— Отдохнем так отдохнем, — согласился Ивашка.
Тут же бросился змей пить вино из бочки, что стояла по правую сторону. Но Ивашка раньше захватил эту бочку.
Пришлось нечистому духу пить из левой бочки. Попили, закусили, опять биться стали. Отрубил Ивашка змею и другие две головы да и пошел к своему кучеру. Днем выспался, в карты наигрался, а в ночь опять пошел под высокий мост. Ждет час, а то и три. Зашумел ветер, задрожала земля, загудел мост: едет семиглавый змей Прямярялья. Ступ — споткнулся конь под ним, у-у-у — завыла его собака, ш-ш-ш — зашипел его сокол.
__ Мириться пришел или драться?
А я здесь, — говорит Ивашка.
Почуяли, — ответили ему конь, собака и сокол. Не бойтесь. Ивашка При метле в только родился, сюда не придет.
__ Только биться, — говорит Ивашка Приметлев.
— Тогда давай биться.
Начали биться. Ивашка отрубил змею четыре головы.
___ Ну, давай, Ивашка, отдохнем, а то, вижу, устал ты.
— Отдохнем так отдохнем, — говорит Ивашка Приметлев, а сам опять захватил бочку, что с правой стороны поставлена.
Попили, закусили, отдохнули, опять стали биться. Отрубил Ивашка Приметлев змею еще три головы. Приходит к кучеру, а тот спит себе спокойно. Разбудил его Ивашка, поели, попили, отдохнули, а ночью опять собирается Ивашка под высокий мост.
— Ну, кучер, не спи сегодня. Воткну в стол ножик, а ты сиди да смотри: если брызнет по ножу кровь, поезжай домой один, а не будет крови — меня жди, приготовь вина да закуски.
Положил в карман орехов, сколько нужно, набил в трубку меру табаку и пошел. Сидит Ивашка под мостом, щелкает орехи, трубку закурил, ждет, бочки переставил с левой стороны на правую, а с правой на левую. Вдруг задрожала земля: едет девятиглавый змей Прямярялья. Ступ — споткнулся конь его, у-у-у — завыла его собака, ш-ш-ш — зашипел его сокол.
— Отчего так, или чужеземный дух почуяли? Девяносто лет мне служили — не было такого. А теперь что?
— Да, — сказали они, — дух нездешней земли.
— He бойтесь, Ивашка Приметлев только родился, сюда не, дон дет, не доскачет.
— А я уж здесь, — говорит Ивашка Приметлев.
— Биться пришел или мириться?
Только биться, — говорит Ивашка Приметлев.
Стали они биться. Бились, бились, Ивашка Приметлев отрубил змею сразу пять голов. А звёзд, месяц и солнце были у девятиглавого Прямяряльи.
— Ну, Ивашка, давай отдохнем, вижу, ты устал, — говорит девятиглавый Прямярялья, сам кинулся к бочке, что стоит по правую сторону. А Ивашка Приметлев пьет из левой бочки — он ведь поменял бочки местами. Пьет Ивашка, силы у него прибавляются, пьет Прямярялья, а силы у него убавляются. Попили, закусили, отдохнули, опять биться стали. Ивашка отрубил змею еще две головы, а две другие конь его растоптал.
Взял их Ивашка Приметлев и пошел к своему кучеру, а тот сидит да смотрит на ножик, воткнутый в стол.
— Ну, — говорит кучеру, — теперь поедем домой.
Поехали домой. Ехали, ехали, Ивашка Приметлев и говорит:
— Я ведь варежки свои там забыл.
— Может, я вернусь захвачу? — говорит кучер.
— Сам пойду, а ты меня жди.
Вернулся Ивашка, подошел к дворцу, сел у открытого окна и слушает. А там разговаривают мать Прямярялий да их жены.
— А ну-ка, младшая сноха, принеси-ка мне книгу.
Та принесла книгу, старая раскрыла ее и говорит:
— Мой сын, а твой муж, убит.
Приказала принести книгу средней снохе, посмотрела, говорит:
— И второй мой сын, а твой муж, убит.
Приказала принести книгу жене девятиглавого Прямяряльи, раскрыла и говорит:
— И третьего убил Ивашка Приметлев. Идите, отомстите ему.
Пошли вдовы Прямярялий, обратились на пути первая — родником, другая — яблоней, третья — сильной бурей. А Ивашка вернулся к кучеру, и поехали. Едут они, встретили у дороги родник студеный, а в роднике ковш серебряный. Кучер говорит:
— Ох, я давно пить хочу, пойду попью.
— Постой, — говорит Ивашка, — попью я сперва.
Пошел, ударил по роднику крест-накрест, брызнула из родника кровь-гной. Не стали пить, поехали дальше. Едут дальше, доехали до яблони, а на ней яблоки с человечью голову, да красные, румяные! Кучер протянул руку, хотел яблоко сорвать, а Ивашка говорит:
— Постой, я сперва сорву.
Ударил по яблоне палашом крест-накрест, брызнула она гноем-кровью. Не стали яблоки есть. Едут дальше, буря за ними гонится. Встретили у дороги железную кузницу, а в ней работает кузнец. Вошли в кузницу, закрыли дверь. Налетела буря, завыла:
— Впусти меня, кузнец, я съем твоих гостей!
— Языком своим пролижи дверь и входи, — говорит кузнец.
Стала буйная буря дверь лизать — пролизала дверь, просунула голову в отверстие, а Ивашка Приметлев схватил клеши, зацепил ее за язык, взял молот железный, сел верхом на нее и поехал домой вслед за кучером. Ехали, ехали, встретили целый девичий полк.
— Ха-ха-ха, парень хорош, а лошадь — дрянь!
Ничего не сказал им Ивашка Приметлев, и те прошли мимо.
Опять едут дальше, встречают полк молодцев.
— Ха-ха-ха, парень сам хорош, а лошадь — дрянь!
Ничего не сказал Ивашка Приметлев, и те прошли мимо. Опять дальше едут, встречают деда, старого-старого.
— Ха-ха-ха, парень до чего хорош, а лошадь под ним — кляча.
— А ты, шамка беззубая, чего шамкаешь! — сказал Ивашка.
Только сказал это, старик схватил Ивашку.
— Ты чего это на моей родительнице верхом ездишь? — кричит старик.
Прибежали и девичий полк, и полк молодцев, отняли у него солнце, месяц и звезды.
— А теперь что будем делать с Ивашкой? — спрашивают у старика.
— Пусть он достанет нам дочь Бурьяги30, тогда мы его отпустим самого и светила ему вернем.
Пошел Ивашка Приметлев искать бабу Бурьягу. Шел, шел, видит: на дороге спит мужик.
— Кто ты будешь, добрый мужик?
— Я охладитель горячих бань.
— Пойдем со мною, будем братьями.
— Хорошо.
Пошли два брата, видят: на дороге спит мужик.
— Эй, кто ты будешь, добрый человек?
— Я считаю рыб.
— Пойдем к нам в братья.
— Ладно.
Пошли три брата дальше, видят: на дороге мужик спит.
— Эй, кто ты будешь, добрый мужчина?
— Я звездочет.
— Пойдем к нам в братья.
— Пойду.
Пришли четыре брата к бабе Бурьяге.
— По делу ли, ясны молодцы? — спрашивает Бурьяга.
— По делу. Пришли мы сватать твою дочь.
— Выдам, выдам, только вперед в бане помойтесь.
Баню сама Бурьяга истопила. А баня железная, огнем пышет, полымем пылает.
Пошел в баню охладитель горячих бань — остыла баня, появились в ней ледяные сосульки. Вернулись в дом, говорят:
— Ну, бабушка, вымылись мы в твоей бане.
— Ладно уж, выдам свою дочь.
И стала Бурьяга свою дочь поучать:
— Как выйдешь за ворота — в воде пропади, из воды выйдешь — в небе сгинь.
Только вышли за ворота — дочь Бурьяги канула в воду.
— Ну-ка, ты, считатель рыб, — за нею!
Нырнул считатель рыб, достал невесту из воды. Только достал ее, а она сгинула в небе средь звезд.
— Ну-ка, ты, звездочет, — за нею!
Полетел звездочет, достал невесту. Приехали к старику, отдали ему невесту, взяли солнце, месяц да звезды и домой отправились.
Едут, а Ивашка Приметлев и говорит:
— Ух, хороша девица, жаль мне ее, что там оставили.
Оглянулся Ивашка Приметлев, а девица рядом сидит.
— Я здесь, Ивашка, — отвечает.
Подъехали близко к дому, к тому царству, где света нет, а тьма-тьмущая. Ивашка Приметлев выпустил в небо одну звездочку. Вышел на крыльцо один солдат и увидел звездочку, побежал к царю. А царь не верит солдату: он думал, уж погиб Ивашка Приметлев. И приказал царь отрубить голову своему верному солдату.