— Отличный результат. Просто продолжай. Со всем разберёшься. Весь этот мусор главное найти, потом вычищать хоть и противно, но терпимо. Рекомендую в рот что-то мягкое засовывать. Некоторые моменты настолько жёсткие, что даже от воспоминания зубы крошатся. Ну, у меня так было. Давай тогда эту тему оставим на сегодня. На ночь ничего больше не вспоминай, завтра со свежими силами продолжишь.
— Ладно. А ты что будешь делать? Медведей дрессировать?
— Если вернутся, то да. Мне так или иначе надо тренировать свои способности. Раз уж эта штука пришла в мою жизнь, придётся её развивать. Как — я понятия не имею. Буду пробовать. Слушай, но ведь у тебя же тоже есть прямо сейчас суперспособность, — я улыбнулся. — Ты разве не поверила, что можешь определять, вру я или говорю правду? Ты реально это можешь.
— Я в стрессе была, когда ты всё это мне показывал. Я просто посчитала это фокусом, а потом даже не вспоминала об этом.
— Ну, давай ещё раз проверим. Сама можешь придумать, как это сделать. Я могу числа писать, могу предметы прятать — сама придумай.
Девушка уже не воспринимала в штыки всё, что я говорю, поэтому не отказалась.
— Давай. Бумага есть?
— Есть, — я достал из рюкзака чистую тетрадь и ручку. — Что делать?
Крапива взяла тетрадь, вырвала лист, аккуратно разорвала его на четыре прямоугольника и подписала каждый своей фамилией. Дала мне один из этих кусочков бумаги.
— Я отвернусь, а ты напишешь любое число. Вообще любое, а потом я буду угадывать.
— Хорошо. Мнимые числа тоже можно?
— Не выпендривайся. Мнимые нельзя. Иррациональные тоже нельзя, — сделала меня на моём поле Крапива. Всё-таки у меня высшее техническое, а она гуманитарий.
— Ладно, ладно, — я примирительно поднял руки, сдаюсь.
Девушка отвернулась, а я написал на листочке «–113,5». Самому интересно, как она угадает это число. Спрятав бумажку в карман штанов, я произнёс:
— Написал.
— Я не буду каждый раз говорить врёшь ты или говоришь правду, просто отвечай что хочешь, а я буду вопросами искать это число.
— Давай попробуем.
Крапива взяла тетрадь и стала задавать мне вопросы, помечая у себя ответы.
— Больше десяти?
— Да.
— Больше пяти?
— Нет.
— Одно из этих: ноль, один, два, три, четыре?
— Да.
— Дробное число?
— Нет.
— Десятичная дробь?
— Нет.
— Знак после запятой один?
— Нет.
В итоге Крапива потратила совсем немного времени и угадала моё число. Я достал из кармана бумажку и показал ей.
— А с другими я так могу? — не особо и удивилась девушка.
— Не знаю, надо проверить при случае. Чай будешь?
— Давай.
Я налил нам чаю, и тут Крапива опять сменила тему.
— Маугли, а почему ты решился на всё это? Сбежал, похитил меня. Ну, предположим, ты прав, промыли мне мозги, веду я себя неадекватно, но ведь ничего страшного не происходит, чтобы ты так себе жизнь решил поломать. Ведь, как я понимаю, это спонтанно произошло? Ты увидел, что тренер за мной ухаживает и решил рискнуть, лишь бы у меня с ним ничего не получилось? Так мы с тобой никогда не дружили, даже наоборот. Чего тебе так обо мне заботиться вздумалось? Меня же не убивали. Ну, позже бы подошёл поговорить или позже бы похитил, нормально подготовившись. Ты же прямо сорвался сразу.
— Ну, я обещал, что не буду ничего рассказывать про период времени после того, как я приехал в квартиру Семёныча, но кое-что можно сказать. Мы с тобой помирились. А когда друг на моих глазах ведёт себя, как марионетка, это страшно. По-настоящему страшно и по-настоящему больно. Не знаю, даже для кого я это больше сделал. И для тебя, и для себя одинаково. Я бы не смог жить нормально, если бы не вмешался. Вот представь, ты знаешь, что твоей подруге внушили идею, что она проститутка, это её призвание и ей это очень нравится. И она на твоих глазах предлагает себя кому-то в клубе. Ты бы постаралась это остановить.