Он искренне рассмеялся, после чего принялся разглагольствовать:
– Мои планы зависят только от меня самого. Все, что я задумываю, я делаю вне зависимости от какого-то там времени и всяких обстоятельств. Всюду спешат и гадают по звездам только дилетанты, а я – профессионал. Так что не стоит беспокоиться по этому поводу.
Собственно, я и не беспокоился.
Он перехватил мой скучающий взгляд и продолжил:
– Уважаемый Семён Давидович, я вам не представился… – он выдержал небольшую паузу, – и не собираюсь этого делать. Достаточно того, что вы знаете, что я – Бухгалтер, можете меня так и называть, собственно, меня все так и называют. Но зато я прекрасно наслышан о вас. Вы – известный в городе журналист, и даже здесь, на краю Земли, читают «Горноморсквуд», а уж ваши-то публикации вызывают у людей самый настоящий восторг, а иногда и трепет. Я до сих пор вспоминаю репортажи со «свинской» выставки, которую вы освещали много лет тому назад, я тогда чуть не надорвался от смеха. А чего стоит серия разоблачений в универсаме. Что тут скажешь, Абраму Саркисовичу несказанно повезло с таким талантливым журналистом. Поверьте, я искренне восхищаюсь вашим мастерством, и именно по этой причине пригласил вас к себе.
– Благодарю, конечно, но вообще-то, я больше не работаю на Русинова, я независимый журналист, – поправил я его.
Бухгалтер, а он разрешил мне так себя называть, никак не отреагировал на мое замечание. Вместо этого он как бы ненароком посмотрел влево от себя, и я чисто автоматически проследил за его взглядом: в углу комнаты был оборудован мини-бар с небольшой уютной стойкой и несколькими зеркальными полками за ней, заставленными разнообразными бутылками.
Бухгалтер перехватил мой взгляд и, лукаво улыбаясь, спросил:
– Желаете что-нибудь выпить?
– С удовольствием выпил бы «Морского» холодненького, – честно признался я.
Гостеприимный хозяин озабоченно хмыкнул, и улыбка в один миг исчезла с его добродушного лица, которое превратилось в хмурую и обрюзгшую физиономию:
– Хм, а что это такое? У меня такого нет.
Мне стало неудобно за свою привередливость, и я спас Бухгалтера от неожиданного конфуза.
– Ну тогда «Вандер Лайфсонс», – попросил я.
– Прекрасный вкус, – одобрил он мой выбор. – Ну а я предпочитаю американский «Блэк Энималс»: люблю чистый виски, одного сорта, а все эти купажи-шмупажи, признаюсь, не для меня. Так, знаете ли, держу ассортимент для гостей, – сообщая все это, он грузно поднялся с места и отправился готовить коктейли.
Позвенев стеклом, он вернулся с двумя невысокими, но очень широкими бокалами с толстым дном. Хрустальные «тазики» были на две трети наполнены янтарной жидкостью, омывающей квадратные «айсберги» льда. В центре каждого бокала сияла золотом изящная монограмма из трех «с», а по краю шел золотой ободок. Снова улыбка хозяина излучала верх доброжелательности.
Бухгалтер протянул мне один из бокалов и заговорил:
– Семён Давидович, дело вот в чем: ко мне обратился один мой клиент, индивидуальный предприниматель. Он работает на рынке «Сухогруз». Вы бывали на этом рынке?
После того как я молча кивнул, Бухгалтер продолжил:
– Он очень любит шашлык, но серьезно страдает от некоего Бабика Бабосяна, единственного шашлычника на этом рынке.
Я молча пил коктейль, не выдавая своего волнения.
Бухгалтер тоже отхлебнул солидный глоток и продолжил посвящать меня в суть дела:
– Мой клиент – крайне взрывной человек. Он боится потерять контроль над собой в открытом конфликте. Понимаете? Поэтому я предлагаю, чтобы вы деликатно провели частное расследование и черкнули бы пару слов о бесчинствах Бабосяна, а их хватает: это и обвешивание клиентов, и антисанитария, и просто хамское обслуживание. Бабосян – позор этого рынка. Он прочтет вашу статью, осознает свою неправоту и остепенится, а если нет, то этому поспособствует общественность. После вашей-то публикации… – на этом Бухгалтер многозначительно замолчал.
Я понял, что теперь пришла моя очередь высказаться:
– Имя Бабика Бабосяна мне знакомо, а у вашего клиента есть имя?
– Есть, но только для меня, – дипломатично ответил он. – Если вам что-то непонятно в задании, спрашивайте, я отвечу.
– Нет, с заданием как раз все предельно понятно, но пока что как-то туманно насчет оплаты.
– Давайте обсудим, – обрадовался Бухгалтер. – Сколько вы берете за вашу работу?
– Десять рублей слово и двести в день на транспорт и прочие расходы.
Он хмыкнул и спросил:
– И во сколько слов вы обычно укладываетесь?
Я ответил предельно уклончиво: