— Пристегните ремень. Нам надо ухитриться улететь, не получив несколько очередей вдогонку.
Александр оказался прав. Едва они набрали высоту и быстро полетели в сторону леса, как с той самой площадки, которую они только что покинули, замелькали огненные следы трассирующих пуль. Сыщик поспешил увеличить скорость, и вскоре они уже не слышали ничего, кроме мерного гула работающего винта.
Первый час полета прошел спокойно, и Александр понемногу расслабился.
— Могу я вам задать один нескромный вопрос? — спросил он, весело оглянувшись на Долорес.
— Пожалуйста, — удивленно разрешила та.
— Что произошло и почему этот тип так неожиданно вас отпустил? — Сыщик никак не ожидал, что этот вопрос заставит девушку покраснеть.
— Я… даже не знать, как это случаться, — отведя глаза, забормотала она, — ну, в общем… Мне бы не хотелось про это говорить.
— Нет уж, пожалуйста, — улыбаясь, настойчиво попросил Александр.
— Он так сильно упираться в меня… Вы сами понимать, чем… И я думать: когда мужчина так возбужден, то… В общем, я протянуть рука назад и…
— Теперь все понятно, — расхохотался Александр. — А вы знаете, что я застал его за просмотром порнографического фильма?
Теперь уже и Долорес принялась хохотать, да так, что на глазах выступили слезы.
— Я надеюсь, мы еще встретимся до моего отъезда из Аргентины? — неожиданно спросил Александр, когда они оба немного успокоились. Долорес вскинула на него внимательный взгляд, уловив в голосе сыщика новую интонацию.
— Да, конечно. Я живу на улице Лос-Риос и охотно приглашать вас в гости.
— Кстати, а вы не прихватили с собой образцов этого волшебного тонэра?
Александр задал этот вопрос лишь для поддержания беседы, но Долорес вдруг полезла в карман своей джинсовой куртки и извлекла оттуда кусок темно-желтого органического вещества, похожего на янтарь.
— Я украсть этот образец из лаборатория Эрхардт, — пояснила она.
— Прекрасно. А что, он действительно омолаживает организм?
— О да! И очень повышать мужская сила.
— Какие замечательные свойства!
— Но ведь вам пока не надо ни тот, ни другой? — лукаво заметила Долорес, и тут уже слегка смутился Александр.
— Нет, пока не надо. Надеюсь, что мне еще удастся вам это доказать.
Долорес поняла его намек и скромно промолчала.
После этого разговор прекратился сам собой — они слишком устали от сумасшедших событий этой ночи. Александр, который не спал уже почти сутки, то и дело протирал слипающиеся глаза, следя за показаниями приборов. Долорес тихо дремала в кресле рядом с ним.
На горизонте медленно заалел рассвет, и вскоре стало совсем светло. Еще час полета — и Александр заметил два полицейских вертолета, которые летели им навстречу. Пилот первого из них сделал ему знак, сыщик согласно кивнул, и все три вертолета полетели в одном направлении.
Долорес проснулась лишь тогда, когда под ними уже простиралось летное поле аэродрома. Александр с трудом посадил машину, поскольку ему давно не приходилось этим заниматься, и, устало откинувшись в кресле, с улыбкой посмотрел на свою спутницу. Из полицейских вертолетов поспешно выскакивали люди и бежали к ним.
— Не знаю, как вас благодарить, — пролепетала Долорес, — вы такой отважный мачо…
Сыщик наклонился в кресле и нежно привлек ее к себе.
Подбежавшие полицейские в растерянности уставились на томно целующуюся парочку, не обращавшую на них ни малейшего внимания.
Спустя месяц все аргентинские газеты пестрели кричащими заголовками: «Раскрыт могущественный преступный концерн!», «Битва в непроходимой сельве между преступниками и полицией! Большие потери с обеих сторон. Часть преступников скрылась в сельве!», «Тонэр — волшебное средство молодости?», «Взорванный индейский храм и погребенная под ним лаборатория», «Арестован главарь мафии».
Но Александр уже давно был в Москве, где занимался расследованием совсем другого дела…
4
— Значит вы утверждаете, что у вас пропала дочь? — сухо спросил Николай Александрович Гунин, отводя глаза в сторону, чтобы не встречаться с откровенно-призывным взглядом Лидии Михайловны Лозинской. Эта пятидесятилетняя модно одетая дама сидела напротив него в позе светской львицы и томно курила. Разговор происходил в рабочем кабинете Гунина.
Александр примостился на подоконнике, внимательно наблюдая за обоими.
— Ну и как же это случилось?
— Неделю назад она ушла из дома, не оставив записки, — страдающим тоном произнесла Лидия Михайловна. — И до сих пор не появлялась.