– Это кулон Камиллы.
– Я подарил его ей, – объяснил Магнус, горько усмехнувшись. – Месяц назад она вернула все мои подарки. Можешь взять его. Он предупреждает о приближении демонов. Может, сработает и с механическими тварями Мортмейна.
– Истинная любовь не умирает, – перевел Уилл надпись на задней грани кулона. – Я не могу носить его, Магнус. Для мужчины он слишком изящен.
– Как и ты. Иди домой, приведи себя в порядок. Я свяжусь с тобой, как только что-нибудь выясню. – Он пристально посмотрел на Уилла. – И постарайся, чтобы я не пожалел о своем решении помочь.
– Подойдете ко мне – и я ударю вас кочергой по голове, – сказала Тесс, выставив кочергу перед собой на манер меча.
– Не сомневаюсь, – ответил Вулси.
Он смерил Тесс взглядом и вытащил из кармана платок с монограммой, которым вытер кровь с подбородка. Уилл тоже был в крови и сейчас, без сомнения, пачкал этой кровью какую-то другую комнату, куда отвел его Магнус.
– Я смотрю, ты начинаешь походить на своих любимых Сумеречных охотников, – протянул Вулси. – Что заставило тебя обручиться с одним из них? Да еще и с умирающим…
Тесс захлестнула волна гнева, и ей захотелось ударить Вулси, даже если он не приблизится к ней ни на дюйм. Но вспомнив, как он быстро двигался, сражаясь с Уиллом, Тесс поняла, что у нее нет шансов.
– Вы не знаете Джеймса Карстерса. Не говорите о нем так.
– Любишь его, да? – прошипел Вулси. – Но ты и Уилла любишь.
Тесс похолодела. Она знала, что Магнусу было известно о чувстве Уилла, но не подозревала, что и ее ответное чувство было столь очевидным.
– Это неправда, – сказала она.
– Лгунья, – бросил Вулси. – Какая тебе разница, если один из них умрет? У тебя ведь все равно останется запасной вариант.
Тесс подумала о Джеме и вспомнила, как прекрасны его черты, как серьезны его глаза, когда он играет на скрипке, как изящен изгиб его губ, как легки прикосновения его пальцев – и как дорого ей все, что связано с ним.
– Представьте, что у вас двое детей, – начала она, – и один из них умирает. Разве вы не будете переживать? Разве будете думать, что все в порядке, потому что у вас есть второй ребенок?
– Можно любить двух детей всем сердцем. Но отдать сердце можно лишь одному человеку, – заметил Булей. – Такова природа Эроса. Сам я с этим не сталкивался, но так пишут в романах.
– О, романы – ненадежный источник.
– Почему же?
– Они лгут.
Вулси приподнял одну бровь.
– А ты забавная, – сказал он. – Кажется, я даже начал понимать, что в тебе нашли эти мальчишки, но… – Он пожал плечами. По желтому халату скатилась капля крови. – Женщин я никогда не понимал.
– И что же в них такого загадочного?
– Я никак не могу взять в толк, зачем они нужны.
– Разве у вас не было матери? – удивилась Тесс.
– Да, какая-то женщина произвела меня на свет, – без особого энтузиазма признал Вулси. – Но я плохо помню ее.
– И все же, если бы не женщина, вас не было бы вовсе! Какими бы бесполезными мы вам ни казались, мы умнее, решительнее и терпеливее мужчин. Может, мужчины и сильнее нас, но женщины могут вынести что угодно.
– Этим ты и занимаешься? Пытаешься вынести свою жизнь? Ты как будто и не рада помолвке. – Вулси скользнул по Тесс глазами. – Говорят, если сердце разделится само в себе, не может устоять такое сердце. Ты любишь их обоих, и это убивает тебя.
– Дом, – сказала Тесс.
– Что? – удивился Вулси.
– Если дом разделится сам в себе, не может устоять дом тот[12]. Не сердце. Может, не стоит использовать неточные цитаты?
– А может, хватит жалеть себя? – огрызнулся Вулси. – Большинству людей с трудом удается обрести одну великую любовь в своей жизни. А у тебя их две.
– Но вы и вовсе не любили ни разу!
– Ой! – Вулси отпрянул в притворном ужасе, прижав руки к груди. – А голубка кусается! Ладно, раз не хочешь говорить о личном, может, перейдем на более общие темы? Давай обсудим твою природу? Магнус полагает, что ты – чародейка, но я в этом не уверен. Мне кажется, в тебе есть кровь фейри, ведь что твое искусство принимать любую форму, как не магия иллюзий? А кто владеет ею в совершенстве? Фейри.
Тесс вспомнила, как синеволосая фея на вечере Бенедикта утверждала, что была знакома с ее матерью, но ответить Вулси не успела: в дверь вошли Магнус и Уилл – и хмурый Уилл, как и ожидалось, по-прежнему был весь в крови. Он перевел взгляд с Тесс на Вулси и слегка усмехнулся.
– Похоже, ты был прав, Магнус, – признал он. – Он не представляет опасности для Тесс. А вот она, похоже, может его покалечить.
– Тесс, дорогая, дайте сюда кочергу, – сказал Магнус, протянув руку к оружию девушки. – Вулси не так уж сложно усмирить.