Выбрать главу

– Что вы, что вы. Это вы извините… – невнятно бормотал я.

– Поверьте, Руслан, шоу у нас будет что надо. Главное, побольше смелости и напора… Следующий ход за мной. Ждите приглашения. А сейчас мне надо торопиться. Дочка заждалась уже, наверное.

Померанцев попрощался со мной и быстро вышел из зала. Я стоял около барной стойки, в нерешительности переминаясь с ноги на ногу. Странный человек… Неожиданный человек… Где же Верхов успел с ним познакомиться? И когда? Я присел за стол и ещё раз попытался набрать Сергея на мобильном телефоне. Знакомый металлический голос девушки сообщил, что абонент недоступен.

Я всегда был готов к любым выходкам моего лохматого приятеля, но чтобы именно сегодня и так бросить товарища, оставив один на один со своим знакомым, даже не предупредив, – это был верх верховского эгоизма и безалаберности. Тем не менее появилась уверенность, что наши тамплиеры не канут в Лету, не оставив свой след на отечественных телеэкранах.

Я вышел на улицу. Что же, я не Верхов, телефон не выключаю, всегда на связи, надо будет – найдёт. Но на сегодняшний день откровенных бесед с меня было достаточно.

Глава 8

– Кем вы ему будете? – спросил следователь, окинув меня усталым и безразличным взглядом.

– Знакомый… Друг, – ответил я.

Следователь что-то молча записал на листе бумаги.

– Мне надо будет его опознать? – спросил я.

– Зачем же. Нет, такой нужды нет, – сказал следователь, не поднимая головы. – Его уже опознали. Приезжала его знакомая. – Следователь обернулся к сидящему за соседним столом капитану. – Василич, у тебя ручки нет? Моя уже совсем не пишет.

Василич деловито порылся у себя в столе, вытащил и передал следователю синюю одноразовую ручку без колпачка с треснутым корпусом.

Верхов так и не позвонил вечером, не позвонил он и утром следующего дня. И он больше уже никогда не позвонит, не придёт в гости, не посмеётся, не расскажет забавную историю, не поделится своей мечтой. Потому что Сергея Верхова больше не было – он погиб, погиб в тот самый вечер, когда я должен был встретиться с ним в клубе.

Рано утром раздался звонок телефона. Это была Света Торопова. Всхлипывая, заплетающимся от шока голосом она сказала, что Сергея сбила машина. Я спросил: «В какой больнице?» Она тихо ответила: «Он умер». Это было похоже на злой сон. И я, оглушённый, бесцельно бродил по квартире, всё ещё не веря, что Сергея не стало. В это трудно было поверить. В голове не укладывалось то, что глупая случайность могла в одно мгновение уничтожить мечту, надежду, жизнь человека, которого я так долго и близко знал, человека, с которым я ещё вчера говорил и строил планы на будущее. Как это могло произойти? Почему? Запоздалые, несвоевременные вопросы. Сергея не стало…

– Ваша фамилия, имя, отчество, адрес проживания? – спросил следователь.

Я ответил. Он аккуратно записал.

– Как он погиб? – спросил я.

– На перекрестке Тимирязевской улицы и Красностуденческого проезда в результате ДТП. Сбившая его машина скрылась с места преступления.

– Вы их найдёте? – Мой вопрос прозвучал наивно.

– Молодой человек, идёт следствие, – раздражённо бросил следователь. – Попытаемся сделать всё возможное, хотя, честно говоря, – следователь сделал паузу и печально посмотрел мне в глаза, оторвавшись от своих бумаг, – у нас практически нет шансов. Очевидцы не запомнили не только номер, но и марку машины. Говорят, что это был тёмно-синий джип… Знаете, сколько в Москве и Подмосковье тёмно-синих джипов?!

Это восклицание прозвучало как приговор. Следователю и самому было неприятно признаваться в своём бессилии, вешая на себя очередное бесперспективное дело. Судя по всему, он и не пытался обманывать себя и других.

– Вы телефон его родителей или других родственников знаете?

– Нет, – ответил я, только сейчас осознав, что никогда не видел и ничего не знал о родных Верхова.

– Ладно, пошлём телеграмму по месту прописки, – разочарованно пробормотал следователь. – Давайте подпишу пропуск. Если что-то понадобится уточнить, мы позвоним вам.

Я медленно шёл по улице. Был жаркий летний полдень. Нежно-голубое небо, яркое солнце. И только мокрый местами асфальт и грязь напоминали о прошедшем ночью дожде. Меня окружала казавшаяся мне бессмысленной июньская активность города, разбавленная пылью асфальтовых дорог и гарью наглых московских автомобилей.

Я думал о Сергее, о том, чего уже никогда не будет, о том, что уже не вернуть. Я никогда не считал Верхова своим близким другом – у меня и не было никогда близких друзей, или я не хотел, чтобы они у меня были… Но в последнее время, после встречи с Кариной, он стал для меня больше, чем просто приятель. И наш последний разговор… Я вспомнил его озадаченно-раздражённое выражение лица, его устало брошенную фразу: «Мне всё это не нравится». Невидимый и непредсказуемый Режиссёр Судьба разыгрывал странную и страшную партию. Всё изменилось и запуталось, события приобретали лавинообразный характер, мои последние встречи с Сергеем и Кариной стали откровением. Что я мог узнать ещё? Что ещё происходило вокруг, чего я не знал, пока не знал?