Выбрать главу

— Э-э, здесь... это, ну к свадьбе, так сказать... железки всякие, — только и смог произнести Дзог, с трудом переводя дыхание от восхищения фигуркой своей возлюбленной.

— Хм, что ж, давай посмотрим. Только лучше в пещере, чтобы без посторонних. К тебе это не относится, принц Ландирии, заходи, поможешь мне открыть чемоданы.

После того как оба дракона скрылись в пещере, Барди последовал за ними. Сделав несколько шагов, он обо что-то споткнулся: пол под ногами был усеян костями.

«А эта самка не особо чистоплотная», — брезгливо поморщился рыцарь с чувством некоторой обиды за Дзога.

— Ну, чего жмёмся? Я жду, — строго донеслось из темноты, снова сверкнули глаза.

— Иду, иду, — сообщил рыцарь, чиркая зажигалкой вновь и вновь. — Здесь слишком темно, шею свернуть недолго.

— Положи руку мне на хвост, — отозвался Дзог, приходя на помощь. — Шифр один, два, три, четыре. Ты же знаешь, я не люблю усложнять.

Барди успешно вскрыл оба чемоданчика, сокровища вспыхнули бледным золотистым светом, выхватив из тьмы две огромные морды будущих супругов.

— Неплохо блестит, — буркнула Гейла, первый раз уважительно посмотрев на Дзога. — Человек, ты свое дело сделал, можешь быть свободен.

— Но я обещал отвезти парня в Ландирию, — неуверенно вспомнил жених.

— Сейчас ты никуда не полетишь, — отрезала дракониха. — А твой принц пусть придёт завтра, в это же время.

Дзог не нашёлся, что ответить, и рыцарь счел благоразумным ретироваться. Главное, найти поблизости какое-нибудь село, монеты в кармане, слава богу, есть, но в случае чего в такой тёплой экипировке не страшно заночевать даже на улице.

Кстати, деревенька оказалась достаточно близко. Крестьяне накормили рыцаря неизменной чечевицей, чёрствыми лепёшками и салом, поселив в каком-то хлеву, где он провёл кошмарную ночь, выкармливая собой колонию незамерзающих насекомых. Рядом вздыхала корова, да так сочувственно, будто говорила: «Сама изнемогаю, сосед... Был бы второй хвост, подарила бы бить паразитов!»

Утро он встретил как благословение: не утруждая хозяев словами благодарности, не прощаясь, запахнул шубу, махнул бурёнке и побрёл прочь, благо утренняя прохлада не позволяла сбавить шаг.

Как ни странно, Дзог уже ждал его в начале просеки в позе преданной собаки.

— Давай взбирайся на спину, — тихо приветствовал он.

— И ни слова о первой ночи? — осмелился спросить рыцарь.

Дракон молча начал разбег.

— Тебя выгнали?

— Нет, но Гейла не позволила близости... Нам, видите ли, следует лучше узнать друг друга!

— И как долго?

— Пойди спроси! Кто поймет их капризы? Бабы везде бабы... Знал бы — не связывался.

— Наберись терпения, дружище!

— Придётся, раз уж выдал наперёд половину своих сбережений. Шутка ли?!

Барди умолк, переключившись на красоты природы. Поздняя осень окрасила предгорья Сандирии в золотисто-красный цвет, зеленели плотные ряды сосен, белели снежные шапки вершин. День был солнечный, небо ясное, голубое... Рыцарь поплотней закутался в шубу и стал думать о Хельге.

Гургил, незаметно устроившийся рядом, с удовольствием отметил: наконец, возвращаясь с чужбины, подопечный не думает о своей несносной супруге, а это уже что-то!

Снег в окрестностях замка Рогоналя таял, поэтому приземляться пришлось в грязную лужу перед казармой. Дзог соблаговолил поделиться своими планами:

— Значит, так, ты меня представил, сосватал, теперь покорми и можешь больше не волноваться.

— Я и не волнуюсь...

— А хвост у неё ничего, заметил?

— Наверное, но я не очень разбираюсь в хвостах, извини.

— Но чешую-то видел, оценил?!

— О да, разумеется, чешуя просто отпад!

Дзог завилял хвостом и побрёл куда-то, видимо, есть своих законных овечек.

Барди зашагал к подъёмному мосту, навстречу ему выбежал взволнованный сотник Даго:

— Мой генерал!

— Говори.

— Во время вашего отсутствия мы заметили лазутчиков в чёрных плащах. Они ошивались вокруг замка в пределах видимости, у них чёрные лошади, очень быстрые — нам не удалось их задержать, всадники скрылись в лесу.

— Преследование организовали?

— Да, мой принц, но они ушли.

— Что на голове у этих чёрных?

— Островерхие шлемы. Мы решили запереть ворота замка получше, на стене дежурят арбалетчики.

— И правильно сделали, а в поле посты поставили?

— Нет, мой принц.

— Напрасно. Приказываю выставить сейчас же и докладывать обстановку мне лично трижды в день и один раз в полночь!

— Есть.

Даго щёлкнул сапогами и убежал, а Барди побрёл к воротам.

— Стража!

Молчание. Кто-то где-то нескромно храпел — у Барди был отменный слух. Поднявшись в потайную келью привратной стражи, расположенную глубоко в стене, главнокомандующий получил возможность наблюдать двух сладко спящих бородачей.

— Па-дъё-ом! — скомандовал он. — Доброе утро, отличники службы!

— !!!...

— По пять ударов палкой обоим! Исполнение проверю у сенешаля.

«И это моё королевство!» — досадовал рыцарь, отсчитывая каблуками ступени крепостной стены, дальнейший путь его лежал в погреб.

Рогональ себе не изменял, его местоположение было тем же, состояние известным, расположение духа радостным, речь пока что разборчивой.

— Рад тебя видеть, зятёк, в добром здравии, хорошо, что не забываешь, заходи! Чудесная перментация получилась на этот раз.

— Ферментация, — машинально поправил Барди.

— Как ни называй, а попробовать надо. Держи, твоё здоровье!

Рыцарь махнул рукой и принял полную кружку недобродившего пива.

— Вот мне всё не верится, зятёк, неужто я и впрямь больше ничего не должен Сандирии?

— Ничего, ваше величество, даже не беспокойтесь.

— Вот и хорошо, помог отделаться от Диотемия, его проценты больше, чем моя голова поутру.

— Но Кирикии вы по-прежнему должны.

— Подождут, там и сумма поменьше, и срок прошёл совсем маленький, каких-то два годика.

— Четыре, если не ошибаюсь...

— Тьфу, да что ты к словам цепляешься? Не едут, и слава богу, давай за это выпьем!

— Моя рыцарская честь велит отдавать долги при первой возможности.

— А моя королевская смекалка говорит: бери, пока дают, не отдавай, пока не прижмут, и пей, пока льётся. Ха-ха-ха!!! Твоё здоровье, рыцарь!

— Другие короли рассуждают иначе, поэтому они богаче и сильнее вас.

— Ну и хватит об этом, каждый делает что может, давай о чем-нибудь другом?

— И о чём же?

— О налогах. Вот скажи, что так плохо собирают налоги? Воруют, что ли?

— Диотемий давно решил эту проблему, он и палку в ход пускает, и уши с носами отрезает, и руки с ногами рубит.

— Садист.

— Согласен, но такие меры не для удовольствия ему нужны, а ради порядка. В Ландирии, кстати, не мешало бы налоги снизить раза в три, может, тогда и платить начнут.

— Ну так помоги родине, устрой всё, я разрешаю! Твоё здоровье.

— Ладно, — согласился Барди. — Первым делом я сверстаю на компьютере экономический бизнес-план развития и льготного налогообложения.

— Только не надо магических слов, я пугаюсь. И вот ещё, люди говорят про чёрных разведчиков, мне это очень, очень не нравится! Ну не могли же кирикийцы послать ко мне наёмников?! Это уж слишком, правда? Здесь кроется что-то другое...

— Эти незнакомцы впервые появились во время ночного привала на озере, когда мы ездили закупать оружие. Уверен, к Ландирии давно присматриваются.

— Ох, Барди, вижу, работы тебе невпроворот... Ну иди же, правь нами!

Рыцарь задумчиво кивнул и, покинув убежище Рогоналя, решил пройтись под окнами их с Розамундой спальни. Да, всё как обычно, в наступающих сумерках за цветным стеклом было хорошо видно сияние, исходящее от экрана, и слышны обрывки киношных фраз и музыки. Удостоверившись, Барди отправился в свою «палату»...

Едва рыцарь погрузился в глубокий сон, нервный и настойчивый стук разбудил его. Нет, это не Хельга и вряд ли Розамунда. Прибыл сотник.

— Беда у нас! Беда! — едва не срываясь на крик, доложил Даго. — Полевые дозоры убиты, никто ничего не видел, но, судя по всему, ребята даже не успели обнажить мечей.