– Я бы не стал ломать над этим голову, – посоветовал Коннор. – Если вы найдете мужа Хортенс, то вам снова придется распределять домашние обязанности между Дженни, Ингрид и Одноглазым.
– Кстати, где была Ингрид сегодня вечером? В последнее время у нас за столом собирается столько народу, что я даже не заметила ее отсутствия.
ГЛАВА 7
– Чарли, какого черта ты здесь делаешь, когда день уже клонится к вечеру? – поинтересовался Коннор.
– Ну… э-э… я объяснял мисс Кэтлин новые повороты дела.
– Какие новые повороты? Флеминг тормозит дело.
– Закон о верхушке месторождения. Я говорил о…
– Ты это уже объяснял.
– Боже мой, Коннор, нельзя же быть таким негостеприимным. Как будто мы одни в доме на каком-нибудь… рандеву. – Кэт хихикнула при этой мысли. – В доме полно людей.
– Я никого не вижу.
– Ну, тогда проверьте комнаты. Мама и дети прилегли отдохнуть. Хортенс и Одноглазый обмениваются рецептами на кухне. Дженни дуется в своей комнате. Джимми… о Боже, Коннор, не понимаю, почему я должна оправдываться перед вами. Мистер Максвелл приходит по крайней мере раз в неделю, чтобы держать меня в курсе дела.
– Что он делает?
– Хорошо, думаю, мне пора идти, – заторопился Чарли Максвелл. – Мисс Кэтлин может сама рассказать тебе о…
– О законе насчет верхушки месторождения? – саркастически предположил Коннор, в то время как Чарли исчез за дверью, торопливо схватив свое пальто.
– Ну, знаете ли, из всех грубиянов…
– Послушайте меня, Кэт. Я не хочу, чтобы вы проводили послеобеденное время тет-а-тет с Чарли. Достаточно того, что он пренебрег своим вознаграждением, потому что влюбился в вас.
– Ничего подобного. С чего вы взяли?
– Любому идиоту ясно…
– Значит, любой идиот может ошибаться. А вас это вообще не касается.
– Шон предполагал, что в случае необходимости я буду защищать вашу репутацию.
– Какая чушь! Если бы вы заботились о моей репутации, то не пригласили бы меня жить в вашем доме.
– А я и не приглашал. Это решил Шон. Я просто согласился; ведь он мой друг, и я не мог отказать ему. – Кэт выглядела такой расстроенной, что Коннору стало неловко. – Послушайте, Кэт, я не имел в виду…
– Из-за чего, скажите на милость, вы ссоритесь, будто двое детей? – спросила Мейв, появившаяся на пороге.
– Не из-за чего, – резко ответил Коннор и быстро вышел из комнаты.
– Несносный тип, – пробормотала Кэт, не желая признаваться самой себе, как сильно он задел ее чувства.
– Но, Кэтлин, Коннор замечательный человек. Надеюсь, ты не станешь оттачивать на нем свой острый язычок.
– С каких это пор ты заботишься о Конноре Маклоде, мама? Я-то думала, ты считаешь его соблазнителем наивных дурочек.
– Мне кажется, я вынесла на этот счет преждевременное решение. При более близком знакомстве я поняла, что он солидный, умный мужчина, из тех, что стараются обеспечить семью.
– Он грубый и вспыльчивый.
– Он просто ревнует, Кэтлин.
– Из-за чего? Чарли Максвелл мой адвокат, а не поклонник, да и с чего бы Коннору ревновать? Между нами ничего нет… Перестань улыбаться, мама. Коннор Маклод не влюблен в меня. – «А если влюблен? Конечно, нет», – торопливо решила Кэт. – И если ты собираешься выдать меня замуж во второй раз, то зря теряешь время.
– Но, Кэтлин, каждой женщине нужен муж. Ты сделала ошибку, выйдя замуж по любви. Замужество предполагает не любовь, а уверенность в завтрашнем дне. Взять хотя бы твоего отца…
– Мой отец был пьяницей! – воскликнула Кэт.
– Это действительно так, Кэт, – сказала Мейв. – Но мы никогда не голодали, он нас хорошо обеспечивал. Разве могла бы я творить добрые дела, если бы не деньги твоего отца? Может быть, ты думаешь, что я была без ума от Лайама Фицпатрика, когда выходила за него замуж после смерти его первой жены? На своем смертном одре она сказала мне: «Выходи за мистера Фицпатрика, Мейв, и ты никогда не будешь голодать. И я не голодала, также как и ты. Я всегда говорю своим девочкам: «Ищите мужчину, который сможет позаботиться о хлебе насущном; любовь существует для дурочек и богатых людей».
– Ни у меня, ни у Коннора нет намерения снова вступать в брак, мама, так что оставь свои попытки.
– Хорошо, – сказала Мейв, – пусть все идет своим чередом. Но, надеюсь, Коннор заботится о твоей репутации, даже если тебе это все равно. Ну, а теперь скажи, кого ты подыскала для Хортенс?
– Хортенс не хочет выходить замуж. Мейв вздохнула.
– Очевидно, мне самой придется заняться поисками мужа для этой упрямицы. Лучше всего устроить прием, Кэтлин. Было бы неплохо, если бы ты пригласила гостей под предлогом того, что хочешь познакомить свою мать с католиками этого городка.
Вспомнив возмущенный ропот отца Рабануса насчет сборища грубиянов и неряшливых женщин, Кэт с трудом подавила смешок. Мама была бы шокирована при знакомстве с разношерстным католическим населением округи. И все-таки Кэт решила пригласить несколько добропорядочных католических семейств, а также дюжину респектабельных холостяков.
– Фаша матушка, миссус, настоящий шорт, а не женщина, – заявил Отто Дидерик. – Она больше не позволяет мне есть фместе с семья. – Вид у него был такой, будто он вот-вот заплачет. – Унд вчера она сказала, лучше б я делать ту комнату, а не фто…
Кэт старалась не обращать внимания на жалобы Отто. Может быть, Мейв и была жестока к нему, но если бы она каждый день не напоминала ему о необходимости построить еще одну комнату, Дидерик до сих пор не взялся бы за дело.
– Не беспокойся об этом, Дидерик, – прервала Кэт его жалобы. – Я хочу, чтобы ты соорудил дымоход в проходной комнате.
– Так ведь та комнат еще не закончен. Мне нушно фремя сделать так, штоб холод не шел через стена.
– Хорошо… – Кэт задумалась. – Мы пригласим гостей, и каждый сможет заняться обкладыванием стен пустыми консервными банками и газетами и наклейкой обоев. А потом устроим танцы.
– Никогда не слышал о фечеринке с наклейкой обоеф.
– Если есть вечеринки, на которых шьют одеяла или вычищают амбар, то почему бы не организовать вечеринку с наклейкой обоев? – рассуждала Кэт. – Все равно моя мать не угомонится, Дидерик, но обещаю, она перестанет без конца проверять тебя и придираться, если ты сделаешь дымоход. – «Ну что за болван этот парень! – подумала Кэт. – Боится женщины, в два раза меньше его ростом».
– Ну, не знаю…
– Конечно, я могу пригласить другого плотника. Дидерик в конце концов согласился, приняв обиженный вид. Кэт с облегчением вздохнула. Вряд ли ей удалось бы найти другого плотника, готового работать в такую погоду.
– Этот глупый юнец так и не начал строить новую комнату, – негодовала Мейв.
– Я знаю, мама, но сейчас он делает дымоход в проходной комнате, чтобы мы могли устроить вечеринку. Нам с тобой придется позаботиться об обоях и новой печке.
– Что подумает Коннор, глядя на такое расточительство, Кэтлин? Ты никогда его не завоюешь, если…
– Я и не собираюсь его завоевывать, мама, а Шон может позволить себе приобрести новую печку. Я видела несколько красивых печей в лавке скобяных изделий. Черные, с чудесными медными дверцами и ручками, с ажурной решеткой. Пойдем, поможешь мне выбрать.
Ворча, Мейв надела пальто и шаль, но выходя из дома не преминула прикрикнуть:
– А ну, за работу! – так как Дидерик осмелился выглянуть из двери. – Немец так и норовит постоять разинув рот вместо того, чтобы делать дымоход, как ты велела, – пробормотала она.
– Он тебя боится, мама.
– Вот и хорошо. Этот парень медлительный, как сонная муха.
– Если ты хотел потерять ногу, сынок, то надо было взять заряд с фитилем и пороху побольше, – наставительно вещал Одноглазый. – Пальнет почище, чем ружье. – Они с Кэт пытались остановить кровь из раны на ноге Джимми, в то время как Дженни побежала за доктором.
– В тебя кто-то стрелял, Джимми? – спросила Кэт, целуя мальчика в потный лоб. – Если это тот пьяница, владелец салуна, я заставлю шерифа Айлифа арестовать его.