– Думаю, вы из далекой страны, – отметила она. – Люди Аль Бекра либо сильные, либо красивые, но редко и то и другое вместе. Вы не очень красивый… – добавила она, и в золотистых глазах сверкнуло веселье, – …тем не менее, вы мне нравитесь!
Прежде чем Мэйсон успел ответить, впереди промелькнула тень. Это был белый леопард Нирвор. Остановившись, он стал неотрывно смотреть на людей. Мэйсон почувствовал, как по позвоночнику пробежала дрожь. Разумеется, создание было лишь животным… но в его взгляде виднелась смерть и странный свет разума…
Леопард грациозно прыгнул в сторону и скрылся из виду.
– Это демон. Бокиа, тот, что черный, – это убийца, а белый, Валеста – как Малик Таус, павлин-дьявол восточных племен. Быстрее! – прошептал Эрих.
Теперь дорога пошла вниз, по крутым наклонным скатам, пустым и освещенным бледно-зеленым свечением. Один раз им встретился робот, но лучевое оружие Эриха тут же обездвижило его. Они спускались в скрытые глубины под затерянным древним городом…
А Мейсона преследовал по пятам страх. Ужас, который он не мог подавить, зародился, когда появился белый леопард. Необъяснимая уверенность, что опасность подстерегает их за каждым углом…
На них напали без всякого предупреждения. Из мрака бокового прохода вылетела черная молния – Бокиа! Она прыгнула прямо на голову Эриха, и, если бы не Мэйсон, без особых раздумий толкнувший его в спину, шумер бы точно умер от длинных клыков зверя. Острый, как бритва, коготь оцарапал руку Мэйсона. Он почувствовал, как щеку задел мех, – так близко прошла смерть. Затем леопард, казалось, развернулся, еще не приземлившись на землю, зеленые глаза ярко блестели.
Но Эрих вытащил ятаган. С яростью, не меньшей, чем у напавшего на них зверя, он пригнулся и свирепо оскалил зубы.
– Назад, Мэй-жон! Защищай Аласу! Твой кинжал короче, чем мой клинок, – дай мне расправиться с адским отродьем.
Мэйсон заслонил собой девушку и вытащил кинжал. Леопард начал наступать на Эриха, непрерывно размахивая хвостом. И…
Все погрузилось в темноту.
Стержни, испускающие зеленый свет, погасли. Толстое покрывало темноты окутало проход.
БЛИЗОСТЬ СМЕРТИ помогла Мэйсону получить вдохновение.
– Оружие, Эрих! Оружие Мурдаха… – прокричал он.
Мэйсон не знал, парализует ли луч леопарда. Но мерцающее яйцо, по крайней мере, немного разгонит темноту, – чего будет достаточно, чтобы не дать леопарду напасть совершенно незамеченным.
Мэйсон не понял, услышал ли его Эрих. Пол под ногами задрожал. Он содрогался и уходил из-под ног, пока Мэйсон изо всех сил пытался сохранить равновесие. Он почувствовал, как Аласа мягко врезалась в него, а затем они стали стремительно падать в бездну.
Они пролетели совсем немного, а куча мехов спасла от травм. В адской темноте Мэйсон расслышал неровное дыхание девушки. Вытянув руку, он дотронулся до теплого, нежного плеча.
– Ты в порядке? – спросил Мэйсон.
– Думаю, да. Но… Эрих?
Мэйсон выкрикнул имя шумера. Ответа не последовало.
Зато помещение осветилось.
Они оказались в крошечной камере, метр на два или даже меньше, с металлическими, голыми стенами и потолком. Мэйсон встал, стискивая кинжал.
– Хотя Бокии не удалось расправиться с вами, – я такой ошибки не допущу. Я умнее, чем мои леопарды.
Голос Нирвор! Серебряной жрицы!
Мэйсон быстро осмотрелся. Невидимая женщина тихо посмеялась.
– Никто из вас не убежит отсюда. Вы умрете. А Владыка не узнает, что вас убила я. Потому что, когда кентавр ест, то не оставляет даже костей.
Даже в такой момент Мэйсон нашел время подумать о том, почему Нирвор стала питать к нему такую ненависть. Потом он вспомнил свои последние слова и то, как отшатнулся, увидев в глазах серебряной жрицы чужеземный ужас. Нирвор тоже помнила – и никак не могла простить это оскорбление.
– Я шла за вами, – продолжал холодный голос, – пока вы не добрались до ловушки над жилищем кентавра. Если Владыка слишком самоуверен, чтобы охранять себя от предательства, я сделаю это за него. Поскольку Греддар Клон обещал вернуть славу Коринура, находящегося под покровительством Селены, вы, его враги, умрете… сейчас!
Пол резко задрожал. Мэйсон и Аласа снова полетели вниз, приземлившись на подстилку из хрустящей соломы. Они оказались в тускло освещенном помещении, большом, с высоким потолком. На первый взгляд там было пусто, хотя в дальнем углу лежала какая-то большая черная куча.