Выбрать главу

В столице очень хорошо развивалось церковное искусство. Особенной славой пользовались мастера по литью колоколов и пушек.

Заметный интерес современных экскурсантов привлекает к себе величайший в мире Царь-колокол, отлитый в Москве в 1733 году колокольных дел мастером Иваном Федоровым Моториным и его сыном. В состав металла частично вошли расплавленные остатки колокола, вылитого при царе Алексее Михайловиче и поврежденного в пожаре 1701 года.

На Царь-колоколе есть рельефные изображения этого царя (отца Петра Первого) и императрицы Анны Иоанновны. Над ними — лики Спасителя, Богородицы, Иоанна Предтечи, святого апостола Петра и пророчицы Анны.

Для поднятия колокола на колокольню над ямою, в которой был отлит и лежал на железной решетке Царь-колокол, была возведена специальная деревянная постройка. Но в большой московский Троицкий пожар (29 мая 1737 года) эта постройка загорелась. Колокол раскалился. От него откололся большой кусок: из-за резкого перепада температур при обильной поливке водой в пожаре. Здесь надо отметить неопытность поливавших, потому что русские в старину не использовали воду на пожарах. Они не имели в этом деле достаточной практики и во время загорания уменьшить буйство огня никак не пытались. Обыватели не тушили пламя, а лишь не давали ему распространяться вширь, спасая соседние постройки и добро методом разрушения и удаления их от огня (поэтому у русского поселянина признаком принадлежности к пожарной дружине служил подвешенный за пояс топор). Из сохранившихся бревен сооружались обновленные постройки — вот в этом-то деле москвичи весьма искусно преуспевали. Растащили, построили. В следующий пожар — те же действия. Говаривали: «Шей да пори — не будет пустой поры».

Видимо, из-за недостатка подготовки жителей и спасательных средств Москва очень часто подвергалась действию разрушительной стихии. Историки-исследователи в своих рассуждениях редко обходятся без фразы, ставшей в их обиходе крылатой, которую повторю и я: «История Москвы есть история пожаров»…

Но вернемся к нашему чудесному Царь-колоколу.

После той неудачной встречи холодной воды с раскаленным металлом колокола гигант оставался очень долго в земле — 103 года. И только по повелению императора Николая Павловича 23 июля 1836 года Царь-колокол был поднят из земли трудами москвичей (по проекту французского инженера Монферрана) и поставлен на гранитный пьедестал у подножия колокольни Ивана Великого. К нему был приставлен отбитый от монолита кусок. По преданию, находящийся здесь же язык колокола принадлежал другому подобному творению литейщиков.

Приезжающих в Россию иностранцев удивляет, что во время церковного колокольного звона звучание обеспечивает звонарь, раскачивающий язык колокола. Сам же колокол имеет свободную подвеску и не оснащен никаким механизмом для движения (в отличие от западно-европейских).

Получилось так, что в Царь-колокол никто никогда не звонил. Как, впрочем, и в его соседку, Царь-пушку, никто никогда не закладывал ядер для боевой стрельбы.

Царь-пушка, или «Дробовик Российский» по-старинному, замечательна по величине, а также — своей изящной красивой отделкой.

«Слита бысть сия пушка в преименитом царствующем граде Москве лета 7094Делал пушку пушечный литец Ондрей Чохов» — из надписи на пушке. Поскольку в 1700 году Петр Первый ввел на Руси европейское летоисчисление от рождения Иисуса Христа, то старый 7094 год русского календаря от Сотворения мира соответствует современному 1586-му.

На дульной части пушки находится конное барельефное изображение царя Федора Иоанновича. Государь сидит верхом в полном царском наряде со скипетром в руке и в венце на голове (в подобных венцах рисовались святые).

Царь-пушка не была предназначена для боя, так как, несмотря на толщину ее стен и видимую крепость, она не выдержала бы очень сильного напора внутренних газов и разорвалась бы. Идея создания такого колоссального орудия возникла у правившего Федора Иоанновича, скорее всего, как обыкновенное стремление любого русского ко всему великому, грандиозному — по возможностям нашей нации. Три параметра этой пушки производят удивительное впечатление: вес — 40 тонн, длина — 5 метров 34 сантиметра, наружный диаметр ствола — 120 сантиметров.

Гигантские творения никак не свидетельствуют об агрессивности русских и их непременном настроении на воинствующий лад. По своему духу мы чрезвычайно миролюбивы, созидательны, и творения своих предшественников представляем как монументальные образцы талантливого рукоделия и мастерства.