Выбрать главу

— Прививка? Мозг отформатирован? Какой-то бред…

— Да, вижу, крепко тебя приложило. Такое случается, если только человек что-то важное забыть хочет. Даже не важное, а самое главное для него. Редко случается… Тогда придется мне рассказать… Тогда слушай… Случилось это в те времена, когда девки были краше, водка крепче, а артефакты кудрявее…

Если быть точнее, случилось это холодным летом две тысячи восьмого года. Не было еще ни «Долга», ни «Свободы», ни военсталов, ни наемников — только «вольные» сталкеры да «крышующие» их бандиты. Зато всего остального хватало с избытком — почти как теперь. Аномалии, мутанты, зомби, Выжигатель мозгов, выбросы и байки о всемогущем Монолите за Саркофагом.

Плюмбум тогда был еще совсем «зеленый» — Зону благодаря природному дару чувствовал неплохо, алгоритмы ходки отработал до автоматизма, опыта поднабрался, но иногда мог совершить ошибку глупее не придумаешь. И одна такая ошибка обернулась большой бедой.

Будучи человеком не чуждым науке, Виктор редко отказывал исследователям с ученой степенью. Богатый турист, коллекционер или перекупщик всегда мог заплатить больше, но когда приходилось выбирать, Плюмбум отдавал предпочтение «яйцеголовым». Первые два года после Большого Выброса систематические исследования Зоны не проводились — академический мир пребывал в шоке от того, как резко и необратимо изменилась Зона отчуждения. Поэтому в растущие на окраинах Чернобыля сталкерские поселки приезжали в основном самые нетерпеливые энтузиасты. Поначалу им хватало для счастья пары простых артефактов, туши свежеподстреленного мутанта или видеокассеты с записью действия примитивной «жарки». Потом аппетиты начали расти. Ученые захотели все увидеть своими глазами, обнюхать, измерить, запротоколировать, и на Южном Кордоне, еще не перекрытом миротворческим батальоном, возник научный лагерь «Бастион» — два десятка палаток, полевая кухня, клетки для мутантов, три трейлера с измерительным оборудованием и спутниковой связью. Сюда наведывались и совсем юные студенты, и седовласые профессора, и бородатые доценты с гитарами, и симпатичные аспирантки. Жили весело, интересно, по ночам собирались у костра, чтобы попить горячего чая с огня и попеть Окуджаву и Высоцкого, Щербакова и Медведева, Цоя и Шевчука.

Плюмбум стал в «Бастионе» постоянным гостем — общество бичей и мародеров, из которых в то время состояло племя крадущихся, тяготило его. Разумеется, и яйцеголовые проявляли к нему повышенный интерес, а узнав, что он некогда трудился в Институте медико-биологических проблем, называли не иначе, как «коллегой». Расспрашивали о сталкерских уловках, о наиболее популярных маршрутах, о повадках мутантов в естественной среде обитания, требовали пересказывать самые нелепые легенды, старательно все это записывали, задавали уточняющие вопросы. Виктор помнил, конечно, одно из главных правил сталкера: поменьше говорить, побольше слушать — но ученые обезоруживали своей детской непосредственностью, житейской наивностью и неиссякаемой жаждой новых знаний. Позднее он встречал и других ученых — скучных и уставших, отрабатывающих часы за грант, склочных, вредных и интригующих на пустом месте. Но те, самые первые, были настоящими фанатиками, и Плюмбум искренне уважал их за преданность делу.

Однажды физик Ветров из Донецка привез в лагерь карту, которую купил через Интернет за две тысячи долларов. Цена сумасшедшая, но ученый был уверен, что это хорошее вложение средств, которое быстро окупится. Карту изготовили вручную, и масштаб на ней был, мягко говоря, не выдержан. Тем не менее указанные объекты имели приписки, и разобраться, что на ней к чему было вполне возможно. Карту показали Плюмбуму. Тот критически изучил ее и дал пренебрежительный отзыв: дескать, многие рисуют и «лохов» на это дело ловят. На карте изображен маршрут по западной границе Зоны с проходом к Третьему энергоблоку. Никто никогда туда не ходил из-за высокой аномальной активности, значит карта липовая. И еще — что это за головастик в конце маршрута нарисован? И что означает приписка: «ЛЕТА»?..

Но Ветров буквально сгорал от энтузиазма и объяснил Виктору, что это, коллега, открытие века, что в Зоне образовался естественный информационный накопитель, а «Летой» его прозвали остряки-самоучки в честь реки забвения, протекающей, согласно древнегреческой мифологии, в подземном царстве Аида. Точнее ее было бы, конечно, назвать «Мнемозиной» — рекой всезнания, которая протекает рядом с Летой, но откуда этим двоечникам знать мифологию? Нахватались по верхушкам… Но скажите, коллега, на карте обозначены реальные ориентиры? Ах, все-таки реальные? Тогда почему вы сомневаетесь в ее достоверности?