– Что здесь происходит? – поинтересовался сэр Берг у зрителей, которые толпой собрались вокруг происходящего действа.
Вот за что я не люблю магистрат, Арн, привет, что сразу появляются стражники. Кто был таким параноиком, что установил такую систему контроля? Нельзя быть таким, нельзя. Дайте разумным поразвлечься. Представление будет через пятнадцать минут, а пока идет разогрев публики. Вон как все оживились! Видят бесплатное и чрезвычайно занимательное действо. А дружки барончика почему-то не присоединились к веселью. Зря, очень зря. Я бы тоже поразмялся.
– Этот хам назвал меня шлюхой, – стуканула коменданту города принцесса.
– Взять его под стражу, – рявкнул Берг. – Простите, ваше высочество, меня за этот инцидент. Обещаю, что подобное больше не повторится. Никто не смеет оскорблять принцессу Аниту Лазуритную в Белгоре, – уточнил наместник свою позицию многочисленным зрителям.
Горожане усмехнулись, а смертники выпали в осадок. Действительно, в прожженном во многих местах охотничьем костюме Анита на принцессу не смахивала. Вру, на обычную принцессу, а для подгорного королевства – так это наверняка рядовая ситуация. Наверняка опять любовью ребята занимались в кузне и девушка не нашла времени для приведения себя в порядок. Что делает любовь с гномами?! Так, прозвенел первый звонок. Арн, отпальцевал я другу, позже пообщаемся.
– Анита, благодарю, – поцеловал я в щечку гному.
– Это я тебя благодарю, Влад, – счастливо улыбнулась принцесса.
– Влад, – подошедший Керин обнял меня.
А вот говорить ничего не надо. Я подтолкнул ребят ко входу в зал. Не надо ничего говорить. С вами все ясно и так.
– Леди, пройдемте, – предложил я руки своим дамам.
Нет, четыре совершенно счастливые девушки на каждую мою верхнюю конечность – это много. Хорошо, что Реб и Лей помогли мне и решили взять операцию по проводке каравана из пяти оставшихся женщин в зал на себя. Несколько десятков шагов – и мы заняли свои места. Охотники метнулись в фойе за своими дамами. Их сейчас немного поругают, а потом все равно простят. Эти леди приехали за ребенком от охотника и не упустят такой добычи, как два мастера. Слишком жесткие были у них глаза, когда они оценивали зрительниц нашего представления на предмет наличия возможных конкуренток. Не упустят эти леди своего ни за что. О, вроде начинается спектакль. М-да. Я его видел уже пару раз. Зря я не поинтересовался названием действа. Да к черту все! Посплю с открытыми глазами. Зато мои женщины, хм, довольны. Вон как блестят их глаза.
– Ты стал завзятым театралом, – раздался сзади меня шепот.
– А ты уже оклемался? – тихо усмехнулся я.
– Тебе тоже досталось, – буркнул Лайдлак, – не мешай мне смотреть и слушать.
Кто тут кому мешает? Я откинулся на спинку кресла и с большим удовольствием стал вспоминать сегодняшнее утро.
Лайдлак стоял, направив на меня бастард острием, держа его перекрестным хватом горизонтально в верхнем квадранте. Ну-ну. Я плотно обхватил двумя руками клайд. Атакуй, милый, атакуй. Диагональный удар противника. Шаг в сторону, поворот корпуса и восходящий удар по кистям Лайдлака.
– Стоп! – крикнул Живчик и начал приводить моего противника в порядок.
Да, бил я плашмя, но повреждения есть все равно. Третий назвал это действо «изогнутым ударом».
Так, Лайдлак оклемался – и вновь готов к бою. А вот этого не надо делать. Я перехватил его колющий удар изнутри, клинок Лайдлака соскользнул в сторону, а мой меч ударил мастера меча в горло. Чейт опять начал приводить моего противника в порядок. Да, не зря мы навесили чехлы на кончики мечей. А эту связку Третий обозвал «скользящим ударом». Хотя какие это удары? Это техника боя в большей степени, а не связки.
Лайдлак опять встал и с нехорошей усмешкой посмотрел на меня. Понятно, ты просчитал то, что я с тобой сделал, а теперь думаешь расквитаться со мной. Вперед и с песней. Я ушел в сторону от восходящего удара Лайдлака, а теперь… Ошибка! Меч противника отправил меня в короткий сон горизонтальным ударом по голове.
– В порядке? – спросил меня Живчик, когда я смог нормально смотреть на небо.
– В полном, – заверил я его и вскочил на ноги.
А теперь, судя по улыбке Лайдлака, атаковать нужно мне. Сделаем. Из верхней стойки, клинок над головой, я обрушил меч на противника. Не усмехайся: парировав удар, ты открыл себя. Опираясь на клинок Лайдлака своим мечом, я нанес колющее хулиганство. Бинго. Он опять прилег на землю. Третий это обозвал «раскалывающим ударом».