Внезапно та же самая рука, которая когда-то ласкала его, отвесила ему пощёчину. Со всей силы.
Алекс вздрогнул от неожиданности.
— Это ещё за что?
— Ты напугал свою бедную старую маму. А теперь, — она обратила всю силу своих прищуренных голубых глаз на Лиама, — изложи свои условия, Колейн.
Я осторожно подкралась к Лиаму. Разве я могла произвести впечатление, прячась за спиной моего Альфы, точно испуганный щенок? Определённо нет. Я не думала, что когда-нибудь смогу внушить кому-то страх, но надеялась, что смогу произвести впечатление достойного соперника.
Я стояла сейчас так близко от Лиама, что могла чувствовать ровное биение его сердца. Интересно, стучало бы оно сейчас барабанным боем, если бы я не подняла руку, и не вызвалась стать его секундантом? Воспоминание о том, как Кассандра съела сердце Джулиана Мэтца, чтобы заполучить его связь с Сосновой стаей, заставило мой взгляд скользнуть по полю, к завёрнутому в простыню телу павшего Альфы. Желчь подступила к моему горлу при виде рубиновых пятен, расцветших на белом хлопке. Я стиснула зубы.
— Как и обсуждалось, мы с Несс назначим дату и место проведения дуэли, и мы имеем право уведомить вас не ранее, чем за полдня, — сказал Лиам.
— Я не дам тебе мной командовать.
— Тогда мы не договорились.
Кассандра поджала губы.
— Я согласна на уведомление за двенадцать часов, но мы должны будем провести дуэль до конца лета.
— Мы проведём дуэль тогда, когда мы с моим секундантом решим это сделать, — ответил Лиам.
— Будь благоразумен, Колейн. У нас есть стаи, которыми нужно управлять и о которых нужно заботиться. Если мы будем затягивать, это будет нечестно по отношению к ним. Давай уже покончим с этим как можно скорее. Уверена, это и в твоих интересах тоже.
Было ли это действительно в наших интересах или только в её?
Лиам посмотрел на меня сверху вниз.
— Несс?
Лето закончится чуть больше чем через месяц. Будет ли этого достаточно?
Несмотря на то, что мне не хотелось уступать Кассандре ни на йоту, я кивнула.
Лиам снова сосредоточился на Альфе ручейных.
— Значит, до конца лета. Но, Морган, если твой сын или любой другой ручейный, — пристальный взгляд карих глаз Лиама прошёлся по полю, усеянному оборотнями в человеческом обличье, после чего снова вернулся к Кассандре, — если кто-нибудь из них причинит вред моим волкам или их семьям, твой сын и кузен будут казнены без суда и следствия.
Кузен Кассандры, который десятилетиями выдавал себя за охотника, ненавидящего оборотней и собиравшего информацию о нашей стае, смотрел на нас с Лиамом сквозь бифокальные очки в тонкой оправе, сидящие на переносице, и теребил мочку уха.
— Алекс будет вести себя так, как я и говорила.
Кассандра схватила сына за запястье.
Дуэль затупила её ногти, которые прошлой ночью выглядели достаточно острыми, чтобы выколоть глаз, но каким-то образом её бордовый лак остался на месте. А был ли это лак? Когда я прищурилась и посмотрела на её пальцы, она отпустила запястье сына и сжала ладонь в кулак.
— Однако это касается обеих сторон, Колейн. Если до дуэли моему сыну или Эйдану причинят какой-либо вред, выбор времени и даты возвращается к нам.
Тёплый ветерок растрепал пряди моих светлых волос и откинул мне на глаза. Я попыталась убрать их назад, но мне не сразу удалось это сделать.
— Алекс и Эйдан обязаны нам жизнью, так что у тебя нет права выдвигать требования.
— Несс права, — сказал Лиам. — Тебе повезло, что они вообще живы, и что мы вернули Алекса.
Кривая улыбка тронула её окровавленные губы.
— Осторожно, Колейн, — сказала она, делая шаг навстречу Лиаму, — мы сильно превосходим вас числом.
Стая ручейных сегодня увеличилась на целую сотню, что сделало мою стаю с её сорока волками ещё одной крошечной точкой на карте оборотней.
— Это угроза? — зарычал Лиам.
— Это предупреждение.
— А я-то думала, что вы пришли с миром, — сказала я.
— Мы предлагали вам мир, — отрезала она. — Твой Альфа отказался.
Я плотно сжала челюсти. Она была права. Она действительно предлагала мир, но Лиам настоял на дуэли с ней.
— Разве моя просьба не причинять вреда моему сыну или кузену возмутительна?
— Они не будут убиты, — сказал Лиам после паузы. — Удовлетворена?
— И их не будут пытать, — добавила она.
Лиам скрестил руки на груди.
Пока она ждала ответа Лиама, глаза Морган начали загораться, как будто её волчица боролась за то, чтобы вырваться наружу.