Выбрать главу

– Садитесь на свое место, гражданин, – с плохо скрываемой скукой ответила рыхлолицая «девушка», лучшие годы которой прошли еще во времена, когда под словом «Аэрофлот» подразумевалась вся гражданская авиация страны.

– Но полно же свободных мест! – возмутился Глеб.

– А вот это не ваше дело, – откровенно грубо заявила дама.

Железнов вспыхнул. В конце концов, он столько налетал по этому маршруту, что имеет право постоять за свои попранные интересы.

– Я бы на вашем месте сменил тон, – с угрозой заметил он. – Он у вас устарел минимум лет на пятнадцать.

«Небесная дама» хмыкнула и демонстративно удалилась в крохотное служебное помещение, зато в дело вступила вторая, моложе, симпатичнее и, как выяснилось, вежливее.

– А я вас помню, – улыбнулась темненькая стройная девчонка в ладно сидящей форме.

Глеб тоже вспомнил ее, не раз видел в полетах.

– Не обижайтесь на нее, ладно? – перешла на шепот девчонка. – Муж ушел, ребенок больной. Я вас чуть позже пересажу, а взлетим вместе, хотите?

– Как – вместе? – уточнил Железнов.

– Мое место на взлете по расписанию тоже сзади. А наберем высоту – я вас пересажу.

– Хорошо, – отходя, согласился Железнов. Не так уж и нужен ему иллюминатор. А девчонка, наоборот, вполне симпатична. Не то чтобы Глебу захотелось вдруг пофлиртовать – просто для нормального мужика присутствие такой симпатяги всегда приятно. А Железнов был нормальным мужиком.

Он бросил косой взгляд на обтянутые светлыми колготками девчонкины коленки и остался удовлетворен увиденным.

Очень скоро они сидели, привязанные по всем правилам брезентовыми ремнями. Уже сказал свою скороговорку командир воздушного судна, уже выкатил свой лайнер на главную взлетно-посадочную полосу, уже опробовал разом взвывшие двигатели.

Все. Сейчас – взлет.

Сколько Глеб ни летает, а взлет все равно волнует. Ну не перестает его удивлять, как это все-таки получается, что столько тонн алюминия, керосина и человеческой плоти вдруг опираются на эфемерный закон Бернулли и взмывают-таки в небеса, наперекор гораздо менее виртуальному закону всемирного тяготения.

– А вы в нефтянке работаете? – улыбнулась девушка, честно пытаясь загладить хамство старшей подруги.

– Да, – улыбнулся в ответ Железнов. – А как вы догадались?

– Часто в наши края летаете, – засмеялась стюардесса. – А там, кроме нефти и клюквы, мало что водится. Вы ведь не за клюквой?

– Нет, – согласился Глеб. – Хотя по болотам поползать пришлось.

– Что будет с нашими краями, когда нефть кончится? – неожиданно серьезно спросила девчонка.

Глеб, озадаченный поворотом беседы, не успел ответить, как лайнер, скрипнув какими-то своими железками, в прямом смысле сорвался с тормозов и, непрерывно ускоряясь, помчался по бетонным плитам взлетки.

Глеб инстинктивно ухватился за подлокотники кресел. Девушка понимающе улыбнулась.

– Я сначала считала посадки, – сказала она. – Взлеты-то вообще не в счет. Все проблемы обычно на посадке. А сейчас перестала. Слишком цифры большие получались.

– Да, я тоже налетался изрядно, – превозмогая себя, поддержал беседу Железнов. – Но привыкнуть так и не смог.

– Ничего, – ободрила стюардесса. – Сейчас взлетим, поднимемся, и пойду вас обустраивать в первом салоне.

– Спасибо, – вымолвил Глеб, прижатый к спинке кресла ускорением трех могучих реактивных жерл.

Они сидели на служебных сиденьях в самом хвосте, иллюминаторов здесь не было, но Глеб и так знал, что в какой момент происходит.

Вот сейчас скорость такова, что была бы по краю взлетной полосы трава, уже слилась бы в сплошной зелено-серый фон.

Вот лайнер начал едва заметно подскакивать на неровностях, как разбегающийся аист.

А вот – по траверзу наверняка показалось здание аэропорта – он уже всерьез задрал нос вверх, оторвал от плит сначала пару передних, а потом и многочисленные колеса подкрыльевого шасси.

– Вот и все, – сказала девчонка и поправила свою темно-каштановую челку. – Уже, можно сказать, летим.

Движки выли вовсю, нос круто задрался вверх, лайнер стремительно набирал высоту. По ощущениям Глеба, даже чересчур стремительно.

– Ваш командир, случайно, не бывший истребитель? – спросил он.

– Анатолий Максимыч Зайцев – очень опытный пилот, – обиделась за шефа девочка. – Первого класса, между прочим.

– Может, конечно, и первого, – хмыкнул Железнов, – но уж слишком круто берет. По мне, так лучший пилот в гражданке тот, чью работу пассажир не замечает.