Внутри крипта представляла из себя выложенную красным кирпичом капсулу диаметром чуть меньше трёх метров и формой напоминающую куриное яйцо. Освещена она была очень приятным белым светом, исходящим от стоящего на постаменте деревянного ящика, закрытого стеклом. Священники склонились над ящиком. В нём лежал и испускал свет кусок ткани, явно бывший когда-то то ли платком, то ли рушником. С этого платка на людей смотрело лицо молодого мужчины, увенчанного терновым венцом и с многочисленными следами свежих побоев. И всё же, несмотря на следы ударов и страдания, лицо выражало силу и решительность. Тот самый истинный Спас Нерукотворный, Плат Вероники, которым благочестивая еврейка утёрла лицо Спасителя во время Его крёстного пути.
Оба священника синхронно перекрестились и прошептали молитвы, каждый свою, после чего Нестор положил руку на плечо коллеги:
— Преподобный. Лицезрение Спасителя — великое испытание, суть и смысл которого понимаешь далеко не сразу. Не стоит искушать Господа.
— Да, конечно, — ответил настоятель и сгорбившись направился к выходу. Видно было, что каждый шаг даётся ему с трудом. Нестор вышел следом и дверь за ним сама собой закрылась. И чем выше они поднимались, тем легче становились шаги настоятеля этой церкви, тем шире расправлялись его плечи.
И когда они уже вернулись в храм, он набрался смелости и спросил:
— Это же… Истинный Спас Нерукотворный!
— Истинно так, — подтвердил Нестор.
— Но как же тогда Лик из Эдессы?
— Мокрая Борода? Тоже истинный Спас, но, увы, был утрачен при всем известных обстоятельствах. Этот-то удалось тогда спасти только чудом. Предваряя ваш вопрос: плат из Маноппелло — копия того, что мы имели возможность лицезреть только что, но копия, полученная чудесным образом. По сохранившейся легенде, был создан собственноручно Константином Великим. Во сне ему было видение и проснувшись он взял первую попавшуюся тряпку, это оказался один из платков его жены, расстелил её поверх Истинного Спаса и принялся молиться. Пока он молился изображение перешло на расстеленный им плат.
— Воистину, я понимаю, почему сею реликвию хранят с такими предосторожностями!
— Мне же мнится, что всё это пустое, — вздохнул Нестор. — Истинный хранитель этой и прочих реликвий — сам Господь. Будет на то Его воля и реликвия будет сокрыта… или сокрытая явлена.
Рома открыл глаза и тихо застонал. Болело всё, в глазах словно насыпали песок, а в груди всё свистело и хрипело. Он закашлялся, но тут же к нему подскочила девушка, его ровесница, в шёлковом кимоно:
— Осторожней, осторожней, пожалуйста! Не кашляйте! Иначе вы можете сильно повредить лёгкие!
За время своего ученичества, сначала в Техникуме, потом в Ордене, Рома научился минимальному самоконтролю, поэтому сумел подавить приступ кашля, да и девушка положила ладони ему на грудь и вскоре неприятные ощущения хоть не прошли совсем, но уменьшились до приемлемого уровня.
— Что со мной? — прохрипел Рома.
— Я мало знаю, но как объяснял Архимаг, те, с кем вы сражались сумели как-то удержать канал и часть удара, который они нанесли по проекции передалась и вам. А ещё он сказал, что та ведьма бросила в проекцию какую-то плесень и часть этого тоже передалась вам, теперь у вас поражены глаза и лёгкие. Эта плесень какая-то особо злостная, он смог только приостановить её развитие и сейчас специалисты ордена работают над тем, чтобы вас исцелить. Они сделают это, но потребуется время.
— А ты кто?
— Меня зовут Вика, я послушница Ордена.
— Значит ты тоже ученица Сиззлинга?
— Что вы! Кто я такая? Я только три года в Ордене и всего лишь послушница! Чтобы новичку сразу дали ранг ученика, да ещё чтобы архимаг взял личным учеником!… Такое бывает очень и очень редко! Вы выдающийся человек и оказывать вам помощь — большая честь для меня!
Она перевела дыхание и спросила:
— Позвольте, я отойду, мне надо позвонить архимагу Сиззлингу, сообщить, что вы пришли в сознание.
— Да, конечно, — прохрипел Рома.
Глава 12
Страшные вопросы
Два респектабельных джентльмена наслаждались изысканным ужином в ресторане «Белуга», на первом этаже гостиницы «Националь». У одного из них зазвонил телефон.
— Да, дорогая, — сказал он в трубку. — Очень хорошо! Как состояние… Очень хорошо! Передавай ему привет и скажи, что навещу его завтра утром… Да, продолжай по тем прописям, которые у тебя есть.
Когда он положил трубку, его собеседник спросил:
— Не слишком ли ты его выделяешь?
Тот, что говорил по телефону, а это и был учитель Ромы, архимаг Сиззлинг, задумчиво покачал головой:
— Полоцкий очень качественно подбирает учеников и сходу начинает их плотно учить. Уже сейчас этот парнишка на голову выше любого новичка его возраста, из тех, что мы берём. Но это не главное. У меня на него определённые планы, а для этого его следует держать под плотным контролем. В условиях стандартного ученического ашрама это невозможно.
— И как же ты его упустил? — в голосе собеседника архимага слышалась неприкрытая ирония.
— Мой косяк, признаю. Недооценил его одержимость этой ведьмой.
— Дал бы ему служанку из послушниц, для отвлечения внимания и дополнительного контроля.
— Ну знаешь! Мало того, что личный ученик, так ещё и наложницу ему выделить! Многовато чести!
— А сейчас?
— А что сейчас? Пока-то он будет выздоравливать, она будет водить его за ручку, утирать сопельки.
— Только не говори, что наши целители не могут извести эту плесень…
— Щаз! Ещё чего! Пусть медленно выздоравливает, страдает, глядишь и проникнется пониманием своего косяка. Может потом поменьше будет чего подобного устраивать. А девчонка пусть на нём тренируется, она, вроде как в целители готовится. А вот если его вылечить сразу, он точно на следующий день влезет во что-то подобное. И гарантированно втянет нас в большие неприятности. Или ты думаешь, что Полоцкий махнул на него рукой?
— А вдруг он узнает, что всё это спектакль?
— Только если доживёт хотя бы до мага. Но тогда у него будет уже совсем другое отношение к подобным вещам.
— Суров ты, смотрю, не по годам. А девчонку? Тоже возьмёшь ученицей?
Сиззлинг равнодушно пожал плечами:
— Лечить этого обормота я собираюсь до лета, она, хочет, не хочет, будет вертеться рядом, полюбому наслушается и нахватается всякого. Там и посмотрим, как всё это утилизирует и до чего дорастёт. А дальше… Ты же спишь и видишь, как загнать меня преподом в один из наших непальских ашрамов.
— Неужто решил меня порадовать?
— Теперь это будет уместно. А его определю туда на общих основаниях с сохранением статуса личного ученика.
Время было уже позднее, но Нестора тут же пригласили в покои Его Святейшества.
— Значит, всё не так страшно, как ожидалось, — констатировал предстоятель.
— Или мы неправильно оцениваем структуру и направление угроз. Но, давайте к делу. Вы в курсе случающихся время от времени выбросов энергии Тьмы? — спросил старец и дождавшись утвердительного кивка патриарха продолжил: — Этим летом мы нашли свидетеля такого выброса, причём этот свидетель оказался… не буду вдаваться в детали, но благодаря этому свидетелю мы смогли определить энергетическую сиигнатуру выброса. Так вот, Это НЕ Тьма. Вернее, Тьма с примесью ещё какой-то, ранее не определяемой нами энергетики. Мы назвали это Ложной Тьмой. Не буду вдаваться в детали, но заметить эту разницу, не зная заранее тех сигнатур, на которые следует обращать внимание, мог только тот самый свидетель. Опять же, не вдаваясь в детали, подробную информацию я вам пришлю, такие же сигнатуры были обнаружены в некоторых артефактах, которые считались артефактами света… например, в артефактах альбигойской ереси…
— И вы решили проверить Изначальные Реликвии…
— Возникло подозрение, что некоторые наши коллеги из сестринской церкви кое-что умалчивают, вот и решили уточнить самостоятельно. Увы, Истинный Спас светит тем самым Ложным Светом.