- А тебе зачем, я довезу и оповещу заблаговременно, – перестав прокручивать в руках ключи, озадачено удивился, - ты что, сморчок, не доверяешь мне?
Подобное неуважение было бы глупо терпеть, я развернулась и зашагала в другую сторону. Он с опозданием понял, что сплоховал, догнал. А затем попытался остановить, взявшись за мою куртку:
- Стой, стой! Что я такого сказал?
- Уж лучше бы молчали, руки уберите, ваше Величество Сморчок.
- И ты на это обиделась, я же шутя.
- Это не шутки.
- И теперь ты к нему не поедешь? – начал злиться парень.
- Поеду. Диктуй адрес и домашний телефон.
Он смотрел на меня зло и презрительно, хотел еще что-то добавить к уже озвученному, но мысленно махнув рукой, продиктовал сквозь зубы:
- Дагестанская 16, номер 298-94-19
- Код города?
- 032, - ответил, прежде чем возмутиться, - зачем тебе код? Ты что кода города не знаешь?
- Теперь знаю. Буду на месте через час.
- Оля, едешь сейчас со мной, и никаких через час. Иначе сиди в своем универе и…
Он злился, как злится человек теряющий контроль над ситуацией, проигрывающий в споре, но желающий удержаться на плаву или сохранить хорошую мину при плохой игре. Видимо у Богдана Петровича проявились боли нужен массажист, из возможных кандидатур выбрали меня, а из возможных посланников его - коса на камень.
- Предлагаю на этом остановиться. – Отчеканила я, прерывая его наезд. - Обращаться ко мне можно на «ты» и по имени – Оля. Поехали.
- Ты…
- Все еще могу передумать. – Произнесла, одарив Сергея серьезным взглядом.
Прищурился, хмыкнул, но к машине все же повел. Припаркованная красная Toyota спортивного вида, оказалась за углом на перекрестке улиц Сечевых Стрельцов и Тадеуша Костюшко. Он открыл ее, завел и выехал с места парковки с не проходящим на лице удивлением, словно мой отпор стал неожиданностью, с которой он раньше не сталкивался. Знал бы, что в процессе беседы я крепко сжимала баллончик перцовки в кармане, понял бы каков источник моего спокойствия.
На мокрой дороге не лихачил, но ехал быстро и почти все время по прямой, так что на месте мы оказались минут через десять.
- Домчал с ветерком, - сообщил он и разблокировал двери, - дальше, Сморчок, ты путь знаешь.
- И тебе, Селозя, доброго дня. – Я вышла под его удивленное: «что ты сказала?» и мягко закрыв дверь авто с улыбкой пошла к дому.
Меня уже ждали в кабинете, где ранее располагался массажный стол за ширмой, теперь была рабочая обстановка, пара кресел, журнальный столик и небольшой диванчик, письменный стол с компьютером на краю и подносом с двумя чашками на блюдцах и полной тарелкой аппетитных сластей.
Богдан Петрович, завидев меня, медленно и неуклюже поднялся с места за столом. Встретил у порога кабинета, провел к креслу для посетителей, усадил. После неожиданно теплого приветствия и розлива кофе по чашкам, он приступил к диалогу, задав вопрос:
- Вы на Новый год куда едете?
- Домой.
- В Днепропетровск? – уточнил он, заняв рядом стоящее кресло.
- Да. Почему вы интересуетесь?
- Хотел узнать, вы уедете на неделю или две.
- На две недели.
- Я с вами. – Весело заявил он.
- Простите? – я отодвинула чашку и сцепила руки на коленях.
- То есть я тоже еду в наш город, но по делам, заодно подброшу вас на машине с водителем. – Поправив журналы на маленьком столике справа, добавил. - И кое-что обсудим.
Закрытая машина и двое мужчин, я постаралась не запаниковать, в поезде всегда выбирала место среди женщин, а тут… Голос сел и я резко ответила:
- Хотите обсудить, обсуждаем здесь. Добраться я и сама могу.
- Мне нужен массажист, - терпеливо пояснил он, - который будет постоянно или же большую часть времени рядом.
Я недоверчиво прищурилась, но промолчала. Удивительно, но из того что я слышала ранее, массажист ему был не нужен, а вот от груши для битья он бы не отказался.
- Хочу переговорить с вашими родными, – продолжил объясняться Богдан Петрович. - Я могу встретиться с ними?
- Зачем? Нужен массажист, я могу приезжать, когда потребуется.
- Чтобы официально пригласить вас жить в моем доме.
- Мне девятнадцать, можете обговорить это со мной.
- А мне шестьдесят. И я отец двух мальчишек, так что вижу эту ситуацию под другим углом. – Ответил он, не скрывая добродушной улыбки. - С кем из ваших родителей мне лучше всего объясниться?
- С мамой.
- А чтобы получить согласие?
- В любом случае, только с мамой.
- А отец не в счет? – улыбаясь, спросил Богдан Петрович и указал мне на печенье, - угощайтесь.
- Считайте, что отца у меня нет. – Я взяла печенье, но горькие воспоминания отбили желание сладости, вернула изделие назад.
- И чем он заслужил такое безразличие?
- Многим. - Отодвинув от себя чашку еще дальше, нахмурилась. - Когда вы выезжаете? У меня зачет 30 декабря после обеда.
- Меня устроит. – Отозвался мужчина и с улыбкой предложил упаковать вещи. Будучи полностью уверенным, что мама согласится, сообщил, что водитель их заблаговременно до нашего отъезда перевезет сюда, на Дагестанскую.
– На этом все. – Сообщил хозяин дома.
Я поднялась, постояла несколько секунд и вновь села в кресло. Тревожащий вопрос нужно задать сейчас, иначе я в следующие ночи не усну, а под конец устрою сцену хуже предыдущей. И мне такого не надо. Сглотнув, я все же спросила:
- С вами будут ехать женщины?
- То есть?
- Хотела узнать, вы повара, Людмилу Васильевну возьмете? Ведь в машине еще два места…
Он посмотрел вначале на меня, потом куда-то на стол и ответил:
- С нами будет ехать мой секретарь, - я сцепила руки и протяжно вздохнула. Поезд, однозначно поезд и ну его, этот комфорт, поездом доберусь и все на том!
- То есть… - с заминкой добавил Богдан Петрович, внимательно смотрящий на меня, - я хотел сказать, секретарша.
- Понятно, - взяв с его стола ручку и бумажку, оставила номер своего мобильного телефона, и поднялась с места. – Меня обратно отвезут?
- Вас отвезут.
- Что ж, до свиданья, Богдан Петрович.
- До встречи.
Выходила из его дома с тщательно скрываемой улыбкой, ехала к общежитию скромно потупившись в пол. И только в стенах комнатушки, выданной на троих, позволила себе довольную и широкую улыбку, не проходящую вплоть до самого вечера.
Девчонки долго спорили, влюбилась ли я, испытала ли радость от секса или же марихуаной обкурилась в конец. А все оказалось намного проще, у меня появилось одно решение для многих маленьких проблем.
В назначенный день отбытия за час до моего зачета, от Богдана Петровича прибыл уже знакомый седовласый водитель с явными признаками нездоровья на лице. Он повышенного давления на щеках проступили красные сосуды, глаза его так же были красными. Взглянув на него, я задалась лишь одним вопросом, который и озвучила:
- Извините, а вас как зовут?
- Олег Дмитриевич, - ответил мужчина с улыбкой и поднял мой немногочисленный багаж.
- С нами в Днепропетровск едете вы?
- Нет. За рулем будет Сергей.
- Сын?
- Да.
- Хорошо… - выдохнула я.
- Не переживайте вы так, в дороге парень большую часть своей жизни, - заверил он меня и выходя из комнаты, добавил. – К тому же с остановкой на ночь в Виннице, чтобы отдохнуть.
- Сергей в дороге долго не выдерживает?! – я выскочила вслед за Олегом Дмитриевичем.
- Не он. Петрович. – Мужчина ответил с заминкой и попрощался, унося мои вещи.
- Ясно. До свидания.
Теперь понятно, почему меня решили взять в дорогу. Но если он устает в сидящем положении, может быть следовало выкупить билеты в купе поезда? Хотя там условия не лучше.
Затем был зачет, с которым я справилась легко и просто, вышла и набрала домашний Богдана Петровича.
- Уже освободились? – его веселый тон меня насторожил. – Оля, почему не отвечаете?
- Я тут подумала…
- Значит освободились. Скажите где вы и мы вас заберем.