Выбрать главу

При таких условиях операция продолжалась практически беспрерывно до конца января. Погода стояла благоприятная. Правда, если не несколько дней, то несколько часов все же шли дожди, иногда сильные, но не слишком продолжительные. Однако в этом столь неустойчивом климате погода всегда могла неожиданно измениться. А именно этого и следовало опасаться.

За это время в районе острова Эстадос было замечено присутствие двух кораблей.

Первым оказался английский пароход, идущий из Тихого океана и поднимающийся в пролив Ле-Мер, чтобы взять курс на северо-восток, вероятно, в один из европейских портов. Из пролива он вышел днем, по крайней мере в двух милях от мыса Сан-Хуан. Он показался после восхода солнца и исчез еще до заката. Его капитан никак не мог заметить, что маяк погашен.

Вторым кораблем был большой трехмачтовик, государственную принадлежность которого не удалось установить. Уже спускалась ночь, когда он появился на широте мыса Гомес и пошел вдоль южного побережья острова до мыса Северал. Стоявший на вахте Карканте увидел только красный огонь с левого борта. Но если капитан и команда находились в плавании несколько месяцев, то могли не знать, что строительство маяка уже завершилось.

Судно шло достаточно близко от берега, и люди на его борту могли бы заметить сигналы, например костер, разожженный на мысе Ванкувер или мысе Северал. Пытался ли Васкес привлечь их внимание? Неизвестно. Так или иначе, но на восходе солнца корабль исчез.

На горизонте появлялись другие парусники и пароходы, вероятно, державшие путь на Мальвинские острова. Но они могли даже не знать о существовании острова Эстадос.

В первые дни февраля, с наступлением высоких приливов, погодные условия изменились коренным образом. Ветер перешел на юго-западный и буйствовал у входа в залив Эль-Гор.

Хотя ремонтные работы не были полностью закончены, замененные шпангоуты, флоры и обшивка сделали корпус «Мауле» водонепроницаемым. Теперь команде не приходилось опасаться, что вода зальет трюм.

Пиратам можно было поздравлять друг друга, потому что на протяжении двух суток, в максимум прилива, вода почти достигала ватерлинии, и шхуна даже выпрямилась, хотя киль ее не вышел из песка.

Конгре и его сообщникам приходилось принимать все меры предосторожности, чтобы избежать новых поломок, которые могли бы надолго отсрочить выход судна.

Впрочем, было одно весьма удачное обстоятельство: днище держало шхуну. Ее кренило то на один, то на другой борт, и довольно резко. Однако ей не грозила опасность быть выброшенной на скалы.

А начиная с 4 февраля прилив пошел на убыль. «Мауле» вновь встала неподвижно на берегу. Появилась возможность проконопатить верх корпуса. Теперь от рассвета до заката непрерывно раздавался стук деревянных молотков.

Погрузка добычи также не должна была задержать «Мауле». По приказу предводителя банды шлюпка с пиратами, не занятыми на ремонте, часто наведывалась в пещеру. Их сопровождали то Конгре, то Карканте.

Каждый раз привозилась часть груза, которому предстояло занять место в трюме. Туда же должны были поместить и балласт, но не больше трети от прежнего объема. Все имущество временно размещали на складе маяка. Таким образом погрузка пройдет быстрее и организованнее, чем если бы «Мауле» привели к пещере и поставили у входа в залив, где операции могла бы помешать непогода. На побережье, продолжением которого служил мыс Сан-Хуан, шхуна не нашла бы ни одного укрытия.

Через несколько дней ремонтные работы завершатся, и тогда можно будет размещать груз на борту.

К 13 февраля были полностью проконопачены последние швы палубы и корпуса. Пиратам даже удалось освежить борта «Мауле»[139] от носа до кормы при помощи банок с краской, найденных среди обломков погибших кораблей. Конгре не забыл также вновь осмотреть такелаж и распорядиться поставить заплатки на парусах. Впрочем, шхуна, когда покидала Вальпараисо, была совсем новой.

Конечно, «Мауле», чтобы начать погрузку, могла войти в бухточку уже в тот же день. Но, к величайшему неудовольствию Конгре и его сообщников, сгоравших от нетерпения покинуть остров Эстадос, пришлось двое суток ждать прилива, высоты которого должно хватить, чтобы шхуна снялась с мели и встала на якорь посреди бухточки.

Такой прилив наступил утром 15 февраля. Киль поднялся из канавки, образовавшейся в песке. Теперь следовало заняться погрузкой.

Если не случится ничего непредвиденного, «Мауле» может через несколько дней выйти из залива Эль-Гор, спуститься по проливу Ле-Мер и, взяв курс на юго-запад, полететь на всех парусах в тропические моря Тихого океана. 

вернуться

139

Мишель Верн воспользовался возможностью переименовать шхуну, которую Конгре «в честь своего помощника окрестил „Карканте“». Жюль Верн сделает это только в гл. XII. (Примеч. фр. изд.)