Выбрать главу

Все это бывало в ту пору, когда Бледонс-Рок принадлежал родителям Роксаны, и потом — тоже, когда поместье перешло в руки Стернов. Миссис Стерн оказалась такой же гостеприимной хозяйкой, как и миссис Бледон, но у нее к тому же было значительно больше денег, чтобы устраивать приемы с особенным размахом. Всякий раз она делала все, чтобы заманить на них Роксану, потому что та околдовала Ричарда с первого же взгляда.

В то время Роксане было не больше пятнадцати лет. Длинноногая, живая, потрясающе красивая девочка. Элегантный молодой Ричард, который разъезжал на «ягуаре» кремового цвета и тяготился учебой в Оксфорде, все свободное время уделял ей, охотно превратившись в ее раба.

Валентина всегда была уверена в том, что его приворожили глаза Роксаны, ярко-зеленые, как у змеи. Они могли повелевать им, приводить в ярость и отчаяние, делать глубоко несчастным. Он бросал все, чтобы поехать с ней в цирк, в кинотеатр в Уайтхевен или за покупками. Роксана обожала кричащие наряды, и он поощрял ее выбор немыслимых вечерних платьев и парчовых туфель на умопомрачительных каблуках. Он сам покупал для нее драгоценности… бижутерию, говорил он. Но Валентина знала, что эти украшения приобретались не там, где продается бижутерия.

Он научил ее водить машину, ездить верхом, ловить рыбу и плавать как дельфин. Он назвал в ее честь красавец катер небесно-голубого цвета и устраивал для нее прогулки вдоль побережья. Во время одной из них они обнаружили безымянный остров и объявили его своим островом. Со временем он тоже стал называться островом Роксаны. Однажды они застряли на нем на целые сутки, когда мотор катера заглох и никто не знал, где они находились.

Все ждали объявления об их помолвке еще задолго до того, как Роксане исполнился двадцать один год. Но в тот день ее рождения никакого объявления не последовало, несмотря на то что миссис Стерн устроила грандиозный прием. Свой следующий день рождения Роксана отметила с однокашниками по драматическому училищу в Лондоне, где она подавала большие надежды. В двадцать три года Роксана сыграла заглавную роль в первой пьесе Ричарда, и он подарил ей в день рождения бриллиантовое ожерелье. К тому времени, когда Роксане исполнилось двадцать пять, никто не знал, где она находится, а Ричард в Лондоне всюду показывался с блондинкой, которую на уик-энды привозил в Бледонс-Рок.

Валентина, которой в ту пору стукнуло девятнадцать, жила у тетки в деревушке рядом с поместьем. Она отдала бы все на свете за один взгляд Ричарда, пожертвовав даже надеждой на замужество. Но таким взглядом он ее ни разу не одарил. Для него она всегда оставалась «забавной малышкой, бледным отражением Роксаны, за которой эта девочка бегала как котенок».

Он всегда хорошо относился к ней — как старший брат к сестре. Поддержал ее, когда она решила сделать короткую стрижку, а тетка воспротивилась этому. Вступался за нее, когда ее не приглашали на вечеринки, и настаивал, чтобы она пришла. И даже один раз купил ей подарок, когда вспомнил, что у нее день рождения. Он купил ей дамскую сумочку из крокодиловой кожи с золотой застежкой. Эта сумочка до сих пор служит ей и, похоже, послужит еще.

Он также находил, что она очень искусно лепит, и приобрел одну из ее ранних вещиц — изящный слепок головки Роксаны, который он держал на письменном столе в своей лондонской квартире.

Валентина видела Ричарда в последний раз перед его отъездом в Бразилию. В тот вечер в театре шла его пьеса, а по ее окончании Ричард устраивал прием для актеров и своего окружения. Валентина, получившая пригласительный билет на представление, после спектакля ждала в фойе, пока схлынет толпа и перестанет лить дождь, чтобы выйти на улицу и поймать такси. Но тут неожиданно появился Ричард со всей своей компанией и, заметив Валентину, настоял на том, чтобы подвезти ее. А затем спохватился и пригласил на ужин, не признавая, как и прежде, никаких ее отказов.

Валентину подхватили и отвезли на его квартиру в Челси, где вечеринка продолжалась до самого утра. С балкона большой гостиной она любовалась рассветом над рекой и думала: «Хорошо бы суметь передать на холсте шафранные краски утренней зари на фоне голубого неба, темные очертания речных буксиров и здания электростанции «Баттерси» дальше на берегу; и особенно хотелось бы запечатлеть крупную звезду, по-прежнему сверкающую в голубой лазури». Один из гостей, тоже вышедший на балкон, угощал ее сигаретами и бросил на нее критический взгляд из-под своих черных ресниц.