Решила, что Кир либо где-то в других помещениях, либо его вовсе нет в клубе.
Первые десять минут прошли активно. Я даже начала расслабляться, убегая от своих проблем и грызущей меня совести. Вспомнились слова Кира о том, что я та еще трусиха.
Возможно, парень прав. Но только возможно.
– Кирюша! Ты обещал заняться мной вчера! – женский излишне громкий голос заставил обернуться.
Пчелкин собственной персоной вошел в зал. А я сжала челюсть до хруста.
Какого, спрашивается, лешего, на нем эта чертова майка, которая открывает весь рельеф мышц?! Теперь, разумеется, понятна прыть дамочки!
– Извините, у меня вчера был выходной, – спокойно пробасил Кир, даже не взглянув в мою сторону.
Я решила поступить так же. Отвернулась, продолжила упражнение. Но громкий женский смех в ответ на каждое спокойное замечание или пояснение Грома, произнесенное густым, бархатистым голосом, меня злил настолько, что хотелось увеличить скорость движения. Что я и сделала. Но немного не рассчитала, оступилась неуклюже. И позорно улетела, еще и больно ударилась ногой о тренажер. Хорошо, что не лицом! И на том спасибо, господи!
Я чувствовала себя глупо, ужасно, и готова была разрыдаться от стыда.
Даже не открывая глаз, знала, что Кир рядом.
– Ну что же вы так неаккуратно? – раздался над головой все тот же противный женский голос, хозяйку которого так и хотелось придушить.
Кир молча поднял меня на руки и понес куда-то. Дамочку, которая ринулась следом с томным «Кирюша!», Пчелкин пригвоздил к месту коротким:
– Продолжайте с Владом.
Я бросила короткий взгляд на Влада, который не очень обрадовался такой «подставе» со стороны новичка, но промолчал. С готовностью принялся беседовать с мадам.
А я все так же хранила молчание. Да и Гром не торопился что-то говорить.
Я уже несколько раз была в кабинете, в котором хранилось все необходимое для оказания первой медицинской помощи. И поняла, что Кир тащит меня именно туда.
С одной стороны это пугало. Я точно знала, что посторонних там нет. Да и сам персонал не очень много времени проводит в этой комнатушке, пусть и просторной, с мягким диваном и кушеткой.
С другой, я с любопытством и нетерпением ждала, как именно будут развиваться события. Не может же Кир вечно молчать. Да и мне, признаться, хотелось начать разговор с ним. Я не собиралась признаваться себе, но да, я скучала по парню. Путь мы и виделись всего лишь вчера.
– Чем приложилась? – нарушил молчание Кирилл, как только усадил меня на кушетку.
– Да нормально все, – фыркнула я, не собиралась признаваться, что, вероятнее всего, потянула ногу при падении.
Пчелкин, кажется, был рожден с радаром вместо глаз. Просканировав меня взглядом, отвернулся. Через секунду принес лед, стащил мой кроссовок, осмотрел лодыжку вопреки моим уговорам и попыткам выдернуть ногу из захвата крепких пальцев.
– Сиди смирно! – бросил отрывисто.
Парень устроил мою поврежденную конечность на кушетке, обложил льдом, а сам принялся рассматривать полку с препаратами. Я не сомневалась, что Кир в курсе, какой именно мазью или гелем можно снять отек. Я точно знала, что Гром давно занимался спортом, а ушибы, ссадины и синяки были его вечными спутниками.
Но то, как спокойно, собранно и уверенно действовал парень, наталкивало на мысли, что мне пора извиниться. Я была не права. Да и Кир еще месяц назад окончил школу, так что, да, я перегнула.
Глава 12
Я не знала, как начать разговор. Между нами все было зыбко и неясно. Да, меня тянуло к этому парню, но я всеми силами старалась остановить тот стремительный ураган, что бушевал в моем сердце.
Мне казалось, что я поступаю неправильно. «Подставляю» Кира. Понимала, что отец не обрадуется, когда узнает о нашей с Киром связи.
Но сердце начинало глухо колотиться о ребра, стоило Грому оказаться в опасной близости от меня.
Нужно что-то решить. Обязательно нужно.
– Послушай, Кирилл, – начала я, когда парень закончил наносить охлаждающий гель на мою пострадавшую ногу. – Нам нужно поговорить.
– Слушаю. Говори, – отстраненно произнес Гром, убрал тюбик обратно в шкаф, вымыл руки в небольшой раковине у стены.
Я замолчала, устремив взор на широкие мужские плечи, на мышцы, проступившие под майкой. Тонкая ткань натянулась, и я поняла, что никогда не изучала Кира вот так, пристально, открыто, с интересом.
Для меня Гром всегда был мелким мальчишкой, другом, но стоило дважды переспать с ним, как все кардинально изменилось. Я стала вдруг иначе реагировать на него.
Во мне проснулась женственность, которая раньше, если и не спала мертвым сном, то частенько не подавала признаков жизни. Сейчас мое тело вдруг начало остро реагировать на присутствие парня рядом. Более того, меня заводило каждое его движение, голос, смех и даже аромат лосьона после бритья.