Выбрать главу

А Сорша была уже полностью захвачена ее покупками; она доставала их, прикладывала к себе и разглядывала свое отражение в зеркале.

— Какие же все-таки у тебя есть великолепные вещи! — завистливо сказала она. — Ты должна подарить мне вот это, розовое с лиловым, когда сама перестанешь носить. Кроме всего прочего, разве это не прерогатива бедных компаньонок наследовать поношенную одежду семьи? — Она вдруг недовольно нахмурилась. — Но, Линн, это совсем на тебя не похоже!

— Что на меня не похоже? — Делла приложила максимум усилий, чтобы ее голос не звучал встревоженно.

— Ты всегда говорила, что тебе не нравится серый, что он полнит… Сорша вытащила короткое платье из джерси светло-серого цвета и с обвиняющим видом протянула его Делле.

— О, — быстро нашлась Делла, — Рекс сказал, что ему нравится, как я в нем выгляжу. И кроме того, я думаю, одна из привилегий женщины — быть непостоянной во вкусах.

Она вздохнула с облегчением, заметив, что Сорша, казалось, потеряла всякий интерес к платью. Но передышка была недолгой.

— Только не говори мне, Линн, что ты не привезла с собой костюм для верховой езды, — защебетала Сорша. — Уж его-то ты никогда не забывала привезти в Саггарт. Хотя, честно говоря, я никогда не могла понять, что ты находишь в этих гадких животных! Кроме того, кажется, катание верхом не идет на пользу фигуре. — Она с удовлетворением провела руками по стройным бедрам. — Честно говоря, Линн, ты немного набирала в весе, хотя сейчас, кажется, ты снова похудела. — Внезапно она подозрительно прищурилась. — Между прочим, ты ведь не взяла костюм для верховой езды не из-за того случая, правда?

Делла почувствовала, что кровь отхлынула от ее лица. Вот она и попалась!

— О, я так и думала! Ты стала совсем бледной. Так, значит, ты все-таки потеряла самообладание и перепугалась в тот раз, когда Фион сбросил тебя! — В голосе Сорши звучали злорадство и триумф. — Что ж, ты должна понимать, что чем больше ты будешь откладывать занятия верховой ездой, тем меньше у тебя шансов побороть себя. Я одолжу тебе свои брюки для верховой езды. Они примерно твоего размера, и чем быстрее ты приступишь к обычным утренним прогулкам, тем лучше. Я сама каталась только раз или два с тех пор, как приехала в Саггарт, и у меня нет ни малейшего желания делать это снова. Но ты — совсем другое дело, Линн. Ты всегда просто болела верховой ездой. Ты должна доказать самой себе, что способна вновь сесть верхом на лошадь. В любом случае, — добавила она холодно, — ты пообещала, что разрешишь Перси прокатиться на Фионе завтра, а детей обижать нельзя.

Делла лихорадочно пыталась придумать причину, чтобы избежать катания верхом. Даже если забыть о том факте, что ее попытка сразу же даст понять всем, что она никогда прежде в жизни даже не взбиралась на лошадь, сама эта идея — прокатиться верхом — вызывала в ней панический ужас.

Теперь, видя, что Делла колеблется, Сорша продолжала настаивать с враждебным удовольствием:

— У бедняжки Джулии случился бы приступ, если бы она узнала, что ты просто струсила. Она не терпит, когда кто-то из членов семьи де Валенс демонстрирует страх. Конечно, мой случай — другой. Я совершенно не собираюсь позволять ей вмешиваться в мою жизнь. Я поставила ее в известность об этом еще до своего приезда. В любом случае у меня слишком горячий характер, чтобы играть роль человека, которым я в действительности не являюсь.

— А я разве могу? — тихо спросила Делла.

Сорша подошла к двери. Сквозь блестящую, ниспадающую волнами, золотую парчу туники просматривались контуры ее высокой гибкой фигуры.

— Давай-ка признаемся, ты всегда была человеком, который знает, с какой стороны хлеба намазано масло, и даже если для тебя сейчас не является целью стать хозяйкой Саггарта, то Рекс уже давно видит себя его владельцем. Такой стиль жизни прекрасно ему бы подошел. Он ленив и эгоцентричен, и он предпочитает, чтобы кто-то другой делал за него всю работу. Зная все это, я не думаю, что он будет очень рад, если узнает, что ты хоть чем-то не угодила Джулии. — Она постояла минутку у двери и помолчала, потом добавила: — Я пришлю Пидж с костюмом для верховой езды завтра. Доброй ночи, — мягко пожелала она, уже закрывая за собой дверь.

Делла быстро разделась. Несмотря на опасения того, что ей предстояло следующим утром, и ужасно жесткий валик под подушкой, она быстро заснула на мягком и удобном толстом матрасе, который, к ее удивлению, оказалось, был набит чистым пухом.

Она понятия не имела, как долго спала, но, когда она, наконец, проснулась, в камине уютно потрескивали поленья, а за окном явно что-то происходило. Хлопнула дверца машины, залаяли собаки, послышался легко узнаваемый, протяжный, с акцентом, голос Райана.