— Ну хорошо, а что дальше? — спросил я, стараясь подавить голод и есть как можно медленнее.
— Однажды я приехала к ней в гости, а потом, на обратном пути, познакомилась в самолете с итальянским бизнесменом русского происхождения. Кстати, — тут она взглянула на меня с таким выражением, которое я сначала принял за нежность, и лишь много позже убедился в своей дьявольской ошибке, — он похож на тебя.
— Это комплимент мне или бизнесмену?
— Понимай, как хочешь. Тем более, что именно ты меня предал, толкнув в его объятия!
Хорошо, что в этот момент я уже все прожевал, иначе бы не избежать громкого покашливания и нежного похлопывания по спине. Интересно, она сама стала бы меня хлопать или подозвала бы официанта?
— Каким образом я ухитрился сделать такую гнусную вещь?
— А сам разве не помнишь?
— Я не могу помнить того, чего не было!
— Да? А кто отказался дать мне взаймы, когда я об этом просила? Кто повел себя так, словно я была продажной шлюхой? Скажешь, не ты?
— А… ты имеешь в виду наш последний разговор?
— Именно. Это у него я взяла взаймы еще там, в самолете, и пообещала отдать, как только он соберется лететь обратно.
— Однако он доверчивее, чем я, — нельзя было не съязвить по этому поводу.
— И намного порядочнее!
Против такого заявления я не стал возражать, но лишь потому, что хотел услышать продолжение.
— Так что же было дальше?
— А дальше я обзвонила всех, кого могла, и хотела даже попросить мужа, но его в тот момент не было дома. Короче, денег мне собрать так и не удалось, поэтому я позвонила Марио и честно обо всем рассказала.
— Ну и?
— Он предложил мне приехать к нему в гостиницу и спокойно все обсудить.
— И ты поехала?
— А что мне оставалось делать?
И ведь всего минуту назад возмутилась по поводу «продажной шлюхи»! О, милая женская логика!
— Ну и о чем вы с ним договорились?
— А сам не догадываешься?
— Не хочу предвосхищать события.
— Правильно делаешь. Он предложил мне выйти за него замуж.
— До или после?
— Какая разница? — раздраженно спросила она, прикуривая сигарету. По этому раздражению — скорее всего, наигранному — я понял, что «после».
— И муж дал тебе развод?
— А как он мог не дать? Конечно, дал. Не сразу, правда… через полгода, но все равно дал. Я вышла за Марио и уехала в Италию. Теперь мы с сестрой живем всего в ста километрах друг от друга — я неподалеку от Флоренции, она — в пригороде Болоньи.
— А Мичуринск вспоминаете?
Она расхохоталась.
— Нет, ты совсем не изменился! Но я очень рада, что тебя встретила. Давай еще выпьем.
Мы выпили, и я, глядя в ее чудные зеленые глаза, вдруг увидел московский асфальт, залитый свежей человеческой кровью, горящие троллейбусы и БТР, отчаянно пытающийся вырваться из тоннеля. В какое необыкновенное время мы живем! И какой простор для писателя, какие необыкновенные контрасты, сюжеты, ассоциации!
— О чем задумался, писатель?
— О новом сюжете.
— А я там буду участвовать?
— Обязательно. Можно сказать, уже участвуешь.
— Как интересно!
Странно, но она становилась все более лукавой и все коварнее блестели ее знаменитые кошачьи глаза. Тут бы мне и насторожиться, да где там — дорогой ресторан, общество красивой женщины, интересные воспоминания и не менее интересные перспективы… Впрочем, о чем это я?
— А в Венеции ты еще долго пробудешь?
Я пожал плечами.
— Да вообще-то уже сегодня собирался уехать в Рим.
— Поехали со мной.
— Куда?
— Во Флоренцию. Я там живу, наша вилла находится в двадцати километрах от города. Полчаса от вокзала Санта-Мария-Новелла.