Орфамей заплакала. Я открыл сумку и просмотрел ее содержимое. Ничего существенного там не было, пока я не добрался до отделения на «молнии». Оттуда я извлек пачку новеньких банкнот и пересчитал их. Десять сотенных — ровно тысяча. Неплохая сумма на дорожные расходы.
Наклонившись, я постучал ребром пачки о стол. Орфамей сидела, молча, глядя на меня мокрыми глазами. Я достал из сумки платок и перебросил ей. Она вытерла слезы, не спуская с меня глаз. Один раз приглушенно всхлипнула.
— Эти деньги дала мне Лейла, — сказала она.
— Каким крючком вы их вытащили у нее?
Она раскрыла рот.
— Ладно. — Бросил я деньги в сумку и оттолкнул ее к девушке. — Полагаю, вы с Оррионом относитесь к разряду людей, способных убедить себя в правильности любых своих действий. Он шантажировал родную сестру, а потом, когда пара мелких мошенников проведала про его рэкет и обобрала его, Оррин выследил их и заколол в шею ударом ножа для колки льда. Вероятно, этот поступок не помешал ему крепко спать в ту ночь. Вы с ним сделаны из одного теста. Эти деньги вы получили не от Лейлы, а от Стилгрейва. Спрашивается, за что?
— Вы мерзавец, — вымолвила Орфамей. — Вы подлый негодяй. Как вы смеете говорить мне такие вещи?
— Кто уведомил полицию, что доктор Лагарди был знаком с Клаузеном? Лагарди был уверен, что это сделал я, но я-то этого не делал. Значит, вы. Зачем? Чтобы выкурить из убежища своего братца, не желавшего, чтобы вы вмешивались в его рэкет, о котором вы прекрасно знали. Хотелось бы мне почитать письма, которые он писал домой! Держу пари, что они очень содержательны. Я ясно представляю себе, как ваш Оррин разрабатывает это дело. Он выслеживает сестру и наконец ловит ее в кадр вместе со Стилгрейвом, а на заднем плане добрый доктор Лагарди поджидает свою долю в добыче. Зачем вы наняли меня?
— Я почти ничего не знала, — спокойно ответила Орфамей.
Она вытерла платком глаза, убрала его в сумку и собралась уходить.
— Оррин никогда не упоминал в письмах имен. Я даже не знала, что он лишился этих снимков. Мне было известно только, что он их сделал и что они представляют большую ценность. И я приехала, чтобы проверить.
— Что проверить?
— Что Оррин не обманывает меня. Иногда он был способен на подлые поступки. Он мог забрать все деньги себе.
— Зачем он звонил вам позавчера?
— Он был испуган, ведь доктор Лагарди был недоволен им. Снимков у Оррина уже не было, они находились у кого-то другого. У кого именно, он точно не знал.
— Снимки были у меня, — сказал я. — Они и сейчас лежат в моем сейфе.
Орфамей медленно повернула голову и взглянула на сейф, задумчиво водя пальцем по губам. Потом снова повернулась ко мне.
— Я вам не верю, — проговорила она, наблюдая за мной, как кошка за мышью.
— Как вы смотрите на то, чтобы поделить со мной эту тысячу? Тогда я возвращу вам фотографии.
Она стала обдумывать предложение.
— Вряд ли стоит отдавать столько денег за вещь, которая фактически вам не принадлежит, — улыбаясь ответила она. — Прошу вас, Филип, возвратите их мне. Я должна вернуть их Лейле.
— За какую цену?
Орфамей нахмурилась и приняла обиженный вид.
— Лейла, правда, теперь моя клиентка, — сказал я, — но надуть ее за хорошую цену было бы неплохо.
— Я не верю, что снимки у вас.
— О'кей.
Я встал и подошел к сейфу. Через полминуты я высыпал на стол из конверта снимки с негативом — поближе к себе. Орфамей стала вглядываться в них.
Я собрал их и, держа в руке, показал ей снимок. Она протянула к нему руку, но я быстро отвел свою.
— Я не успела разглядеть, — пожаловалась она.
— Более близкое изучение стоит денег, — заявил я.
— Вот уж не думала, что вы окажетесь мошенником.
Я промолчал и снова разжег трубку.
— Я могу устроить так, что вам придется отдать их полиции, — пригрозила она.
— Попробуйте. Неожиданно она быстро заговорила:
— Я не могу дать вам эти деньги, правда, не могу. Нам с мамой предстоит оплатить еще счета отца, а потом дом нуждается в ремонте и…
— За что вы получили эту тысячу от Стилгрейва?
Она замерла с открытым ртом, вид у нее был безобразный. Но, моментально взяв себя в руки, она крепко сжала губы — передо мной снова было маленькое непроницаемое личико.
— Вы знали всего лишь одну вещь, какая могла заинтересовать его, — проговорил я. — Это место пребывания Оррина. За эту информацию Стилгрейв сразу бы выложил тысячу, потому что дело касалось даты его фотографирования. Он заплатил вам эти деньги за адрес Оррина.