прежде необходимо твердо ходить по земле и тогда только будет обеспечен успех на небе. Надо думать, что он прозрел не только, когда женщина смеялась над ним, но и когда подала ему теплую и мягкую руку, то есть прикоснулась к нему. А может быть «новые небеса» он открыл для себя тогда, когда впервые разглядывал ее снизу вверх и прикасался к ней взглядом.