— И на том спасибо, — сказал Ваня. — Как вас найти, если что?
— Не надо меня искать, расходятся наши дорожки. И вам, яхонтовые, спасибо, интересно с вами было, да и беду от бабки отвели.
— И всё же, как говорят, пусть дверь остаётся открытой. Вот, возьмите, — и Ваня протянул ей бумажку со своим телефоном.
— Ну ладно, уговорил, — ответила Зора вставая и бодро направилась к выходу из парка.
Карты никогда её не обманывали. Сегодня утром она нагадала, что домой уже не вернётся, поэтому выходя на эту встречу взяла с собой всё необходимое, благо, ромалы не привыкли обременять себя лишним вещами. Ведь никто не знает, когда придётся сниматься с места и уходить в неизвестность. Впрочем, «неизвестность» это сейчас не про неё: есть много людей, которые её примут и укроют. И передадут её слово куда надо, не сообщая ничего Богдану. Впрочем, самому Богдану быть осталось недолго, об этом ей тоже карты сказали.
Больше ничего интересного до конца каникул не происходило, разве что у Светы дома прошло бурное обсуждение на тему: «Что делать?». В конце концов из всех вариантов был выбран самый жёсткий: Если схватки не избежать (а то, что старший Продан не успокоится ясно было всем), значит провести её надо на своих условиях. Тем более, что дети сумели убедить старшего Панакеева, что постоять за себя смогут и в случае чего до подхода второго эшелона операции продержатся.
Вечером 7 числа у Вани случился очень тяжёлый разговор с матерью. Та требовала, чтобы он остался дома, все аргументы, от того, что Ване в этой школе нравится до того, что он в любом случае, даже если она запретит, туда вернётся, только на два года позже, игнорировались. В конце концов Ваня вынужден был перейти к силовому решению вопроса:
— Мама! Я. Туда. Поеду. Если будешь очень напирать, мы с Василисой просто уйдём сейчас и на такси едем к Свете и поедем в школу уже оттуда.
— Я вызову полицию и тебя вернут, — процедила маменька.
— Я их заколдую и пошлю в монастырь, грехи замаливать.
— Он может, — неожиданно влезла Ильмера. — Света такое уже сделала, с одним бандитом, а Ваня с высшими стихиями работает лучше неё.
— А Василиса может наслать морок. Ты будешь думать, что мы дома, а мы уже уедем, — подхватил Ваня.
— Вот так ты можешь поступить с матерью⁈ — возмутилась Вероника Павловна.
— Мама! Я тебя очень люблю и уважаю. Но есть вопросы, которые я буду решать сам! — твёрдо ответил Ваня.
— Ты сначала думать научись! А потом будешь что-то решать!
— И когда же я по-твоему научусь? — в голосе Вани слышалась неприкрытая ирония.
— Я решу, когда тебе будет пора!
— Нет. Я решаю за себя сам. И ты знаешь, что не можешь мне помешать и меня удержать. Я маг, хоть и начинающий, поэтому давай прекратим.
— Ну и делай как хочешь! — процедила Вероника Павловна, словно объявляя приговор. — Но когда твоя Светка втянет тебя в неприятности, сам ко мне приползёшь! — заявила она под конец и удалилась, хлопнув дверью.
— Она знает о том, что хочет сделать ромкин папа, — выдала вердикт мавка, глядя ей вслед.
Ваня на это только пожал плечами. Маму он любил, но в последнее время у него к ней стало появляться всё больше и больше вопросов.
А утором следующего дня у подъезда остановился небольшой микроавтобус с девочками и Ваня с Ильмерой, подхватив чемоданы, отправились к ним. Мама с бабушкой всё же вышли попрощаться.
— Уф! Наконец-то эти каникулы закончились! — выдохнул Ваня.
Глава 13
Путь домой
— Что это тебя так? — удивилась Надя.
— Дома достали, — прокомментировала мавка и, не выдержав, пояснила: — Любая волчица радуется, когда щенки выходят из норы, когда начинают ловить добычу, когда начинают побеждать. А его мать словно хочет, чтобы он всю жизнь сидел в норе.
— Бывает, — пожала плечами Света. — Это сложно объяснить.
На этом обсуждение семейных проблем закончили и начались представления: кроме Светы с Надей в машине находились ещё двое: Марк Захарович, лысоватый мужчина в сильных очках и дорогом пальто, адвокат, и мужчина неопределённого возраста, не запоминающейся внешности, представившийся как Вадим, помощник дяди Стёпы, который ехал на переднем сиденье, рядом с водителем. По ходу новоприбывшим рассказали, что некоторые знакомые старшего Панакеева очень оживились, узнав о готовящейся против его семьи и друзей провокации, настолько оживились, что их даже пришлось сдерживать. В результате к решению проблемы подключились профессионалы, облечённые не только силой, но и совершенно официальной властью и кортеж возвращающихся с каникул студентов сильно разросся. По выходе на трассу порядок следования был такой: впереди, в паре километров, шла неприметная «Калина» — разведка, за ними, где-то в километре, следовала группа поддержки, которая должна будет вмешаться… но вот при каких обстоятельствах Ваня так и не понял. Так и ехали, за незначительными разговорами, Марк Захарович веселил народ историями из адвокатской практики, но всё равно, в воздухе витало заметное напряжение. И вот свершилось: из головной машины передали сигнал «Внимание!», а через пару минут микроавтобус тормознули гаишники. Как только машина остановилась, её тут же заблокировал гаишный УАЗ, а дверца микроавтобуса резко распахнулась и внутрь ломанулся собровец в полной боевой выкладке с автоматом наперевес:
— А ну быро…
Больше он ничего сказать не успел: Ваня, уже на взводе, выставил его наружу телекинезом, при том заметно не рассчитал силу. В результате собровец улетел куда-то в придорожный лес, откуда донёсся глухой удар и с какой-то сосны посыпался снег. Этот полёт вызвал заметное замешательства у встречающих, чем тут же воспользовался Марк Захарович. Он быстро вылез из машины и, натянув на лицо самую гаденькую из своих профессиональных улыбок представился:
— Марк Захарович Блюменталь, семейный адвокат семьи Панакеевых. А вам, будущие осуждённые, следует представиться.
Ребята, тем временем, тоже выбрались наружу и заняли оборонительные позиции. При этом каждый делал что-то полезное: Надя, на всякий случай, заглушила двигатели всех машин: немного стихии Воды в цилиндры и никакая искра уже ничего там не подожжёт, и заморозила все патроны. Теперь ни один ствол не выстрелит. Мавка заготовила парочку мороков пострашнее, а Ваня со Светой были на подхвате, чтобы телекинезом блокировать любой неадекват со стороны противников.
Препирательства тем временем продолжились:
— Вам следует быть повежливее! — рявкнул тощий дпсовец в ранге капитана. — У вас тут же статья 318…
Адвокат на это только отмахнулся:
— Всего лишь необходимая оборона, а вот у вас, уважаемые, 166-я, как минимум 2 «а» уже в активе. Но это ведь мелочь, правда? Учитывая мощную коррупционную составляющую вашего преступления… мне даже лень перечислять те статьи, которые вы уже заработали. Постарайтесь не добавлять новых.
— Ты, мужик, чего? Берега потерял? — грозно спросил один из оставшихся собровцев. — Ты видишь, мы тут все с оружием. Мы щ-щ-щас…
Договорить он не успел: к месту встречи подлетели ещё два микроавтобуса, на одном было написано «Следственный комитет», на другом ФСБ. Из второго высыпали люди в полной боевой выкладке, с автоматами и профессионально взяли всю компанию в кольцо. А из первого вышли трое в гражданке, один из них выступил вперёд и спокойно, с достоинством представился:
— Следователь по особо важным делам Следственного комитета, Денисов Дмитрий Виленович. Проводим совместную с ФСБ операцию пр пресечению коррупции. Извольте дать пояснения о том, что тут происходит.
И тут Ваня не сдержался. Он поднял раскрытую ладонь и через неё направил Свет на тех полицейских, что стояли перед ним.
— Вы совершаете преступление! Вы нарушили присягу и пошли против совести! Покайтесь и сотрудничайте со следствием!