— Что с их любимицей так устроилось! — шепнул мне настоятель Ухон.
Я обводила глазами, полными слез, зал.
Лицо отца мелко подрагивало. Хотя-то ему это не должно было быть уже неожиданностью! После того то, что ему рассказал Конт и донесли слуги! Наверно такого наслушался!
Мои тэйвонту оба показывали мне большие пальцы, мол, класс.
Подруга Ришка широко открыла свои глаза, когда до этой верблюдихи наконец все дошло, а следом раскрылся рот, готовясь завизжать от восторга… Я показала ей кулак, но радостный визг ее покрыл пол города. В этом добром начинании ее поддержали еще несколько девчонок…
Лицо Абако было откровенно расстроенным, и он смотрел на принца неприкрыто агрессивно. Но я-то видела, что он-то немножечко волновался и за меня. Уж он-то устроил бы настоящую торжественную свадьбу, а не цирк. Как можно так не уважать Ее? И это было мне, такая уж женская душа, несказанно приятно. При живом-то муже…
— Пред Богом и людьми Маэ — моя жена! — обнимая меня, все-таки сказал, наконец, принц… Но его мало кто услышал из-за суетни и шума, кроме той, для которой это, наверное, предназначалось…
Я благодарно улыбнулась ему сквозь слезы, подняв глаза.
— Ну как тебе понравился мой тарарам?! — хвастливо спросил он, жадно целуя меня. — Хотел погромче бахнуть.
— Кого-то бахнуть здорово бы, за мои мученья! — спотыкаясь, счастливо выговорила я.
— Зато острее наслажденье. И буйство чувств твоих ко мне, — не мудрствуя, выпалил он разве что не стихами. В рифму!
Я как-то даже не могла на него сейчас рассердиться.
Старшая сестра смотрела на меня чуть обиженно — почему я ей ничего не сказала?! Она, как дура, расписывала достоинства принца, а тут под боком уже росла юная хулиганистая его копия женского пола… Но в целом, она была за меня рада. Только показала жестами, что не помешало бы выпороть меня.
А почему не принца?!?
Люди кричали ура.
И еще смотрели на нас.
А я еще сквозь пелену слез видела сотни лиц — ошарашенных, удивленных, изумленных, радостных, улыбающихся мне, завидующих, посылающих воздушные поцелуи, подмигивающих и выставляющих большие пальцы рук…
Светало…
Но снова крик разорвал мой сон. Конечно, муж, постарался!
— Савитри, стой! — предупреждающе крикнул Лан, перекрыв шум… Так, что окружающие вздрогнули.
Савитри, уползшая под шумок, пока тэйвонту на долю секунды замешкались, трудолюбиво добивала знатного соперника Лана. Я немного злорадно подозревала, что авторитет отца в ее глазах сильно подупал, раз он не сумел с одного удара убить какого-то проходимца. Что поделаешь — влияние, среда. И та теперь обстоятельно (родителей же не выбирают!) исправляла упущение, случившееся в семейной чести.
Просто счастье, что отец остановил ее в момент выстрела. Просто ноги людей почти полностью закрывали ворочающееся по полу тело от нее, иначе она мгновенно бы выстрелила в любой открывшийся просвет. Реакция ее была моментальной.
Как ни странно, она мгновенно подчинилась отцу. А то! Она вообще девочка послушная! Злые языки говорили, что та слушается только себя, и то только по праздникам. Но то была злая неправда. Когда мама говорила — Пригнись! — она мгновенно пригибалась. Когда ее тэйвонту говорил — Враг справа, атакует! — она мгновенно стреляла, откатываясь. Когда кто-то кричал — Савитри, сзади! — она мгновенно пригибалась и реагировала, не капризничая…
Весь зал был потрясен этим событием. Все на своем опыте знали, что повлиять на Савитри могла только мама (в пределах разумного), а даже родной дед и правящий принц Енакиенбургский об этом мог только мечтать. Не говоря уже о собственных тэйвонту.
Это действительно чудесное событие так сразило присутствующих, что они забыли предшествующее этому "бракообъявление". Так и стояли с открытыми ртами. Даже тэйвонту. Савитри мгновенно подчинилась чужаку!!! Даже тэйвонту, проведшие с ней пол ее жизни в первый раз в жизни были шокированы!
А не надо быть шокированными, потому что принц еще не все, приготовленное на сегодня, выполнил. Главный сюрприз он оставил напоследок.
И вот уж как бахнул, так бахнул. Что у всего Дивенора искры из глаз посыпались!
И пошло…
Это было так: пока все они еще переваривали подчинение Савитри, Лан, в полной тишине, на всю залу во всеуслышание жестко и безжалостно, чтоб ее услышали все, угрожающе выплюнул угрозу:
— И я, еще, клянусь, найду и сниму шкуру с тех, кто пытался убить не только мою жену, но и мою Дочь и наследницу, Савитри!!!
Я вздрогнула и подняла на него счастливые глаза. Дочь и Наследницу!