– А ты по-видимому руководитель лаборатории, не так-ли? – Директор перебил говорившего и буквально заорал, – а тебе не приходило в голову, что управу можно найти на любого? Бессмертных и неуязвимых не бывает…
Шаман невозмутимо дождался тишины и заговорил как ни в чем не бывало: – Вы ошибаетесь. Я отнюдь не руководитель лаборатории. Так далеко мое самомнение не заходит. Я всего лишь рабочий-уборщик, которого пригласили для очистки помещения и стерилизации оборудования. Просто этому самому уборщику немного жаль подопытных свинок, вот он и работает не торопясь. Однако представим, что одно из животных укусило уборщика и бедолага помер от заражения крови, например. Ну и какой реакции вы ждете от руководителя? Мало того, что работа так и не выполнена, так теперь еще и от трупа избавляться надо. С его точки зрения может оказаться, что проще спалить всю лабораторию разом и оборудовать другую по соседству.
– Понятно, – аналитик понял, что разговор надо срочно брать в свои руки, – скажи Шаман, сколько у нас времени? До того как уборщик дойдет до нашей "клетки".
– Десять лет. При условии сохранения нынешних темпов уничтожения лесных массивов. Чем интенсивнее вы будете этим заниматься, тем раньше мне придется вмешаться.
– Откуда такая цифра, если это не секрет?
– Не секрет. Первое поколение новой расы уже подрастает. Они заселят Восточно-Африканский Рифт. Его я начну готовить уже сейчас. Вы вторые на очереди.
– А Америка?
– Они резерв.
– Но почему именно они?!
– В благодарность. Да и шанс все-таки исполнить предназначение у них существенно выше.
Глава 22
– О Винсент, наконец-то вы решили удостоить наш клуб своим присутствием.
– Привет Генри. Да вот собрался наконец. Устал киснуть в своих четырех стенах. Да и здоровье стало получше.
– Так значит это правда. Ваш таинственный друг действительно вылечил вас.
– От рака вылечил. Но к сожалению не от старости. Но пока еще я скриплю. Какие новости Генри?
– Новости есть, но самая интересная, это то что случилось с беднягой Джеффри.
– А что с ним?
– Ну вы же помните, мой друг, все эти охотничьи байки. Джеффри буквально бредил охотой. И совсем недавно все-таки отправился на сафари. В Африку.
– Вот черт. Я же предупреждал, что Африка сейчас не лучшее место для развлечений. Там сейчас Шаман и…
– Мы помним, и пытались отговорить упрямца. Но тот закусил удила. Отдал какие-то феерические деньги устроителям сафари и отбыл собирать "Большой шлем".
– И на чем же он споткнулся?
– На носороге. Свидетели говорят, что животное повело себя совершенно не типично. Извернулся как кошка и подставил под пулю свой рог. Второй выстрел Джеффри смазал, а там носорог домчался до него и то что осталось от нашего друга пришлось собирать чайными ложечками. Вот такие новости Винсент.
– Да уж, сказать нечего. Радует лишь одно. Африка это по большей части саванна и потеря тамошних лесов не должна нам аукнуться сколько-нибудь сильно. Значит Борнео и часть Африки…
– Борнео и Суматра. По последним данным на Суматре сейчас тоже самое. Малайзия и Индонезия практически перестали существовать как государства.
– Радует лишь, что Шаман держит свое слово и нас не трогает.
– Это радует, согласен.
– Адон Шаман, на каком языке вы хотели бы говорить?
– Я в достаточной степени владею ивритом, но предпочитаю все-таки русский. И без "господина" пожалуйста. Просто Шаман.
– Ну что же, русский так русский. Я бригадный генерал Бернштейн. У нас собственно говоря один вопрос. Чего ждать Израилю в свете надвигающихся изменений.
– В ближайшее время я думаю никаких особенный коллизий не предвидится. У меня подрастает первое поколение. Второго стоит ждать не ранее чем через десять, пятнадцать лет. Именно для них я и готовлю Африку. Впрочем в Африке лесов не слишком много, а на открытую саванну мои питомцы пока выходить не готовы. Так что никаких особых потрясений пока ждать не стоит. Возможно несколько увеличится поток беженцев, но не слишком значительно. На территории же Израиля я никаких действий не планирую. Я благодарен вам за то, как вы приняли моих родных. Кроме того ваше отношение к лесам мне весьма импонирует. Ваше государство одно из немногих в мире, кто наращивает лесные массивы, а не уменьшает их.