Выбрать главу

Хозяева пригласили гостей в свой город. Вскоре Павел сидел в круглой комнате на низеньком диване и беседовал с местным мэром – сухоньким, маленьким человечком.

Мэр сказал, что он догадывается о цели визита к ним.

– Вы ищете белую девушку, прилетевшую к нам на турболете? – спросил он.

– Да, – оживленно откликнулся Павел, – где она?

– Она у нас была… Но все не так просто. Она спит.

– То есть как спит?

Мэр рассказал Павлу о том, как к ним попала Таня.

– Мы ничего не смогли сделать, но девушка жива, и ясно, что она спит. Чуть заметно дышит. Мы договорились с Ленинградским институтом психотерапии, что он возьмет девушку на излечение, и отправили ее в Россию. Мы надеемся, там ее вылечат.

Грустный, отправился Павел в обратный путь.

Провожая Павла, ученые-биологи Африканской Академии вручили ему несколько сортов семян и растений для опытов на искусственном острове.

Павел понял – это был знак уважения к его работе и выражение сочувствия друзей.

Глава двенадцатая

ЗАПАДНАЯ ОДИССЕЯ

Прошли месяцы напряженной работы. Трудности заключались в том, что Павлу приходилось не только вести исследовательскую работу и руководить маленьким коллективом исследователей. Многие университеты мира стали присылать на остров студентов на практику, нимало не беспокоясь о том, есть для них места или нет. По существующей традиции ни одно государство и ни одно предприятие не могли отказывать студентам в практике. Возникла реальная угроза того, что скоро на острове будет больше студентов, чем ананасов и ба­нанов.

Но конец этому со свойственной ей решительностью положила «наивная» Дженни. Скоро на экранах информационных телевизоров, стоявших на столах в кабинетах ректоров всех университетов, появилась лаконичная надпись: «Остров океанического земледелия в Тихом океане может принимать на практику в каждое полугодие не больше пятидесяти человек». Вслед за этим Мировой координационный центр высшего образования распределил места между странами, но с большими спорами, при этом все стороны считали себя обиженными. Забегая вперед, нужно сказать, что в действительности на остров являлось студентов всегда больше «нормы», и с этим ничего нельзя было поделать. После появления студентов на острове стало веселее. Целыми днями всюду слышался смех, оживленные разговоры и дискуссии. По вечерам устраивались спортивные состязания, импровизированные концерты, танцы, массовые купания в океане. И исследовательские работы пошли быстрее. Островитяне работали с энтузиазмом.

Но молодыми людьми нужно было руководить. Павел понимал это и систематически читал лекции, и сам работал со студентами. Так шло время. Приближался новый год. Студенты разъехались по своим странам, а коллектив острова готовился к этому радостному празднику, собираясь устроить бал вокруг криптомерии – единственного хвойного дерева на острове.

Обычно всю корреспонденцию Павла просматривала Дженни, из нее к Павлу попадала только необходимая. На второстепенные запросы отвечала сама Дженни. Но однажды, получив очередную пачку писем, Дженни явно расстроилась. Она положила на стол нераспечатанные конверты и ушла. Павел, проводив ее удивленным взглядом, принялся разбирать почту.

В одном из писем сказалось приглашение Всемирного Совета по использованию ресурсов моря прибыть в конце декабря в Ленинград для обсуждения возможности создания в центральной зоне Атлантического океана виноградников на полимерных плотах. В этом же письме Совет просил помочь в налаживания работ на первом плоту, создаваемом в Португалии.

Второе письмо было от Тани.

Она писала:

«С добрым утром, Павел! Приветствую так потому, что для меня действительно сейчас все время утро. Несколько дней назад я проснулась от тяжелого сна, или, вернее, наши замечательные врачи вырвали меня из объятий смерти. Ты помнишь Эрнеста Хоросайна? Он мне очень нравился. Я доверяла ему. Мне казалось, что если человек умен, красив, то и все-все в нем должно быть прекрасно. Но я ошиблась. Хоросайн оказался страшным че­ловеком, чудовищем с ископаемой психологией.

Я очень слаба и нахожусь под наблюдением врачей. Самое скверное то, что меня сейчас совершенно не привлекает море. Когда я вспоминаю страшную картину цунами, океан мне кажется злым.

Врачи говорят, что со временем это пройдет. Здесь, в Ленинграде, вскоре будет проходить очень интересная конференция по вопросам освоения океана.

К сожалению, я в ней участвовать не смогу. Было бы замечательно, если бы вы с Ли оказались в Ленинграде.