…
Выбравшись из бронетранспортёра, Дора чувствовала себя ужасно. Болело от многочисленных ушибов тело и продолжала, не останавливаясь, кружиться голова. Кроме того, её тошнило. Болел два раза прикушенный язык. И самое главное: за спиной у миссис Олдриж догорали Лондон и вся её прошлая жизнь.
Вообще-то Дора успешно бросила курить ещё полгода назад, но прямо сейчас она бы что угодно отдала за сигаретку. Проблем в том, что у Доры Олддриж не было при себе сигаретки. Всё что у неё осталось помещалось в карманах жакета так как сумочку она где-то потеряла. Примерно четыре фунта мелочью. Колпачок от шариковой ручки. Половина листка бумаги с записями самой себе недельной давности. Несколько крупных пятен грязи на клетчатом жакете. Всё, что осталось у Доры Олдридж от прошлой жизни.
-Держите, -протянул флягу солдат, который помог ей выбраться.
Фляга уже была открыта.
Запрокинув голову, Дора жадно пила холодную, вкусную воду. Она поторопилась, чуть было не облилась, закашлялась, но продолжала пить до тех пор, пока не поняла, что больше пить уже не может.
Дора вернула флягу: -Спасибо. Не подскажите, где здесь…
-Туалет? - догадался солдат: -Вот в этом здании. На первом этаже обычно очередь, поэтому поднимитесь на второй этаж.
Только сейчас Дора догадалась оглядеться. В глаза бросилось множество людей, техники. Её оглушили сотни голосов и звуков.
-Простите, где я нахожусь?
-Брентворд. Точнее лагерь рядом с ним.
-Вы ведь не англичанин? -поинтересовалась Дора.
-Армия России. Прибыли к вам на помощь.
Дора почувствовала, что хочет засмеяться, но губы отказывались сложиться даже в улыбку. Не находя выхода рождающийся смех гудел и клокотал у неё в животе.
-Что-то вы поздновато, -она кивнула в сторону освещающего горизонт зарева.
-Как только твари проникли в город, Лондон было уже не спасти, -покачал головой солдат. -Только терять в мясорубке людей разменивая жизни на время. Простите, миссис. Наша задача – блокировать очаг, не давая выжившим тварям разбегаться по всей Англии.
-Мисс, -поправила его Дора. -А вы русский? У вас хороший английский.
-Дядюшка настоял, чтобы я получил качественное образование. Не век же мне было работать в его кафе.
-Ваш дядя бизнесмен?
-Можно и так сказать. Вообще-то он старейшина клана, а уже клан владел сетью придорожных кафе и там ещё по мелочи. На самом деле я армянин. Меня Марк зовут, -представил солдат.
-Дора Олдридж, -представилась она. -А что армянин делает в русской армии?
-Как говорит дядя: в сложные времена простому армянину лучше быть рядом с русскими, ведь с ними Бог, -улыбнулся Марк. -А времена сейчас очень сложные.
-Это точно! -согласилась Дора. -Простите, мне требуется…
-Конечно, конечно. Потом подойдите вот туда, видите, где толпа? Придётся немного постоять, но потом вас где-нибудь разместят и чем-нибудь накормят.
-Спасибо за помощь, Марк. Надеюсь, ещё увидимся, -поблагодарила она.
Русский армянин кивнул и сказал: -Вы отлично держитесь, Дора. Просто замечательно держитесь, учитывая обстоятельства.
-Это я пока ещё в состоянии стресса, -совершенно честно призналась Дора. -Пойду сделаю свои дела и попытаюсь попасть в списки и встать на учёт пока меня не накроет уже по-настоящему.
Марк покачал головой. Возможно, он полагал, будто она так флиртует. Но дело в том, что в том состоянии, в котором сейчас пребывала Дора, она могла легко и свободно выболтать любую личную тайну. Без тени смущения. Легко и просто. Все тормозящие механизмы отключились. Она сейчас будто со стороны смотрела кино с самой собой в главной роли.
На втором этаже в туалет также выстроилась очередь, но, надо отдать должное, далеко не такая длинная как внизу. Дольше пришлось ожидать регистрации в статусе беженца. Наконец Доре вручили пластиковый прямоугольник с чипом, велели ни в коем случае его не терять и объяснили, где она может получить горячую еду, место для сна или самые необходимые принадлежности.
Кроме того, ей что-то вкололи, отчего место укола потом ещё полчаса чесалось. По словам врачей – универсальный антидот, потому что в лагере беженцев очень много людей и им только вспышки здесь какой-нибудь заразы не хватало. А чужие, как известно, никаких конвенций не подписывали и потому использованием биологического оружия не только не брезгают, а как бы даже наслаждаются. Поэтому регулярный медицинский контроль не блажь, а средство реального выживания.
Голода Дора не чувствовала, хотя завтракала ещё ранним утром. Умом она понимала: надо поесть. Сейчас силы нужны больше, чем когда-либо. На этом умственном понимании она и пошла в сторону столовой.