— Я вернусь к ужину. — Дверь за ним захлопнулась.
— Мы не очень понравились дяде Николасу, — заявила Сью, наблюдая, как Хэлен и Пэтси моют посуду.
Николас вернулся только к ужину, а когда Хэлен собралась высказать ему все, что она думает о его продолжительном путешествии, ковбой взгромоздил на кухонный стол несколько сумок с продуктами, бормоча что-то о проклятой дороге, новом глушителе и бесполезной трате времени.
— Так много? Этого же не было в моем списке, — сказала Хэлен быстро уходящему ковбою.
— Они все съедят, — бросил он через плечо.
— Ты не будешь ужинать?
— У меня дела.
И он снова исчез.
На десерт у девочек было мороженое с шоколадным кремом. В списке Хэлен этого не было.
Теперь она знала, что Николас будет заботиться о своих племянницах. Он хочет полюбить их. Только не представляет, как это сделать.
— Как дядя Николас привыкнет к нам, если он все время убегает? — спросила Пэтси.
Девушка улыбнулась:
— Дайте ему немного времени.
Девочки ушли спать. Хэлен больше часа сидела на кухне за старой бабушкиной швейной машинкой и делала складки на новых занавесках. Через каждые несколько минут она выглядывала в окно, надеясь, что Николас придет ужинать. Но свет в конюшне все еще горел.
Около одиннадцати Хэлен наконец увидела огонек в окне сторожки.
Толкнув дверь коленом, она понесла поднос с едой через двор.
— Ник!
Дверь сторожки со скрипом отворилась.
— Что случилось?
— Я принесла тебе ужин. — Ковбой не успел ничего возразить. Хэлен прошествовала с подносом в комнату и принялась накрывать на стол.
Николас был в одних джинсах с оторванной верхней пуговицей и босиком. Он не смотрел на девушку, и на мгновение той показалось, что сейчас ее выгонят. Наконец Николас закрыл дверь.
— С чего вдруг такая забота? — резко спросил он.
— Я должна извиниться.
— За что? За то, что я сбежал и оставил тебя с моими проблемами?
Ковбой сорвал рубашку с крючка на двери и натянул ее, но не застегнул. Он настороженно посмотрел на Хэлен.
— Ну, что еще?
Их взгляды встретились.
Николас тяжело вздохнул, подошел к девушке и притянул ее к себе. Она с готовностью поддалась, влекомая неопределенными желаниями. Его руки скользили вниз по спине Хэлен, сжимая ее все крепче, гладили ее тело. Девушка нежно коснулась груди Николаса, изучая очертания его мускулов, лаская его твердые сильные плечи.
— Это сумасшествие, — бормотал Ник, касаясь ее губ снова и снова.
— Нет, — шептала Хэлен. — Это не сумасшествие.
— Да. Ничего не изменилось. — Он, весь дрожа, уткнулся лицом в ее волосы.
Девушка покачала головой.
— Изменилось. — Она грудью прильнула к нему. Николас еще крепче сжал ее. — Я люблю тебя, — прошептала Хэлен.
Он замер. Сердце его бешено колотилось, дыхание было неровным и тяжелым. Ковбой отшатнулся и покачал головой, яростно глядя на девушку.
— Нет!
Хэлен коснулась его щеки. Николас вздрогнул, отстранил ее руку и отошел к окну.
Он стоял, опершись об оконную раму и уставившись в темноту. Девушка подошла сзади, легко дотронулась до его плеча.
— Да. Это правда.
Он затряс головой.
— Неправда.
— Я ничего не могу поделать. — Ее руки обвили его чуть ниже пояса. — Я люблю тебя.
Внезапно Николас резко схватил ее за руки, и Хэлен вдруг осознала, что он пылает не меньшей страстью, чем она сама.
— Нет, — сквозь зубы произнес он. — Не надо, Хэлен. Пожалуйста, не надо. Я… не люблю тебя…
9
Николас боялся.
Сначала Хэлен не могла, не хотела в это поверить. Тяжело осознавать, что Ник кого-то боится, тем более любящую его женщину и трех маленьких девочек. Но дни шли, и она больше ни о чем не могла думать.
Теперь Хэлен избегала его, говорила с ним как можно меньше и выходила из комнаты, когда он входил. Его слова ранили ее, и девушка не могла притворяться, что все в порядке.
Однако она не могла допустить, чтобы он так же обходился и со своими племянницами.
— Они думают, что ты их не любишь, — упрекнула его девушка. Пэтси, Дотти и Сью прожили на ранчо уже несколько дней. Николас перекинулся едва ли парой слов с каждой из них.
— Ну, разумеется, я люблю их, — отмахнулся ковбой.
— Докажи.
Он свирепо посмотрел на Хэлен.
— Как?
— Поговори с ними. Прояви интерес. Ты же их дядя. Спроси их, чем они занимаются, чем интересуются. Ты мог бы расспросить Сью о том, как их детский садик ходил в поход. Ты мог бы помочь Пэтси разобраться с алгеброй, я в ней ничего не понимаю. А что касается Дотти, то ты мог бы покатать ее на тракторе или взять с собой, когда пойдешь кормить скот.