Во всеобщей суматохе я вскочила и начала пробираться к Марку. Он не стал дожидаться, пока откроют барьер и легко перескочил его. На середине зала мы встретились, и он на радостях закружил меня под аплодисменты присутствующих. Вышло совсем, как happy end голливудского фильма.
- Улыбнись же, наконец, глупышка – шепчет любимый, прижимая меня к себе. - Теперь у нас все хорошо, правда?
- Правда, - я улыбаюсь ему.
Но мой прекрасный канадец смотрит куда-то поверх моей головы.
- Подожди минуту, - просит он. – Всего минуту.
Я вижу, что Марк подходит к Лоре. Они молча смотрят друг на друга.
- Благодарю, - тихо говорит мой любимый и целует руку женщины. – Это было великодушно.
- Я едва не погубила тебя. А ты простил.
- Каждый из нас может совершить ошибку. Главное ее вовремя исправить.
- Да… ошибку, - шепчет Лора. – Как же я ошиблась.
Она вдруг порывисто обнимает мужчину и лихорадочно шепчет что-то ему на ухо. Потом целует в губы и отталкивает.
Я вижу, как загораются глаза Марка. Он отвешивает Лоре легкий поклон и идет ко мне. На его губах играет загадочная улыбка.
- Что она тебе сказала? – интересуюсь я.
- Да так, ничего особенного. Прощения просила.
- Ой ли? – прищуриваюсь я. – Это что-то очень польстило твоему мужскому самолюбию.
- Глазастая моя, - смеется Марк. – Идем. Мне не терпится покинуть эти жуткие стены.
К нам подбегает Диззи и бросается на шею другу.
- Ты свободен, свободен! – ликует трубач.
- Ты сыграл в этом далеко не последнюю роль, - обнимает его Марк. – И все наши из ресторана. Я еще долго не смогу отблагодарить вас.
- Да какие благодарности, - машет рукой Диззи. – Твоя главная спасительница рядом. А мы так, делали, что могли. Наши все ждут тебя вечером. И никакие отговорки не принимаются. Все безумно скучали без твоего голоса. Вокалом и будешь расплачиваться. Разумеется, мы ждем и вас, мисс.
- Я не знаю, - нерешительно бормочу я. – Удобно ли. И потом, мои друзья. Я бы хотела …
- Обязательно, - воскликнул Диззи. – Наши будут просто в восторге. Ваша цирковая программа гвоздь сезона. И принимать артистов – большая честь для нас.
- Хорошо, - сдаемся мы с Марком. – Но пока наша главная задача выбраться, наконец, отсюда.
Но удается это не сразу. Едва мы пошли по коридору, как попали в плотное кольцо репортеров. Защелкали камеры. Микрофоны назойливо тыкались в лицо. Но, на наше счастье появился Вайз и провел нас через черный ход.
- Чарльз, вы в который раз нас спасаете, - с чувством произнесла я, когда мы оказались на улице.
- О, мисс, какие пустяки, - улыбнулся адвокат.
- Вовсе и не пустяки, - возражаю я. – Вы тоже должны быть с нами вечером. Как один из самых главных участников.
- Ну что же, я не откажусь. До вечера. – Чарльз приподнял шляпу и неспешно удалился.
А я потащила Марка искать моих друзей. Они должны были ждать меня в маленьком парке рядом со зданием суда. Они ждали. Арчи сидел на скамеечке. Над ним склонилась Кьяра. Телль стоял неподалеку.
- Что еще стряслось? – занервничала я.
- Посмотри на его руку, - Кьяра закатила рукав рубашки Арчи.
Я только охнула. Рука была в синих пятнах. Смутная догадка осенила меня.
- Арчи, ты почему ничего не сказал? – набросилась я на него. – Беда с вами, мужиками. Всех геройствовать тянет. Это ведь я в нервном расстройстве твою руку сжимала. Да еще как.
- Подумаешь, - проворчал Арчи. – Вот прямо умирающего нашли.
- Сейчас хоть платок намочу, - сказала Кьяра. - В фонтане. Холод приложить нужно.
- Мадемуазель, позвольте мне, - разумеется, Марк уже оценил красоту девушки и вознамерился проявить всю свою галантность. Телль смерил пылкого канадца взглядом не предвещавшим ничего хорошего.
- Да что я, в самом деле, инвалид? - Арчи слез со скамейки. – Сам пойду. Дай мне платок, пожалуйста.
Кьяра исполнила просьбу, и он вразвалочку зашагал к фонтану.
- Вот почему он такой? – пробормотала я, глядя вслед удаляющейся фигурке. - Почему молчал, не пикнул даже? Я ведь не соображала, что делаю.
- Ты сказала, что он рыцарь, - ответила Кьяра. – Он и вел себя, как твой рыцарь.
- Но я знаю, что ….
- Нет, - резко прервала меня Кьяра. – Молчи. Разве, по-твоему, он заслуживает жалости? Нет. Но жалость это единственное, что я могу ему подарить. Это терзает меня. А у него тоже есть гордость. Он будет молчать.
- Прости, - я приобняла подругу за плечи. – Мы больше не будем об этом говорить. А лучше пойдем все вместе повеселимся. Вечером.
И мы с Кьярой метнулись по магазинам в поисках вечерних платьев. Настоящих, а не бутафорских цирковых. Марк был отправлен на мою квартиру, дабы привести себя в порядок после мрачных застенков. Телль и Арчи поехали в цирк, чтобы забрать Бимбо и еще кое-кого из цирковых, с кем я сдружилась. Вечер обещал быть веселым.
========== Приглашение в Голливуд. ==========
Вечер, в самом деле, удался. Марк, наконец, попал в свою стихию, то есть на сцену. Сегодня он был героем дня и по этому случаю получил полную свободу в творчестве. Они с Диззи импровизировали такой джаз, что публика умирала от восторга. И я, наконец, услышала блюзы, настоящие блюзы в его исполнении. Он просто порвал мою душу. Да и не только мою. Проведя месяц вынужденного затворничества, Марк отрывался по полной не только в плане вокала. Вся женская часть публики была у его ног. Уж он об этом позаботился. Раздавал улыбки направо и налево. Бросал томные взоры на понравившихся девушек и ловил ответные реакции из зала. Особенно часто электрические разряды со сцены летели в сторону Кьяры. Девушка вслушивалась в его прекрасный голос, тихо покачиваясь в такт музыке. Две-три ее улыбки отправились на сцену.
- Надеюсь, ты не станешь меня укорять за легкий флирт, - прошептала Кьяра мне на ухо. – Мне хочется, чтобы мой милый медведь проявил, наконец, свое отношение.
- Ничего, я привыкла, - ответила я со вздохом.
- И не жалеешь, что отдала сердце именно ему? Безусловно, он прекрасен и своим голосом может делать что угодно с нашими душами. Я ощутила это сейчас, на себе. Но ведь он обольститель. Вон как глаза светятся. Это не ранит?
- Да, он увлекается. Но как ни странно, неизменно возвращается ко мне. Это остается неразгаданной тайной. К тому же ты не поверишь, но он ревнивец, каких мало.
Тем временем Марк сошел в зал, не переставая петь, подошел к Кьяре и подал ей руку. Финальную часть песни они протанцевали вместе. А затем солист галантно склонился над рукой девушки. Я поискала глазами Телля. Да, Кьяра рассчитала верно. У того желваки ходили под кожей, а черные глаза буравили Марка таким взглядом, что мне стало жутко. Вдруг он сейчас нож достанет? Но смертоубийства не последовало. Телль поступил по-другому.
Марк в отличном настроении объявил следующую песню. Это был медленный танец. И Телль пригласил меня. Мы встали так, чтобы мой распрекрасный канадец мог нас лучше видеть. И медленно раскачивались в такт томной песне. Телль демонстративно скользил рукой по моей спине и периодически что-то нашептывал на ухо. Я подыгрывала ему, так как была не прочь немного сбить с возлюбленного его слишком игривое настроение. Веселость с Марка как ветром сдуло. Он с трудом сдерживался, чтобы не остановить песню на середине и не разбить нашу теплую парочку. Любимый делал мне страшные глаза со сцены. Но я демонстративно положила голову на плечо Телля. Пусть помучается немного. А то разошелся.
С трудом дотянув до конца песни, Марк дал знак музыкантам сыграть регтайм, а сам сошел со сцены и направился к нам.
- Я вам не мешаю? – изо всех сил стараясь сохранять спокойствие, поинтересовался он.
- Нет, что ты, - состроила я невинные глаза.
- Тогда, может, вы отцепитесь, наконец, друг от друга? Музыка уже сменилась давно.