Ноа переложил пакет с плюшками в другую руку, а свободной рукой переплел их пальцы. Она ему позволила. Это было что-то вроде прощания. Между ними никогда ничего не может быть. Не больше этого. Джей знала, что в отношениях нужно идти на компромисс, но отказаться от своих феминистических убеждений, так сказать, не было компромиссом, это было нарушением целостности.
Несмотря на теплый день и тепло, излучаемое его кожей ― и да, ее рука стала липкой ― Джей чувствовала холодные и неприятные клыки одиночества, которые хватали ее. Может, именно поэтому многие ее подруги были одинокими. Или лесбиянками. Потому что мужчин, которые хотели принять их, было мало, и они встречались редко.
В тот момент ее не волновало, что мужчину ее мечты невозможно найти. Она была слишком расстроена тем, что этим мужчиной не будет Ноа. Так глупо. Она даже не знала, чем он зарабатывает на жизнь. Предположение о порнофильмах снова промелькнуло в ее мыслях, но она отбросила ее. Теперь это не имело значения.
Они подошли к ее крыльцу, оба остановились, но никто не отпустил руку. Джей хотела растянуть момент, но тишина между ними стала неловкой, и нужно было что-то сказать.
Не придумав ничего значительного, она остановилась на своем другом возможном предположении.
― Ноа, ты работаешь в том магазине женского белья? Поэтому ты был там?
― Нет. ― Он засмеялся. ― Нет.
Она любила звук его смеха. Он заставлял ее улыбаться, несмотря на подавленное настроение.
― Тогда почему ты там был? Ты мне так и не сказал.
Он помолчал и, наконец, ответил:
― Я никогда не был в таких магазинах раньше. Хотел посмотреть, какой он.
Признание казалось честным, но пауза перед ответом и тот факт, что мужчины не ходят в магазин женского белья просто, чтобы посмотреть, какой он, заставил ее усомниться.
― Ты глазел на манекены? Или надеялся, что одна из продавцов наденет белье, чтобы продемонстрировать тебе? Так работает твое доминирование?
― Нет. ― Он снова засмеялся. Затем вдруг стал серьезным. ― Нет. Послушай, я знаю, что у тебя есть эти предвзятые представления о таких вещах, и, вероятно я ничего не могу сделать, чтобы изменить твое мнение о них. Или свое, раз на то пошло. Что на самом деле очень плохо. Потому что я честно ходил в тот магазин из интереса.
Он сделал шаг вперед, уменьшая дистанцию между ними, его естественный мужской аромат окутал ее, словно одеяло.
― И все время, что я был там, единственное, о чем я думал, ― это насколько сексуально все это выглядело бы на тебе. Красный просвечивающийся пеньюар контрастировал бы с твоими темными волосами так идеально. Или, может, черное кожаное бюстье приподнимало бы твои прекрасные груди. И я определенно хочу увидеть чулки из белого кружева на твоих ногах, которые будут обернуты вокруг меня.
У нее оборвалось дыхание, а пульс участился. Она должна быть оскорблена, не так ли? А она не была. Ни капельки. Все, чего она хотела, ― это чтобы Ноа продолжал говорить.
К счастью, он продолжил:
― Может, это слишком быстро для тебя, и ты, возможно, назовешь это сексистским, но я называю это безрассудной страстью. И так как после сегодняшнего дня я, вероятно, никогда тебя не увижу снова в более чем дружественном смысле, я должен выложить все свои карты. Ты мне нравишься, Джейлин. Да, мне нравится доминировать в постели, но я видел твои глаза, когда ты читала ту книгу. То, как они расширились, то, как твое дыхание сбилось, ― ты была возбуждена.
― Это не…
Он отпустил ее руку и приложил палец к ее губам.
― Не говори.
Она подчинилась. Удивительно, так как она не была из тех, кому легко закрыть рот. Может, у нее была склонность к подчинению, в конце концов.
Положив ладонь на тыльную сторону ее шеи, Ноа притянул ее к себе, пока их лбы не соприкаснулись.
― Ты можешь признать это или нет. Это твое дело. Мне просто нужно, чтобы ты знала, если ты заинтересована… если ты желаешь исследовать другую сторону себя, сторону, которая личная и частная и предназначена только для постели, тогда, пожалуйста, подумай обо мне. Я с удовольствием стану тем мужчиной, который раскроет перед тобой эти возможности.
Она была рада, что он держал ее, иначе, она боялась, что могла бы упасть в обморок. Она на самом деле ослабла от влияния его головокружительных слов. Они возбуждали, но более того, они приглашали, и не только почитать книгу, а к чему-то более глубокому. К тому, о чем она мечтала.
Так почему она отказывалась?
Глупый вопрос. Она знала ответ. Она прокручивала его в голове снова и снова, пока они шли. Но все еще она не могла сказать «нет» вслух. Она не могла сказать ничего, поэтому просто стояла там, слегка приоткрыв рот, пока впитывала этот момент. Ноа не подгонял ее, казалось, ему не нужен ответ. Он взял ее за руку и повернул ладонью вверх. Влоложил пластиковые ручки пакета с выпечкой в нее, и согнул пальцы. Затем наклонился, чтобы поцеловать ее ― сладким, коротким поцелуем в уголок ее губ.
― Увидимся, Джей.
― Да. ― Она будет встречаться с ним. Они поболтают и обменяются любезностями. Пошутят о книгах. Все будет хорошо. Она кивнула, прежде чем развернуться и направиться вверх по лестнице; каждый шаг требовал больше энергии, чем обычно. Она не оглянулась, но чувствовала его взгляд на себе, пока не переступила порог здания, и за ней не закрылась дверь. Затем она не ощущала ничего, кроме одиночества.
Ну, это было не совсем правдой. У нее все еще был его монолог, с которым он ее оставил. Слова эхом отдавались в ее голове, повторяясь по кругу, умоляя ее отреагировать.
Она размышляла над этим, поднимаясь в квартиру, поставив плюшки на кухонную столешницу, прежде чем рассеянно поприветствовать Пуки. Был ли Ноа прав? Могла женщина на самом деле быть независимой и прогрессивной в реальном мире, но наслаждаться подчинением мужчине в спальне?
Могла ли она? Часть ее тайно хотела, чтобы о ней позаботились и контролировали, а другая часть ее отрицала это.
Так почему бы ей не попробовать? Если это будет приватно, и никто не узнает, кому это повредит? Теперь, когда она думала об этом, то вспомнила, что в ее либеральном книжном клубе были несколько женщин, которые признали, что не только любят читать, но и играть в доминанта-сабмиссива, и это не имело никого негативного влияния на их политические убеждения. Они так же делали это друг с другом, поэтому она не думала дважды.
Могла ли она? Могла ли она сделать это с Ноа?
Может, она могла попробовать, прежде чем принять решение. Хотя она уже выбрала кокетливое платье и свой самый лучший комплект белья, пока вела внутренний спор, казалось, она уже приняла решение.
Глава 5
Ноа потер рукой лицо и осмотрел квартиру, которая напоминала море коричневого цвета. Казалось, теперь все на своих местах. Время приступить к работе. Он и так откладывал дольше, чем следовало, и теперь отстал от графика. По крайней мере, удалось полностью распаковаться. Хотя он бы предпочел отложить работу ради чего-то другого, например, свидания с Джейлин. Или времени после свидания с Джейлин. Или как бы это ни называлось, главное, чтобы включало ее наготу и его тело сверху ― внутри ― Джейлин.
Был ли это животный инстинкт? Слишком грубо. Интрижка? Слишком вульгарно. Встречи по-соседски без одежды? Слишком пошловато.
Может, ему нужно написать новую книгу. Какой бы ни оказалась история, главной героиней в ней была бы Джейлин.
Джейлин. Он не мог подумать о ней, не вздохнув. Она была такой… такой… упрямой. Вот какой. Наряду с множеством других менее разочаровывающих прилагательных, таких как умная, восхитительная, сексуальная, увлекательная, страстная. А вот проблема в упрямстве. Он понимал, что она взволнована. Она посвятила всю себя независимости, и это было одно из тех качеств, которое он обожал в ней больше всего. Она была решительной. Сильной.