— Не трогай!.. — яростно огрызнулась Моргрис и дёрнулась. — Пусти меня!..
— Не пущу, — ласковым шёпотом ответил Радимир, легко поймав запястья женщины, и прижался губами к шее чуть ниже уха.
Кожа приятно пахла яблоком и корицей, и Рад не отказал себе в удовольствии проложить дорожку из поцелуев к изгибу, наслаждаясь нежностью и мягкостью. Моргрис тихо зашипела и снова попыталась вырваться, но Рад видел, как суматошно забилась жилка — и медленно провёл по ней влажную дорожку, а потом тихонько подул.
— Т-ты!.. — уже слегка охрипшим голосом отозвалась гостья, всё ещё напряжённая, однако попытки вырваться прекратила — поняла, что бесполезно.
— Я, да, — тем же шёпотом произнёс Радимир, такое сладкое, желанное чувство, что Моргрис сдаётся, подчиняется, накрыло волной, и даже голова чуть закружилась. — Ну всё, Мори, расслабься… — он тихонько погладил большими пальцами запястья вдовы, отметив, как она вздрогнула.
Значит, там тоже чувствительное местечко.
— А что, к вам в контору женщинам только через твою постель вход, что ли? — язвительный тон никак не вязался с чувственными, хрипловатыми нотками в её голосе, откинутой головой и подрагивавшими ресницами.
Она не пыталась сопротивляться, это главное. И равнодушной тоже не оставалась — участившееся дыхание выдавало Моргрис, как бы она ни пыталась скрыть это. Радимир тихо рассмеялся, опустил её ладони на подоконник и накрыл своими, и тесно прижался к спине вдовы.
— Я не настолько циничен, Мори, что ты, — он провёл носом вдоль шеи, и женщина выгнулась, не сумев сдержать порыв тела. — Просто ты мне понравилась… — Рад провёл вдоль её рук, ухватился за края пиджака и потянул с плеч. — Это лишнее будет, правда?..
Она молчала, вцепившись в подоконник и тяжело дыша. И хотелось, и кололось, правильно понял Рад с мысленной усмешкой. Оставив наполовину снятый пиджак, он обхватил Моргрис и развернул к себе — она тут же упёрлась ладонями ему в грудь, но это не помешало Радимиру. Его губы накрыли её, хоть и нежно, но настойчиво, не оставляя времени подумать. Мори издала невнятный звук, на мгновение сильнее надавив ему на грудь… Однако почти сразу обмякла, руки безвольно упали вниз, и еле слышно всхлипнув, вдова подалась вперёд, прильнув к Императору. И ответила. Не слишком уверенно, к лёгком удивлению Радимира, словно боялась, и от этой нечаянной робости у него чуть окончательно не отказали тормоза. Поцелуй с лёгким привкусом алкоголя и едва уловимым слёз — она снова плакала?.. — оказался для него самым сладким.
Не отрываясь от послушно раскрывшихся под прикосновениями его языка губ Моргрис, Рад уверенно потянул пиджак ниже, и на сей раз вдова не препятствовала, позволив снять. Выдернул блузку из-за пояса штанов, забрался ладонями под неё и провёл вверх по спине женщины, медленно, наслаждаясь бархатистостью кожи. Моргрис судорожно вздохнула ему в губы, но не остановила, и поцелуй стал увереннее. Она прижалась крепче, обняла за шею, притягивая ближе, и Рад со странной смесью радости и облегчения почувствовал, как суматошно забилось её сердце. У шефа Колоды мелькнула последняя на сегодня мысль, краткая и ёмкая: «Моя!» От Четвёртого Аркана пришла волна удовлетворения и сущность затихла, затаилась. Радимир потянул блузку вверх, не желая возиться с пуговицами, и пришлось ненадолго оторваться от таких желанных губ, дать себе временную передышку — в лёгких воздух уже закончился. Их взгляды на мгновение встретились.
— Это ещё ничего не значит, — хриплым шёпотом упрямо прошептала Моргрис, её ладони снова упёрлись ему в грудь.
Рад лишь хмыкнул и настойчивее дёрнул блузку, не желая тратить время на бесполезные слова. Они оба сейчас хотели одного, так к чему разводить ненужные разговоры? В крови смешался бодрящий коктейль из нетерпения и страсти, обжигавшей огненными вспышками, и Радимир меньше всего склонен был к размышлениям, как оно там дальше между ними сложится. Как-нибудь, а вдова от него не уйдёт, нет. Не отпустит. И когда она послушно подняла руки, Радимир одним движением избавил Моргрис от одежды и снова поцеловал. Она же снова удивила, ответив с неожиданной страстью, а в следующий момент резко дёрнула рубашку Рада, отчего пуговицы с тихим шорохом рассыпались по полу. Он рассмеялся ей в губы, отстранился, обняв одной рукой, и медленно провёл пальцами по лицу Моргрис, осторожно, едва касаясь. Близость этой женщины пьянила, ударяла в голову, как хорошее вино, и Рад наслаждался этим ощущением, ярким и насыщенным. С Рамилой всё не так было…