- Миклош Акли, любишь ли ты сию честную девицу?
- Люблю, - громким голосом ответствовал жених.
- А ты, дочь моя, Хелена Ковач, любишь ли ты этого доброго человека?
- Люблю, - пролепетала она негромко.
- Миклош Акли, желаешь ли ты ее себе в супруги?
Теперь очередь была за Акли и он может быть и ответил бы, но священник не расслышал его в поднявшейся суматохе, равно как и я, потому что в этот момент во храме прозвучал выстрел, в правый мок Акли, между ребер, вонзилась пуля, и он без чувств упал на камень алтаря. Хлынула красная кровь, которая всего только за полчаса до этого стала голубой; она обрызгала цветы и дары и белое тюлевое покрывало алтаря, а затем ручейком потекла вниз по ступеням алтаря. Поднялась неописуемая паника. Запах ладана смешался с пороховым дымом. Невеста, будто надломленный цветом, при виде окровавленного жениха в ужасе закричала и, лишившись чувства, рухнула рядом с ним. К ним подбежала какая-то немолодая дама, сидевшая в рядах на скамейке, и принялась приводить ее в чувство, все время приговаривая:
- Открой свои глазыньки, Незабудка, ну, посмотри же на меня, бедная моя маленькая Незабудочка.
Его преподобие святой отец громовым голосом вскричал:
- Убийца во храме божьем!
Граф Коловрат, один из свидетелей бракосочетания, приказал сбежавшимся со всех сторон людям:
- К дверям! Быстро к дверям! Не дайте сбежать негодяю!
Но распоряжение такое было уже излишним, потому что к тому времени несколько человек успели наброситься на убийцу, сидевшего слева у стены и оттуда стрелявшего в жениха. Это был мрачный тип с налитыми кровью глазищами. В жизни еще я не видел такого сатанинского лица, как у него. Его скрутили, вырвали из рук карабин и принялись молотить кулаками. Кто-то побежал за полицией, другие за доктором. Но врач нашелся и среди публики. Он тотчас же обследовал рану и сказал, что она опасна для жизни. Пострадавшего тотчас же положили на тележку и при смерти отправили на находившуюся неподалеку квартиру графа Коловрата. Прибыла полиция и, связав убийцу, который назвался венгерским бароном Сепеши (но скорее думается, что это самый заурядный негодяй), отправили его в тюрьму.
Страшный случай, - заканчивает свои заметки по этому поводу папаша Флек, - и не понятно, почему господь позволяет такое в доме своем. Поскольку нужно было смыть кровь и прибрать храм, следующие свадьбы пришлось отложить. Но и сами приехавшие венчаться пары, услышав о страшном случае, больше не хотели здесь совершать свое бракосочетание. Я, кстати, сказал его преподобию сегодня вечером:
"Боюсь, что этот негодяй выбил своей пулей из нашего кармана много денежек". "Itgue"48, - ответил тот мрачно".
Покушение на жизнь Акли действительно свершилось так, как увековечил его в своем дневнике Криштоф Флек. Слух о случившемся ввиду его необычности быстро облетел город и произвел неприятное впечатление. Государь отправил на квартиру к Коловрату своего лейб-медика, а принцесса Мария-Луиза сама отправилась к мадам Сильваши, чтобы ласковым словом поддержать впавшую в отчаяние невесту, которая в течение дня несколько раз теряла сознание.
После полудня врачам удалось извлечь пулю из раны, но жизнь Акли еще несколько дней была на волоске, прежде чем в конце-концов победил молодой, сильный организм. К больному возвратилось сознание, и он медленно начал поправляться и проявлять интерес к жизни.
Но, о горе, каким же множеством угроз населен мир человека, что всего и не перечтешь! Едва убралась Смерть от постели раненого, как явилось Несчастье. Суеверный император, а пуще того императрица, увидели в случившемся во храме указующий перст всевышнего, которому не угоден сей брак, и разрешили Илоне только один раз в дню посещать Акли и ухаживать за ним, пока он пребывал на грани смерти. Когда же придворный доктор нашел, что в его состоянии наступил перелом, император тотчас же потребовал заключения специалистов канонического права, состоялось ли бракосочетанием пары, явившейся к алтарю, или нет?
Ученые каноники уселись и дискутировали три дня и три ночи. Двое из них даже вцепились друг другу в волосы, но решение принять так и не смогли. В конечном счете принял решение император, что уступая омену господню, он отменяет брак, и если тот факт, что венчание было прервано на середине, имеет какую-то силу, он получит его расторжение у папы римского, в связи с чем Илону буквально силой отправили забывать о случившемся в один монастырь в Штирии49. Акли же, поправляясь физически, весь иссох душой. Но когда господь бог подал свой знак императору, сатана тоже не дремал и дал ему свой знак. Только другим путем. Однажды аудиенцию у императора попросил верховный прокурор империи. Он заявил, что допрошенный, покушавшийся на убийство, дал такие показания: он, Иштван Сепеши, будучи влюблен в Илону Ковач, хотел жениться на ней, однако Миклош Акли, показав ему записку, написанную собственноручно его императорским величеством, пояснил, что Илона Ковач на самом деле - принцесса Мария-Луиза, которую император подменил сиротой, взятой на воспитание, якобы для того, чтобы обмануть императора Наполеона, который ошибочно считает, что он взял в жены австрийскую принцессу, а на самом деле в золотой альков в Тюильри отправилась простая дворянка из Венгрии.