На перилах балкона сидел большой аист. Он приветливо покивал головой и махнул крылом, словно просил впустить ее. Катюша отворила окно.
— Здравствуй! — приветливо сказал аист.
Катюша отпрянула от неожиданности, потом решила, что она спит — и все это ей просто снится.
Аист достал из-под крыла очки, водрузил себе на нос и начал рассматривать Катюшу и книжку у нее подмышкой. Потом почистил клювом несколько седых перышек, спрятал очки и склонил голову набок:
— Полетели! — сказал он. — Правда, ты уже большая, а я староват, силы уже не те. Я, пожалуй, не понесу тебя в клюве, а посажу на спину. Идет?
— А куда мы полетим? — осторожно спросила Катюша.
— Будем искать тебе маму. Видишь ли, нам положено разносить младенцев. Это наша, так сказать, основная работа. Но я волонтер. Аисты-волонтеры могут по желанию прилетать в детские дома. Только, знаешь, — аист вздохнул, — маловато среди нас волонтеров: устаем на работе, да и семья есть у каждого.
Аист производил впечатление степенности и солидности. Да и очки придавали ему очень серьезный вид. Катюша осторожно погладила его длинную шею.
— К нам в детский дом приезжали волонтеры, — сказала девочка. — Они добрые, делали всем девочкам красивые прически ко Дню аиста. Только мне не смогли сделать прическу, — она указала на свои жесткие кудряшки. — Я пела со сцены песенку, которую сочинила для мамы, только… только никто на меня даже не посмотрел.
— Да, все хотят блондинов с голубыми газами, — сказал аист с видом бывалого знатока. — Но мы с тобой поищем. Вся ночь у нас впереди. Самое лучшее время для поиска мамы.
— Почему? — спросила Катюша.
— Ночь — волшебное время, ночью люди доверяют друг другу самые сокровенные мысли, ведут самые задушевные разговоры. Если внимательно слушать ночь, можно многое узнать. Полетели!
Ксюша осторожно села на спину аиста и он, тяжело взмахнув крыльями, взмыл в ночное небо над городом.
— Спой мне свою песенку для мамы, — попросил аист.
И девочка запела тоненьким голоском:
— Мамочка, я тебя люблю!
Мама, ты самая лучшая на свете!
Как я люблю тебя, мама!
Мамочка моя!
Песня была не в рифму, но мелодия оказалась приятной на слух, да и голос у Катющи был неплохой, звонкий, как колокольчик.
Они покружили над красивым трехэтажным коттеджем. Все здесь дышало роскошью — и сам дом, и ухоженный сад с умело подстриженными деревьями, и теннисный корт. Сердце Катюши учащенно забилось. А из окна доносились два голоса — разговаривали женщина и мужчина.
— Ты была сегодня у врача? — спросил мужской голос. — Что он тебе сказал?
— Сказал, что нужно лечиться дальше, — голосом, дрожащим от подступивших слез, отвечала женщина. — Милый, неужели у нас никогда не будет ребенка?
— Ты сама виновата, незачем было делать тот аборт! — резко, почти грубо ответил мужчина.
Послышались рыдания. Аист подлетел к окну и постучал клювом. Женщина подняла к ним заплаканное лицо, потом переглянулась с мужем. Тот жестко сжал губы и резко задернул дорогие портьеры. Аист снова взмыл в небо. У Катюши упало сердце.
— Поищем еще, мы только начали, — утешительно сказал аист. — В прошлом месяце я уже нашел семью для двоих детей — братика и сестренки.
— Они ведь не были чернокожими, — горестно откликнулась Катюша.
Крылья аиста сильными взмахами несли их вперед. Где-то внизу замяукали кошки. Аист спустился вниз, где миловидная женщина средних лет кормила бездомных кошек возле подъезда.
— Кис-кис-кис, — ворковала она ласково, — кушайте на здоровье! Никого у меня нет, кроме вас, мои пушистики. Даже ребеночка для себя не родила.
Аист величественно уселся прямо перед ней. Кошки испуганно зашипели.
— Нет-нет-нет! — замахала руками женщина. — Взять ребенка — это же такая ответственность! Нет, я не готова, — и она поспешно зашла в подъезд, закрыв за собой тяжелую дверь с кодовым замком.
Катюша вжала голову в плечи:
— Я ей не понравилась, потому что негритянка!
Аист покачал головой:
— Да она и разглядеть-то тебя не успела, сразу убежала. Нет, она, и правда, не готова.
Следующим был балкон высотного дома. Там тоже беседовали муж и жена. Женщина с горечью делилась с мужем, что ЭКО опять не дало результатов.
— Может, уде хватит? — участливо спрашивал муж. — Мы сделали столько попыток — и все безуспешно. Может, усыновим ребенка из детского дома?