Вода заполняет первый чан и начинает с шумом переливаться через край. Она с журчанием бежит по выдолбленному в скале желобу куда-то вниз. Я останавливаюсь передохнуть. Семь маленьких водопадов исправно обрушиваются с потолка в котлы, а оттуда - в желобы. Пол в зале мокрый и блестит в свете пристроенного на стене факела. Я хожу осторожно - боюсь поскользнуться. Мне очень хочется знать, как дела у моего друга. Я точно уверен: человек внизу - мой друг. Но прежде здесь были не только я и он. Остальные ушли. Мы по своей воле согласились остаться в подземельях и извести живущее в глубинах чудовище. Правильно, я даже помню, что мы видели эту мерзость! Она была похожа на большую рыбу и плавала в земле, прокладывая себе ходы. Я ей сделал больно, отчего она очень разозлилась. Кажется, ударил ее...
Пол в зале с котлами уже на палец покрыт водой. Факел почти погас, затушенный брызгами. Мне пора уходить. Я точно знаю, куда идти - вон в тот темный коридор. Он выведет меня на поверхность, а там меня ждут. Мой друг тоже должен сейчас искать выход наверх. Интересно, зачем нам понадобилось так много воды? Чудовище разве ее боится?
Я делаю несколько шагов в сторону коридора, и тут каменный пол под моими ногами с грохотом раскалывается. На миг я вижу под собой горящие зеленоватым светом круглые глаза, числом четыре или пять. Я не могу удержаться на ногах, падаю, пытаюсь ухватиться за край трещины, но камень под пальцами крошится. Вода с радостным урчанием устремляется в пролом, волоча меня за собой. Подо мной что-то яростно щелкает и громыхает, я вижу отраженные от влажных стен зеленовато-синие сполохи, от которых слепнут глаза. Снизу неожиданно начинает бить горячий пар и раздается оглушающее шипение. Я еще несколько мгновений болтаюсь на краю, цепляясь из последних сил, но пальцы неудержимо разжимаются, разжимаются... и я с воплем лечу вниз.
По здравому рассуждению, я должен был либо приземлиться точнехонько на голову бушующего чудовища, либо здорово треснуться об пол нижнего зала. Но ничего подобного не произошло. Вокруг меня закружил голубовато-белый мертвенный свет, точно я угодил в странную колдовскую вьюгу. Мне казалось, будто я умираю, и это было очень больно. Вернее, не столько больно, сколько обидно - я непременно хотел убедиться, что подземная тварь издохла.
Синеватый свет сменился на пронзительно-белый. Я зажмурился, но перед глазами все равно мельтешили цветные пятна. А потом я и в самом деле обо что-то ударился. Сильно ударился. И с того мига ничего толком не помню.
Наверное, я долго спал. А когда проснулся - вокруг была темнота с редкими злыми огоньками. Я попытался пошевелить руками или ногами - не получилось. Их точно не было. Пропали. Отвалились. Все, что у меня осталось - голова да глаза, пялившиеся в непроглядную черноту. И воспоминания, о которых я не мог даже сказать - мои они или чьи-то другие.
Интересно, как такое могло случиться - в моей голове поселилась чужая память? Ведь я точно знаю - мои сны повествуют о том, чего я сам никогда не встречал. И все они - страшные. Наверное, у того человека, которому они снятся, была очень тяжелая жизнь... А у меня? Какая жизнь была у меня до того, как я вошел в подземелье и упал в белое мертвое пламя? Кто я был? Откуда? Как меня звали?..
* * *
Сегодня опять был плохой сон. Впрочем, "сегодня" - это неправильно. Здесь нет ни "сегодня", ни "вчера", ни "завтра". Просто сон закончился, я пришел в себя и снова отправился темными путями неизвестно куда.
Я видел какую-то неизвестную мне землю. Видел с высоты, точно стоял на склоне горы. Передо мной лежала ярко-зеленая долина, рассеченная надвое широкой рекой. Наверное, в этой стране было лето. Река блестела под солнцем, в ее излучине расположился маленький городок и его крыши тоже блестели. Все было такое нарядное, праздничное и красивое. Еще я сумел разглядеть дорогу, ведущую к городу, и что-то, неспешно движущееся по ней.
А потом на долину легла тень. Она появилась из-за горизонта и неумолимо направилась к ничего не подозревавшему городу. Я посмотрел на небо, но там не было никаких туч или облаков - чистое голубоватое небо с белым солнцем.
Черная тень с багровой каймой накрывала цветущую долину. Вот она коснулась русла реки и поползла дальше. Веселое сверкание воды погасло. Мне показалось, что река в этом месте высохла и я вижу потрескавшееся каменистое дно.
Тень достигла города, миновала его, двинулась дальше... Я было облегченно вздохнул - дома остались стоять на месте. Но налетел порыв ветра - и здания начали рассыпаться, точно были сделаны из сухих песчинок. Я слышал непрекращающийся зловещий шорох - городок на глазах таял. Вскоре на его месте осталось только угольно-черное пятно, разносимое усиливавшимся ветром.
Я на миг представил себе огромную пустынную страну, в которой остался только тоскливо посвистывающий ветер, гоняющий туда-сюда кучки легкого пепла. Представил... И проснулся. И долго лежал, уставившись в бездонную яму передо мной. На душе было тоскливо. Неужели смерть и в самом деле выглядит именно так - бесконечной цепочкой страшных снов? Может, попробовать не спать? Легко сказать, я ведь не могу отличить - сплю я или нет?
...В следующий раз я увидел горы. Заостренные причудливые пики рвались к низкому небу. Радужно переливался чистый снег. У подножия гор, на пологих холмах, рос густой сосновый лес. Здесь царила зима - холодная, с метелями и буранами.
На опушке леса раскинулся поселок. Почему-то я был уверен, что он мне знаком. Четыре десятка добротных деревянных домов, замерзшее озеро и впадающая в него смоляно-черная лента речки. Склон холма, по которому бегали наперегонки дети и собаки. Жаль, что я не мог слышать их голосов. Я видел направляющихся по своим делам людей, один раз неторопливо прошла лошадь, деловито тянувшая за собой груженый возок. Вроде ничего особенного, но я хотел, чтобы этот сон никогда не кончался...
Потом пошел снег - все гуще и гуще. Начало смеркаться. Я ожидал, что в окнах загорятся огоньки - мне хотелось посмотреть на них - но избы по-прежнему оставались темными.