Выбрать главу

– Видишь все эти машины?

Олег кивнул головой.

– Так вот, все они никчёмны, а ты крутой! Запомни это, – сказал он, и в конце, когда они прощались, панк ему хотел отдать пачку сигарет: их было у него две – одна подороже, а другая дешевле. Он хотел отдать ту, которая дороже, Олег вежливо отказался и, чтобы не огорчать своего собеседника, взял одну сигарету и вышел на своей станции с разными мыслями. Или же вот, спустя год, почти всю дорогу толстый паренёк лет пятнадцати спрашивал одну фразу у своей матери: «Товарняк здесь проходит?», и мать с десяток раз подтвердила, и только в самом конце пути он наконец ответил сам себе: «Да, товарняк вроде здесь проходит». Был ли в этом какой-то скрытый смысл? Не знаю, но Эдуард подлил ещё граммов пятьдесят самогона, и Олег, ахнув его, забыл, о чем и думал.

4. Фонтан

В палате становилось жарче, медсестра сказала, что сегодня уже на выписку, вроде бы и радостная весть, но тут кормили, и было лучше, чем в его доме, который был построен из шлака в прямом смысле этих слов. В доме с трудом можно было повесить настенный шкаф либо даже просто небольшую картину, так как из стены все сыпалось, даже если вкрутить шуруп на миллиметр. Построил его в своё время его дед со стороны отца, переехавший на пенсию в этот городок. Новоселье он праздновал не долго, умер от рака лёгких, дала о себе знать шахта, на которой он проработал более двадцати лет. Отец же работал на местном заводе слесарем, потом постепенно начал спиваться и поколачивать мать, работавшую там же поваром в заводской столовой. Не сказать, что они жили плохо, как все тогда в то время. Мать приносила с завода продукты и еду, у отца были шабашки. Однако через лет пять все пошло наперекосяк. Отец стал больше и больше прикладываться к рюмке, доставалось и матери, и Олегу. Вскоре после очередной его пьянки его нашли на остановке с его закадычным другом мертвыми, оба замёрзли, странно, что никто не помог и не нашли милиционеры, ведь место было оживлённое и людное. Очень странная история, однако. Мать после его гибели стала сдавать и тоже стала выпивать. Он помнил такой момент, ему было тогда лет двенадцать, как она, посмотрев на себя в зеркало, разбила его вдребезги, из руки хлестала кровь, много крови. Столько много он видел только, когда учился в профессиональном училище. Старшекурсники тогда в общежитии заставляли разбирать и собирать тумбочки, эта забава передавалась из года в год. Сценарий всегда был один и тот же: в комнату врывалась пара человек, они ломали тумбочку и, если не соберёшь, пробивали фанеру. Олег не стал долго терпеть и пробил банкой голову старшекурснику. Море крови из руки Олега и головы обидчика… Интересно, как теперь у него дела с головой? А то как-то он встречал мужичка в электричке, тот назвался автором песен, мол, поэт, знает многих известных певцов местного пошиба, берет у них заказы. А что в итоге? Да оказалось, никакой он и не писатель, а просто сказочник, который, скачав в интернете стишки и их распечатав, добавил свою электронную почту и свой, так сказать, псевдоним. Псевдоним был почти как его настоящее имя, только сократил на четыре буквы фамилию. Всю правду он выяснил позже, мужичок-писатель был из соседей деревни и, как рассказывал учитель местной их школы, лет восемь назад в городе его избили неизвестные, да так сильно, что он почти три месяца лежал в больнице и сейчас жил только на таблетках. Да и с памятью пошли изменения, стал мнить себя поэтом, известным автором, композитором, в общем, великим творцом.

5. 50 рублей

Он шёл по коридору больницы, в руках был пакет с вещами, дойдя до выхода, он понял, как все же летом хорошо на улице, прям как в тот день. После того как попрощался с Эдуардом, он, держа в руках чекушку недопитого самогона и половину чесночной колбасы, отправился через железнодорожные пути к Анфисе. В то время мимо проезжал товарный поезд, он считал вагоны и цистерны с нефтью, досчитав до шести или семи, он почувствовал только холод и ничего больше.

Нашли его железнодорожники утром и, положив в наподобие дрезины, выложили его тело на платформе ближайшей станции, благо, она была в километре от места происшествия, а может, она стала ближе, когда его тащил товарняк, Олег наверняка не знал. Но знал он одно, те пятьдесят рублей, которые были в верхнем левом кармане, исчезли, как и чекушка, и чесночная колбаса. Возможно, работники железнодорожной станции взяли это как вознаграждение за его спасение. Одно Олег знал: чесночной колбасы и чекушки не было ни под насыпью, ни на железнодорожных путях.