Вот она вся в этом. Битый час мне доказывала теорему безбрачия, но стоит на горизонте появиться смазливому парню все, поплыла Кристинка.
Да кобель он блудливый, Крис, фыркнула я пренебрежительно, Шалава в штанах.
Погромче скажи, чтобы он услышал, огрызнулась подруга.
Пивные градусы заиграли во мне дерзостью.
КОБЕЛЬ ОН, заорала я во все горло на весь парк.
Народ стал оборачиваться, а я собиралась просветить зрителей, кто есть собака мужского пола, но Крис закрыла мне рот рукой. Она хохотала, оценив мою жажду оповещения.
Глеб кстати тоже на нас взглянул, а вот его адъютант Михаил посмотрел не на нас, а именно на меня. Улыбнулся и подмигнул. Так задорно, словно знал, о ком я говорила, и разделял мнение. От его внимания стало неудобно.
Девчонки, до туалета сходите со мной? подошла наша одноклассница.
Я тут же согласилась, чтобы взять тайм-аут. Кристина осталась.
Пока мы болтали, прогуливаясь до деревянного чудо-сартира, волнение поутихло. Однако вся кровь ударила в голову, когда, вернувшись, я обнаружила, что мое место на лавке рядом с Кристиной занял Симонов, а Геллер стоит напротив подруги, распушив перья и все свое обаяние по ее адресу.
Глава 1
Богатой будешь
Миша, как обычно, собирался на работу. Ранний подъем, чтобы успеть за час до первой тренировки, и позаниматься самому. Алиса налила ему кофе, вернулась к овсянке на плите, чтобы помешать.
Спасибо, проговорил Миша, поднося к губам чашку.
На здоровье, улыбнулась Алиса.
Как обычно.
Изюм, мед? спрашивала она, хотя заранее знала ответ.
Да, как обычно, ответил Миша, провожая глазами ложку янтарного меда и горсть изюма, которые Алиса добавила в овсянку.
Допив кофе, Симонов смешал себе протеиновый коктейль и выпил. Пока остывала каша, он листал в телефоне новости и публикации, лениво отвечая на вопросы подруги.
Что на тренировке сегодня?
У меня толчок, а народу рывок дам и кондицию минут на десять.
Классно. Жаль не смогу. Работы навалили. Останусь после шести, наверно.
Ммм, ну в следующий раз, зай. Не переживай.
Домой как обычно?
Ааа нет.
Алиса вздернула бровь, а Миша оторвался от телефона и овсянки, наконец, взглянул на нее, чтобы ответить.
Джедай говорил, сегодня ребята знакомые заглянут. Наверно, позарубаемся. Сама понимаешь, болтовней не отделаемся.
Ммм, понимающе протянула Алиса, А что за ребята? Местные?
Нет, мотнул головой Симонов, сделал паузу, только потом уточнил, Из Тулы.
Понятно, кивнула подруга и сама утопила взгляд в тарелке с овсянкой.
Напряжение, которое поселилось в их квартире и отношениях после отъезда Глеба, налилось тяжёлым молчаливым свинцом, повисло в воздухе, встало стеной посреди стола, разделяя Мишу и Алису. Но в очередной раз, проглотив последнюю ложку каши и обиду, Симонов поднялся, обошел стол, приобнял Алису за плечи, поцеловал в макушку.
Все вкусно, зай. Спасибо. Подбросить тебя до метро?
Дойду, пробормотала она, Я еще не собралась.
Миша знал, что она откажется. Долго копается по утрам. Как обычно.
Ладно, тогда до вечера. Набери, если припозднишься.
Хорошо, откликнулась тихо.
Миша уже выходил, когда Алиса подлетела в прихожую, чтобы обнять его и поцеловать. Он подставил губы и ответил на объятия.
Люблю тебя, прошептала Алиса, словно саму себя уговаривала.
И я тебя, откликнулся Мишка как обычно.
Хорошего дня.
Он прикрыл дверь, выходя из дома. Словно улитка, которая нашла силы избавиться от раковины, веселым червяком пополз в сторону ДжедайКроссфит.
Зал всегда был его вторым домом. Миша проводил в Джедае большую часть времени. Он любил грохот железа, запах пота, который пропитал стены, и тяжелый рок. Одно время Симонов отвлекся от всего этого, растворился в Алисе, как рафинад в горячем крепком кофе. Только потом оказалось, что этот напиток хорош и без сахара. И теперь Мишка словно лежал рядом, как те куски рафинада, что всегда клали в кафе на блюдце, но Алиса не притрагивалась к ним.
И снова зал стал для него отдушиной. Только со штангой Мишка мог забыть слова Глеба, брошенные в запале:
«Потому что я спал с твоей Алисой. И знаешь, в чем беда? Если она здесь будет жить, то мы опять переспим. Потому что я не смогу оставить ее в покое. И она мне обязательно снова даст.»
Старался забыть Симонов и откровения Алисы, которые сам вытянул из нее вперемешку со слезами и бесконечными извинениями. Физическая боль притупляла все остальные чувства. Мишка тренировался от рассвета до закрытия клуба. Иногда Ви приходилось выгонять его, запрещая начинать новый комплекс. Даже Андрею Джедаю жаловалась. Только после этого Миша перестал задерживать администратора.