Выбрать главу

Обитая черным дерматином дверь открылась. Оживленно переговариваясь, вышло несколько человек. Студентов тотчас же пригласили. У входа их встретил начальник, каждому пожал руку.

— Рад вас видеть. Проходите, садитесь, где удобнее. Мебель у нас не министерская. Построим мост, двинемся дальше. Хорошую жалко было бы бросать.

Когда все расположились за длинным столом и чинно положили перед собой одинаковые черные папочки, Марков спросил:

— Значит, из Москвы, Ленинграда и Днепропетровска? Давайте познакомимся. Я — Марков Владимир Николаевич.

Студенты называли себя, вставая. Марков внимательно всматривался, делал какие-то пометки в блокноте.

— Ну вот и познакомились. Прежде чем говорить о делах, я хочу узнать, рассказали вам, что это за мост и для чего вы в такую жару бетонируете откосы?

Студенты нестройно загудели:

— Знаем, догадываемся!

Марков встал, добродушно улыбнулся:

— Конечно, и ребенку ясно: мост существует для того, чтобы по нему поезда ходили. Я хочу сказать о местных условиях. Так вот, течение у реки коварное, много водоворотов, в паводки огромный напор воды. Прежде чем добраться до скальных пород, нужно убрать сотни кубометров песка, глины, щебня. А сделать это весьма и весьма непросто. Мы применили небольшое новшество… Впрочем, новшеством это вряд ли можно назвать. Метод использовался при строительстве мостов на небольших реках, а мы решили здесь…

Пока он говорил, Игорь исподтишка его разглядывал. Ничего особенного во внешности нет. Простоватое, невыразительное лицо, стрижка под «бокс», коренастая фигура. Поношенная безрукавка — голубая с белой полоской. Встретил бы на объекте, и не только крупного руководителя в нем не признал бы, но и не подумал бы, что этот человек причастен к умственной работе.

— Я хочу подчеркнуть, что вы делаете очень важное дело, — продолжал Марков. — Ваша работа отнюдь не из второстепенных. Достаточно сказать, что в иные годы вода поднимается метров на восемь — десять. Представляете, что осталось бы от полотна, если его не забетонировать? Вы своими руками, так сказать, защищаете участок железной дороги от паводков. Это уже немало, по-моему. Но вы еще вот что учтите. Вы освобождаете квалифицированных бетонщиков, которые сейчас работают непосредственно на мосту. Значит, до зимы мы можем поставить все опоры. Надеюсь, вы не обиделись, что студентов я не отношу к разряду высококвалифицированных бетонщиков?

— Нет! Какие обиды!

— Правильно, но цену себе все-таки знайте, — улыбнулся Марков. Смешно почесал лоб карандашом. — Газеты называют наш мост важнейшим объектом БАМа. Не думаю, что его построить сложнее, чем проложить рельсы через тайгу или пробить туннели. Здесь все объекты важнейшие, но пусть вам будет приятно, что так считают. А работа? Что ж, работа везде работа. Правда, здесь местные условия… Спасибо, что приехали, извините за проповедь. Теперь прошу коротко рассказать, что сделано, какие претензии к администрации.

Пока говорили другие, Володя и Игорь шепотом препирались. Володя: «Докладывай! Ты лучше знаешь». Игорь: «А ты командир!» Подошел их черед. Володя толкнул Игоря в спину, и тому ничего не оставалось делать, как встать. Он стоял, сильно сутулясь. Казалось, если выпрямится, станет слишком высоким и беззащитным. От волнения начал было заикаться, но оправился, отбарабанил, сколько забетонировано, сколько подготовлено, какие работы еще сделаны.

— Что ж, потрудились неплохо, — подвел итог Марков. — А теперь выкладывайте претензии. Они у вас непременно должны быть.

Стали жаловаться — то вовремя доски не подвезли, то машина для резки арматуры сломалась и три дня не могли починить, то кран на другое место не перегнали. Марков согласно кивал головой, записывал в блокнот.

И Голубев заставил себя вставить слово:

— О самом главном забыли. Плохо подается бетон. У нас бригада часами простаивает. Вот на это, Владимир Николаевич, надо обратить самое серьезное внимание.

Не по себе стало: кого вздумал поучать!

Но Марков принял его слова как должное.

— Вы совершенно правы. Бетон — наша беда. Особенно сейчас, когда он нужен во все стороны. Проектировщики виноваты или еще кто-нибудь — сейчас это неважно. Сейчас виноваты мы. Но будем делать все, чтобы выпускать больше бетона. А это значит — не терять время на пересменке, быстрее ремонтировать бетономешалки. Они, к сожалению, часто выходят из строя, и надежды на безотказную работу нет. Что касается других недостатков, виновные будут наказаны. И еще хочу сказать, ребята. Не надейтесь на легкую жизнь. Научно-техническая революция — все это так. Но трудности есть и всегда будут. Всего вам хорошего. Как говорится, успехов в труде и счастья в личной жизни. Обращайтесь ко мне в любое время.