Хелен сдержала свое обещание, а Бен сдержал свое. Статья о бижутерии Розноффа была на его столе утром в понедельник, и через полчаса после своего прихода Бен вышел из кабинета и похвалил Хелен. Статья пойдет без единой поправки и под ее подписью, сказал он.
Глаза Хелен походили на настоящие звезды, когда она в своем прелестном черном вечернем платье вошла во всемирно известный зал Сторк-клуба под руку с Беном Харви, думая про себя, что он никогда не выглядел более красивым. Она следила, с каким размахом он заказывал ужин, обсуждая сорта вин с официантом, давая подробные указания о том, какой подавать салат, и снова чувствовала неописуемое волнение, как всегда рядом с ним, счастье быть той единственной, кого он выбрал, чтобы показать всем этим важным людям в этом шикарном ресторане.
И потом за кофе Бен посмотрел на нее, улыбнулся и сказал:
— Лу Рознофф прислал мне особые образцы своих прекрасных изделий. И вот этот, как я решил, создан специально для тебя. — Он вынул из кармана маленький бархатный мешочек и отдал Хелен. Один восхитительный момент Хелен думала, что это обручальное кольцо, которое явится официальным свидетельством любви Бена к ней. Не то чтобы она нуждалась в этом. Все его поведение говорило о любви. Он ждал у входа в Сторк-клуб, когда она приехала на такси, и в самой галантной манере помог ей выйти. Он наклонился и прошептал, что очень любит ее, и быстро поцеловал, заставив ее выдохнуть: «Бен, дорогой! На нас смотрят!» И это тоже было доказательством. Ей оставалось только ждать подходящего момента, чтобы сообщить миру, что они принадлежат друг другу.
— О, Бен, какая прелесть!
Это была овальная брошь в виде пары сердец с крошечным Купидоном, сидящим на узкой полоске фальшивых бриллиантов с рукой у сердца. Хелен с улыбкой подняла глаза на Бена:
— Мне, конечно, нельзя носить это в редакции?
— Нельзя. — Он покачал головой со своей обезоруживающей улыбкой. — Я думаю, это может вызвать комментарии. Но чувство настоящее, и я был бы счастлив, если бы ты это помнила. Конечно, ты можешь носить это после работы.
— Это будет самая драгоценная моя вещь, милый Бен. Спасибо. Действительно, самое главное — это чувство. И я надеюсь, что очень скоро придет день, когда ты мне позволишь носить это, Бен. Я так горда и счастлива.
— Позволь мне приколоть ее, Хелен. Вот. А теперь тост за будущее.
Она покорно подняла свой бокал.
— За наше будущее, Бен, — мягко поправила она.
Хелен, сделав глоток, не заметила странного выражения, промелькнувшего в его глазах. А когда она опять посмотрела на него, счастливая, радостная, Бен улыбался ей в ответ.
Глава 21
Мэвис Лоренц вернулась через три дня после того, как Бен Харви подарил Хелен брошь, которая в глазах прелестной девушки символизировала их любовь. Не будучи человеком, думающим о чувствах окружающих, Мэвис гоняла всю редакцию. Даже Кэти Николс пришлось бежать вниз за почтой в пятницу утром, когда Томми снова испытывал недостаток в рабочей силе и не смог принести почту так рано, как того желала Мэвис. Хелен, так же как и остальные в редакции, должна была отрываться от основной работы и бегать в кафетерий за лимонадом для своей рыжей начальницы.
Утром той пятницы Хелен пришлось на себе испытать ожоги злобы Мэвис. Около половины одиннадцатого Мэвис вышла из своего кабинета с прищуренными, сверкающими глазами, сжав губы, словно ища, на ком отыграться. И поскольку ее секретарь Бетси простудилась и не вышла на работу, первая, кого она увидела, была Хелен, прилежно склонившаяся над своей машинкой.
— Максвелл! — рявкнула Мэвис.
Хелен называли по фамилии и раньше, но Мэвис делала это, чтобы унизить ее. Однако память о вечере с Беном была еще слишком свежа в ее сердце, чтобы раздражение Мэвис могло ранить на этот раз Хелен. Так что она подняла глаза и вежливо ответила:
— Да, мисс Лоренц?
— Позвони Бомонту. И не копайся, как обычно, Максвелл!
— Сейчас, мисс Лоренц. — Сегодня хамский тон Мэвис почти не тронул Хелен. Она знала, что Бен заступился бы за нее. Ей нужно было только как можно лучше выполнять свою работу, и все. Бен и она помолвлены, — какое чудесное слово: помолвлены! — и знание этого было щитом против самых враждебных атак Мэвис.
Когда Хелен набирала номер, в коридоре появился Рой Миллигэн. Она увидела его, улыбнулась и кивнула, затем закончила звонок. Как раз в тот момент зазвонил внутренний телефон. Нажав кнопку, Хелен крикнула Рою:
— Рой, пожалуйста, скажи мисс Лоренц, что мистер Бомонт на связи — 3475. Огромное спасибо!