– Люда!
– Я здесь! – послышался знакомый голос.
– Людочка! Как я переживал за тебя! А где Настька?
– Немцы забрали её в Берлин, работать на заводе! А Ванечка… – сквозь слёзы говорила женщина, – Он… он пропал!
– Мама, я жив! – сказал мальчик, выйдя из-за отцовской спины.
– Ваня! Сынок! Ты живой! Как же хорошо, что ты не пострадал!
– Люда, нам надо торопиться – если мы хотим успеть спасти Настю, то выезжать надо сейчас. Сегодня вечером на Берлин должен идти эшелон, мы успеем!
– А как же…
– Ваню мы отправим в тыл вместе со старухой Марфой и её внуком. Не бойся, с ними ничего не случится.
– Ладно. Нам пора. Ваня?
– Да, мам?
– Береги себя.
– А ты себя!
– Хорошо.
Попрощавшись, Ваня вместе с Марфой и её внуком отправились в тыл, в деревню, а Вася с Людой отправились на поиски своей дочери Насти. Но им не суждено было доехать до Берлина.
Рано утром, где-то на границе с Польшей поезд остановился. Никто не понимал, что случилось. Спустя каких-то десять минут в эшелон врезался какой-то тяжёлый предмет, напоминавший танк. Состав перевернулся, и слышно было, как кто-то кричал на немецком языке. Кто-то крикнул:
– Немцы! На нас напали!
Вася с Людой выбежали на улицу. Локомотив и некоторые вагоны горели, в небе летали вражеские самолёты, была перестрелка, танки палили по составу, по людям. Всё перемешалось.
– Что делать? – спросила Люда.
– Нападать, – ответил Вася. – Держи автомат, и беги рядом со мной.
Они бежали сквозь дым, огонь и кучу металла, в которую превратился эшелон. Вдруг Вася споткнулся и упал. Люда остановилась и побежала обратно, чтобы помочь мужу. Не успела дойти двух шагов, как сама упала. Из её головы потекла кровь. Вася встал и увидел упавшую жену. Он подбежал к ней. В неё выстрелили.
– Люда! – испугался Вася. – Люда! Ты меня слышишь?
Но Люда ничего не ответила.
– Люда! Нет! Люда!!!
Вася положил жену на землю, встал и побежал, не разбирая дороги. Ему хотелось убить всех фашистов, чтобы отомстить за Люду, за Настю, за старуху Фросю и за Тихона.
Глава 4
Вася стоял напротив двери, на которой висела табличка с надписью: «Учительская». Видно, что это когда-то была школа. Вася постучал три раза и из-за двери послышался мужской голос:
– Войдите!
Вася вошёл. В конце кабинета стоял стол, за которым сидел командир батальона Морозов.
– Я вас слушаю, товарищ Власов, – сказал Морозов.
– Товарищ комбат, переведите меня пожалуйста в другую часть, – начал Вася, – например, в Киев.
– В Киев? – удивился Морозов. – Чем же вас Одесса не устраивает? Город как город, ну, заразы всякой понаехало, ну это сейчас по всей стране. Так, зачем тебе в Киев?
– Так вот от этой заразы хочу и уехать. У меня в Киеве родители и сестра старшая остались, и…
– Власов, не морочь мне голову. Я же вижу, что что-то стряслось. Жена?
– Её убили немцы.
– Понимаю. Мою тоже, в первый же день мобилизации расстреляли. А на Байкале у меня дочь осталась, воспитывать некому, живёт с бабкой своей. Старухе помирать скоро, а кто же за Алёнушкой потом следить будет? Да, чтобы этот Гитлер в аду сгорел. Ладно, переведу тебя в Киев. Сегодня в 18:00 на перроне как штык стоял. Понял?
– Так точно, товарищ командир.
– То-то же.
Вечером Вася отправился в Киев. Его никто там не ждал. Ленка давно уехала из СССР, а от родителей не было ни одного письма. Он ехал просто так, подальше от Одессы. Туда, где его жизнь будет написана с чистого листа.
Киев. Украина. Апрель, 1942 год
После обеда Вася прибыл на место. Его отправили вместе с другими прибывшими солдатами в разные отряды. Когда он приехал, к нему подошёл другой солдат.
– Новенький? – спросил он.
– Да, – ответил Вася, – только что прибыл.
– И откуда ты?
– Из Одессы.
– Как звать?
– Василий. А тебя?
– Алексей. Можно просто Лёха. Я из Ростова-на-Дону.
– А у вас есть начальник или кто-нибудь ещё?
– Да есть, товарищ Кирильченко.
– Он строгий?
– Вообще-то товарищ Кирильченко – женщина и…
– Женщина?! – удивился Вася. – А разве не…