Выбрать главу

Вот почему стук в дверь прозвучал так громко.

— Приветики! — В комнату  с дурацким приветствием влетела Юи Юигахама. Я с трудом оторвал взгляд от обнажённых ног под короткой юбкой, но он тут же упёрся в её изрядно открытую блузку. Нет, всё-таки она действительно натуральная шлюха.

Юкиносита подняла глаза, глубоко вздохнула и пробормотала, — …и чего тебе надо?

— А? Мне что, здесь не рады?.. Это, Юкиносита… Ты меня ненавидишь? — Плечи Юигахамы затряслись.

Юкиосита снова вздохнула, словно размышляя над ответом. Потом спокойно заявила, — Да не то чтобы ненавижу… Просто с тобой сложно иметь дело.

— Когда девушка говорит  такое, это значит, что ненавидит!

Естественно, она не хотела, чтобы её ненавидели. Хоть она и выглядит как шлюха, но реакции у неё как у обычной девушки.

— Так что тебе надо?

— Ты в курсе, как я в готовке в последнее время?

— Нет, впервые слышу.

— Ну, я тут в качестве благодарности печенек напекла…

Юкиносита побледнела. При одной мысли о готовке Юигахамы сразу приходит в голову нечто, смахивающее на чёрную железную руду.

Даже меня передёрнуло, стоило лишь вспомнить её творения.

— Благодарю, но я сыта. Достаточно будет простого «спасибо». — Наверно, аппетит Юкиноситы пропал при одном упоминании печенек Юигахамы. Хотя по доброте своей вслух она этого не сказала.

Не обращая внимания на отказ, Юигахама выдернула из сумки шуршащий полиэтиленовый пакетик. Наверняка подгоревшее печенье в красивой упаковке.

— Попробуй, тебе понравится! А в следующий раз, глядишь, и обедик смастрячу. Кстати, Юкинон, давай вместе обедать.

— Нет, спасибо, я предпочитаю есть в одиночестве… И пожалуйста, не зови меня Юкинон, это отвратительно.

— Быть того не может! Ты что, одиночка? Юкинон, а где ты обычно обедаешь?

— Здесь, в клубе, но… Эй, ты вообще меня слушаешь?

— Ага, тогда… Я после уроков свободна, так что буду помогать вам в клубе. Ну, понимаешь, вроде… я возвращаю должок? Да, возвращаю должок, так что не беспокойтесь.

— …Ты меня слушаешь? — Юкиносита явно потеряла нить разговора. И посмотрела на меня, словно говоря «Да сделай же с ней что-нибудь».

Щаз, только шнурки поглажу… Ты вечно надо мной издеваешься, даже за сок, что я для тебя купил, не заплатила… И она твоя подруга.

Честно говоря, Юкиносита действительно искренне озаботилась проблемой Юигахамы, вот почему та так старается вернуть должок. А значит, Юкиносита может и обязана принять благодарность.

Тут лучше не встревать, так что я захлопнул книгу и поднялся. Тихо пробормотал «Пока…», чтобы они не услышали, и двинулся на выход.

— Эй, Хикки!

Я развернулся и рефлекторно поймал что-то чёрное, летящее прямо мне в лицо.

— Ты тоже помогал, так что и тебе спасибо.

Что-то чёрное в форме сердечка… Страшно. Но раз она решила отблагодарить меня, приму.

Да, и не зови меня Хикки.

Глава 4. А в классе всё идёт хорошо

Прозвучал звонок с четвёртого урока, вызвав у всех вздох облегчения. Одни побежали в буфет, другие полезли в столы за бенто, прочие разбрелись по другим классам.

Обычная суета большой перемены в классе 11-F.

Сегодня шёл дождь, так что я остался без своего любимого места для обеда. Оно у меня замечательное, но не под дождём.

Выбора не было, пришлось жевать свои бутерброды из круглосуточного прямо в классе.

Хорошо было бы в такой дождливый день почитать за обедом книжку или мангу, но все мои книжки остались дома. Может, следовало бы сгонять за ними на прошлой перемене…

Но поезд уже ушёл. Кажется, по-японски это называется «ato no matsuri». После драки кулаками… Нет, нет, должно быть «matsuri no ato»!

Так скучно, что я уже сам с собой комедийные сценки разыгрываю.

Знаете… Я себя контролирую, но когда много времени проводишь в одиночестве, такое само собой получается.

Когда ты сидишь дома один, ты всё чаще и чаще сам с собой разговариваешь. Потом начинаешь петь. Потом приходит твоя младшая сестра, а ты «MOTTO! MО… упс, привет». Сколько раз такое было. Но в классе я не пою.

И в результате частенько задумываюсь о многом.

В каком-то смысле одиночки — мастера размышлять. Говорят, что человек — это слабое животное, но он ещё и думающее животное. И сам не замечаешь, как начинаешь о чём-то размышлять. И задумываются одиночки глубже прочих, потому что мыслями с окружающими не делятся. Нейронные цепочки в наших одиноких мозгах позволяют нам думать иначе, чем думают обычные люди. И порой в голову нам приходят идеи, которые другим и не снились.

Очень сложно выразить неимоверное количество вселенской информации через речь. Это как компьютер — сравните время на загрузку огромного массива информации на сервер и на отправку мэйла. Это единственное, почему одиночки не сильны в общении.