Гордо поднимаю голову, говорю, что нам пора. И двигаюсь вперед к выходу. Мы рассаживаемся по двум машинам. Естественно, меня, Дана и нашего сына, садят в одну машину. А все остальные едут в другой. Саша сладко спит всю дорогу, не подозревая, какая буря эмоций сейчас происходит между его родителями. Я слышу, как глубоко дышит Дан, изучая личико малыша, смотрит на него, не отрывая глаз, то хмурится, сводя брови, то улыбается.
— Отдай мне его, — протягиваю руки, чтобы забрать сына. Дан отрывается от Саши. Заглядывает мне в глаза.
— Почему? — спрашивает он, вибрирующим тихим голосом.
— Что «почему»? — так же тихо, почти шепотом отвечаю я.
— Почему ты не сказала мне, что беременна? Почему не поставила в известность? Может я и не заслужил, но это же ребенок, мой сын. Я имел право знать.
— Я приходила к тебе…, — сглатываю. — В тот же день когда узнала, что беременна, приходила к тебе в офис, — останавливаюсь, перевожу взгляд на мирно сопящего сына, почему-то отмечая, насколько они похожи. Два одинаковых лица. И одно из них требует ответов, к которым я не готова.
— Меня не было? — приподнимая бровь, ждет ответа.
— Ты был, но…
— Это было в тот день, когда ты мне звонила, и несла бред про какого-то мужчину, которого ты будешь любить всегда?
— Почему бред? Вот он, — кивком головы указываю на Сашеньку. — Вот этот мужчина, про которого, я говорила. И я, правда, люблю его и буду любить всегда.
— А меня? — неожиданно спрашивает он. Я теряюсь, первым порывом хочу сказать, что его я тоже по-прежнему люблю. Но я заставляю себя замолчать, прикусывая язык. А в груди опять начинается пожар, сжигая все внутри. Зачем? И к чему он задает эти вопросы?
— Дан, нам действительно нужно поговорить, все решить и обсудить, — меняю тему разговора. — Это и твой сын тоже. Мы еще не оформили документы, у меня только справка-выписка из роддома. Если ты хочешь, чтобы тебя вписали как отца, тебе нужно будет сходить со мной и подписать кое-какие бумаги. — Дан долго, молча на меня смотрит, как будто видит впервые.
— Да, — задумчиво констатирует он, — Нам действительно надо поговорить. — Саша начинает немного шевелиться, морщить носик, внимание Дана тут же переключается на него. Шапочка немного сползает ему на глазки. Дан медленно, осторожно поправляет малышу шапочку, замечая кусочек рыжих волос. Ослепительная улыбка тут же проявляется на лице Дана. Улыбка, в которую я когда-то влюбилась! И тут я понимаю, как сильно я по нему соскучилась, истосковалась до изнеможения. Его глаза казались светлее, чем обычно, кажется он такой родной мне и чужой одновременно. Хотелось протянуть руку и дотронуться до его лица, ощутить его колючую щетину, дотронутся до губ. А он продолжает смотреть на кусочек рыженьких волос сына, не прекращая улыбаться. Дан как будто ощущает мою тоску по нему, отрывается от ребенка, немного наклоняет голову, тянется ко мне, целует в волосы на виске. Тело словно пронзает электрически разряд, хочется, чтобы он прикоснулся ко мне еще и еще. Дан глубоко вдыхает мой запах, что-то шепчет в висок, так тихо, что я не могу ничего понять. Хочется кричать, спросить, что он сказал? Но я сдерживаюсь, повторяя про себя, что он приехал ко мне только ради ребенка.
Мы доезжаем до моего дома. Дан так и не отдал мне ребенка. Он выходит из машины, щурит глаза от яркого весеннего солнца, осматривая дом моих родителей. Следом из машины позади нас выходят Роберт, подавая руку Лизе, Леша, который тут же направляет свой взгляд на нас Даном. Хочется подойти к нему, поговорить, спросить про Марину и их отношения. Рассказать ему, что он — необыкновенный мужчина, который опять меня простил. Но на порог выходит моя мама, которая загадочно улыбается, осматривая всех вокруг, останавливает взгляд на Дане с ребенком.
— Ну-ка, кто у нас тут приехал домой? — как ни в чем не бывало, произносит она, подходя к Дану.
— Дайте мне моего внука, я хочу поближе с ним познакомиться, — протягивает руки, забирает Сашу и несет его в дом. Мы все вместе идем следом за ней. Мама просит, чтобы все проходили и чувствовали себя как дома, унося ребенка в детскую. Лизка проходит в дом, останавливается возле меня, на ее лице такое безграничное счастье. Мне бы хоть немного ее позитива.
— Как же вы оставили свою принцессу? — спрашиваю я.
— Тяжело, — усмехается Лизка, косясь на Роберта. — Но через три часа у нас рейс назад. Так что мы ненадолго. А нам еще так много надо обсудить. И познакомиться с Сашей.
— Так быстро? — вздыхаю я, соображая, значит ли это, что Дан тоже летит вместе с ними. Не успевает подруга ответить, как из комнаты выходит мой папа. Просит пройти всех в гостиную, а Дана к нему в кабинет.