Мне стало жарко. В самом низу образовался тугой комок, ни, кстати, вспомнилось, что я без белья. Мужчина взял мои горячие руки в свои холодные, поднес к своим губам и начал бесстыдно зацеловывать, касаясь кожи не только губами, но и языком. По всему моему телу, побежали возбуждающие мурашки. Я чувствовала, что густо покраснела.
— Молодец! Умная девочка! Все будет хорошо, — похвалил меня мужчина, с нежностью смотря на меня. — Думал, будет куда сложнее. По вашему обычаю брачеваться будем? — спросил Григорий Сергеевич, глядя на моего отца.
— Конечно, иначе наши, брак, не признают.
Мужчина кивнул и склонился ко мне, я шарахнулась, подумав, что хочет поцеловать.
— Укуси его в основание шеи Ален. Так, надо. Таков наш обычай, так волчица признает свою пару, — сообщил отец.
И тут я таки не выдержала. Расхохоталась до слез.
— Извините! Я незнакомых мужчин. Не кусаю, даже если это муж! Ай, молодцы! Ай, браво! Молодец мамуль! Я оценила! Тебе надо режиссером в театре работать! Спектакль, супер! Полное погружение в фэнтези! Это, что новое развлечение, погружать в атмосферу фэнтези? Классная тема.
— Нравиться? — расцвел папаша. — Я рад. Моя контора. Кусай, давай, смелее, а то, без этого, кульминации не выйдет. Давай. Только до крови.
— Не бойся Алёнушка. — Мужчина легонько коснулся моих губ своими, легко и мимолетно, но меня словно огнем обожгло и током ударило, одновременно. Я почувствовала как капельки моей влаги, стекают по ногам.
— Кусай! — выдохнул мужчина, плотно прижимая меня к себе и подставляя свою шею.
От него пахло дорогим парфюмом, будоражащий запах, еще больше завел меня. Я почувствовала, как руки мужа бессовестно сжимают мои ягодицы. И я впилась в его шею своими заостренными и удлиненными от рождения клыками. Но не до конца, прокусить кожу до крови, не хватало смелости.
Но вдруг почувствовала острую боль в основание своей шеи. Чертов вампир, меня укусил! От испуга и боли, мои челюсти инстинктивно сжались, и кровь мужчины брызнула мне в рот.
Часть 5
Я нервно дернулась, отталкивая от себя мужчину. Тот послушно отстранился, даже отскочил, словно сам испугался того, что случилось.
И тут, я увидела его глаза. Они были черные, полностью, без зрачков, а его зубы, просто повергли в шок. Клыки, длинные, заостренные, словно шилья. Но вот, они втянулись, буквально на глазах и стали вполне обычными. Как у всех людей. Мужчина слизнул с губ кровь, словно это был сладкий шоколад. Закрыл свои страшные глаза и судорожно вздохнул, беря себя в руки, и распахнул уже человеческие, голубые, глубокие, как само небо, глаза. Я даже зажмурилась, и покачала головой. Привиделось что ли?
Хотя, шея от укуса, болела по-настоящему, я сплюнула кровь в ладонь, мама тут же подсунула мне носовой платок. Я с удивлением заметила, что палец уже зажил.
— Ну, что? Ура, что ли? — в руках отца откуда-то оказался букет Розовых роз, и он подошел ко мне, подошел, принюхался и посуровел.
— Это что такое? — прошипел он, — Это что такое?!
Отец схватил нас с матерю, за руку и потащил в коридор, — крикнув Григорию:
— Мы сейчас. Открывай пока шампанское, — а затащив нас в коридор, зашипел на мать:
— Ты же говорила, что следишь за ней и она чиста.
— Конечно, слежу, — кивнула мать.
— Следишь? Да от нее за километр мужиком воняет! Причем оборотнем! Она буквально лужицей растекается от удовольствия! И даже извини меня, белье где-то потеряла.
Я вспыхнула, как спичка, а следом правую щеку обожгло хлесткой пощечиной от матери.
— Как ты посмела, так меня позорить, дрянь! — прошипела мать, держа пальцами мой подбородок, — Как??! Я столько усилий приложила, а ты!!!
Я не когда не видела, мать такой, это страшное, искаженном гневом лицо было мне не знакомо и чуждо.
Из моих глаз побежали слезы, какой стыд, какой позор. Так опозориться перед родителями! Перед отцом. Ужас!
— Инга! Возьми себя в руки! — зашипел мужчина. — Вы давно с ним, вместе. Давно близки?
— Нет. Это случайность, вообще. Мы в клубе встретились сегодня. Я слишком много выпила и…
— Тварь! — взвыла мать, снова бросаясь на меня. Но отец ее удержал.
— Спокойно Инга! Это провокация, неужели, не понимаешь! В любом случае, брак заключен, договор подписан.
— И что с того?! Утром же он вернет ее нам, обвинит, в обмане и насмешке. Все станет в сто раз хуже, чем сейчас! Боже! Столько лет! Столько стараний!
На глазах у мамы появились слезы, она смотрела на меня с самым настоящим отчаяньем.
— Как давно ты лишилась невинности, Ален, — спросил отец спокойно. — Отвечай честно. Это очень важно.