Я доковылял до ближайшей скамьи и рухнул на нее.
— Если сейчас кто-нибудь войдет, мне придется отбиваться какими ни на есть чарами. Спать на доспехах — извращение. Почти как спать в них.
— Брось меня во врага, я, по крайней мере, выиграю тебе время.
— Спасибо.
— Давно ты себя помнишь?
— Да, наверное, с раннего детства. А что?
— Я помню свое первое пробуждение к жизни, тогда, в Логрусе. Но до вчерашнего дня все было как во сне. Я плыла по течению.
— Что ж, многие так живут.
— Правда? Я не могла ни думать, ни общаться.
— Верно.
— Как по-твоему, это теперь навсегда?
— Что именно?
— Может, эти способности даны мне только на время? Только для этой страны, а потом пропадут?
— Не знаю, Фракир, — сказал я, растирая левую икру. — Думаю, не исключено. А ты уже вошла во вкус?
— Да. Глупо, конечно. Зачем переживать о том, о чем не смогу пожалеть, когда утрачу?
— Хороший вопрос, и я не знаю ответа. Может, ты бы так и так до этого дошла.
— Не уверена. Но точно не знаю.
— А ты боишься стать прежней?
— Да.
— Знаешь что? Когда мы поймем, как отсюда выбраться, ты останешься здесь.
— Не могу.
— А почему бы нет? Конечно, ты была мне большим подспорьем, но я и сам способен за себя постоять. Заживешь своей жизнью, сознательной.
— Но я урод.
— Да мы все такие. Я просто хочу сказать, что понимаю тебя, и по мне ты очень даже хороша.
Она дернулась и замолкла.
Я пожалел, что боюсь выпить воды.
С час я сидел, мысленно перебирая недавние события и пытаясь отыскать хоть какие-нибудь зацепки или намеки.
— Я вроде как подслушала твои мысли, — произнесла вдруг Фракир. — И могу кое-что подсказать.
— Да? Что именно?
— Тот, кто доставил тебя сюда…
— Похожий на моего отца?
— Да.
— И что он?
— Он был не такой, как первые два. Он — человек, они — нет.
— То есть это и вправду был Корвин?
— Мы прежде не встречались, так что наверняка не скажу. Но одно точно — он не такой, как эти, геометрические.
— Ты знаешь, кто они?
— Нет. Я только знаю за ними одну странность, и она ставит меня в тупик.
Я наклонился, сжал руками виски. Несколько раз глубоко вздохнул. В горле у меня пересохло, все мышцы болели.
— Говори, я жду.
— Я не знаю, как объяснить, — сказала Фракир. — Однако давно, в мои бессознательные дни, ты необдуманно пронес меня на себе через Огненный Путь.
— Помню. Тебе это так не понравилось, что у меня долго не проходил рубец.
— Порождения Хаоса плохо уживаются с порождениями Порядка. Однако я осталась жива. И событие записано в моей памяти. Так вот, Дворкин и Оберон, которые приходили к тебе в пещеру…
— Да?
— Под их человеческим обличьем пульсировали энергетические поля, заключенные в геометрические контуры.
— Что-то вроде компьютерной анимации?
— Может, и так. Не знаю.
— А мой отец — он был не такой?
— Ничего общего. Но я подвожу к другому. Я распознала источник.
Я внезапно встрепенулся:
— То есть?
— Завихрения — геометрические линии внутри фигур — воспроизводят участки Пути.
— Ты что-то путаешь!
— Нет. У меня не было сознания, зато фотографическая память. Обе фигуры — трехмерное отображение частей Пути.
— А зачем Пути подсылать мне свои подобия?
— Я всего лишь удавка и пока не научилась рассуждать.
— Раз тут замешаны Единорог и Змея, то почти наверняка и Путь.
— Логрус уж точно.
— И сдается, Путь действительно показал себя разумным в тот день, когда Корэл его прошла. Если так и если он и впрямь способен создавать свои подобия — сюда ли он намеревался меня отправить? Или Корвин перенес меня в какое-то иное место? И чего Путь от меня хочет? И чего хочет отец?
— Везучий — ты можешь пожать плечами, — сказала Фракир. — Кажется, это называется «риторические вопросы»?
— Наверное.
— Мне начали поступать новые указания, из чего я заключаю, что ночь на исходе.
Я вскочил.
— Значит, можно есть и пить?
— Думаю, да.
Я не заставил себя упрашивать.
— Знаешь, я еще не совсем освоилась в новой роли и потому не знаю, уважительно ли вот так прыгать через алтарь, — заметила Фракир.
(Черное пламя моргнуло, когда я перемахнул между свечами.)
— Черт, я даже не знаю, чей он, — сказал я, хватая кувшин, — а неуважение, по-моему, должно быть адресным.
Земля легонько вздрогнула, я поперхнулся водой.
— И опять-таки, ты права, — заметил я.
Я пронес кувшин и хлеб в обход алтаря, мимо закоченевшего гнома, и пристроил на скамье у задней стены. Уселся и уже без спешки принялся за еду.
— Что дальше? Ты сказала, поступили новые указания.
— Ты выдержал искус, — ответила Фракир. — Теперь надо выбрать себе оружие и латы и пройти сквозь один из выходов в этой стене.
— В который?
— Один принадлежит Порядку, другой — Хаосу, про третий я ничего не знаю.
— И как в таком случае принимать взвешенное решение?
— Думаю, для тебя будет открыт лишь один путь — назначенный.
— Значит, выбора у меня нет?
— Вопрос о выходах, полагаю, решится выбором оружия.
Я доел хлеб, запил последними глотками воды. Встал.
— Ладно. Посмотрим, что будет, если я не возьму ничего. Гнома жалко.
— Он знал, на что идет.
— В отличие от меня.
Я подошел к правой арке, потому что до нее было ближе. За ней открывался светлый коридор, чем дальше, тем ярче освещенный, так что в нескольких шагах я уже ничего разобрать не мог, настолько слепило глаза. Я продолжал идти и чуть не расшиб себе нос. Как об стеклянную стену Здорово, ничего не скажешь. Вот и иди после этого к свету.
— Ты становишься циником прямо на глазах, — заметила Фракир. — Это я про твою последнюю мысль.
— Ладно тебе.
К следующей арке я приблизился осторожнее. За ней было серо. Здесь тоже начинался коридор, причем видеть я мог чуть дальше, чем в первом. Впрочем, разглядывать было особенно нечего — пол, стены, потолок. Я протянул руку и не нащупал преграды.
— Похоже, нам сюда, — заметила Фракир.
— Все может быть.
— Я перешел к левой арке. В коридоре за ней было черно, как у Бога в кармане. Здесь стеклянной стены тоже не обнаружилось.
— Хм-м. Похоже, выбор все-таки есть.
— Странно. Меня на этот счет не предупреждали.
Я вернулся к средней двери, сделал шаг и тут же обернулся на звук. Гном сидел на полу и покатывался со смеху, держась за бока. Я попробовал шагнуть к нему и уперся в невидимую стену. Внезапно святилище начало уменьшаться, словно я с огромной скоростью удаляюсь спиной назад.
— Я думал, он — покойник, — сказал я.
— Я тоже. Все признаки были налицо.
Я повернул обратно, в ту сторону, куда шел. Никакого движения. Похоже, я все-таки стоял на месте, а удалялось святилище.
Я сделал шаг, другой. Ни звука. Я пошел вперед. Через несколько шагов мне вздумалось потрогать левую стену. Я протянул руку, но ничего не нащупал. Ладно, тогда правую. Опять ничего. Я шагнул вправо и вновь выставил руку. Безрезультатно. До обеих серых стен было по-прежнему одинаково. Я засопел и двинулся дальше.
— В чем дело, Мерль?
— Ты чувствуешь стены справа и слева от нас? — спросил я.
— Нет, — отвечала Фракир.
— Как ты думаешь, где мы?
— Идем между Тенями. — Куда?
— Пока не знаю. Знаю только то, что мы идем по пути Хаоса.
— Что? С чего ты взяла? Я же должен был для этого прихватить что-нибудь из соответственной кучи?
Я быстро охлопал себя и нашел заткнутый за левое голенище кинжал. Даже в тусклом свете сразу стало видно, что сделан он у меня на родине.