В последнее время её на удивление перестало занимать мнение отца и Лиз, а потому она не боялась своего разоблачения. «Хоть в чём-то я впереди!» — успокаивающе думала про себя Владлена, правда, той уверенности, которую она ждала, самовнушение не приносило.
Уже поздно вечером Владлена вышла на крыльцо дома. Она подняла вверх голову — на удивление хорошо было видно звёздное небо. Девушка слышала приглушённые голоса, доносившиеся со второго этажа из комнаты Мари, которая теперь стала детской малышки Анны.
Дэниел и Элизабет души не чаяли в этом прелестном создании. Каждую секунду общения с крохой и отец, и мать малышки вспоминали о Мари благодаря русым волосикам и серым глазкам Анны. Это был тихий и поразительно улыбчивый ребёнок, которого начинали любить с первого взгляда. И только Владлена лишь содрогалась при мысли о самой младшей сестрёнке. Несмотря на ангельскую внешность Анны, Влади видела в ней лишь Аниту.
Владлена вздохнула и села на ступеньки крыльца. Лёгкий ветер шевелил зелень раскидистых кустов. Изредка проезжали автомобили, освещая светлые стены дома № 19 по Уэйт-стрит. И вдруг из-за кустов вышла бродяжка. Она шла, сильно качаясь на стоптанных ботинках и то и дело проверяя содержимое авоськи. С одной стороны, Владлене было омерзительно, что женщина, ровесница Элизабет, может пребывать в столь непотребном виде, но с другой стороны, что-то заставляло её и дальше наблюдать за действиями женщины. Дамочка приостановилась у почтового ящика Курт, щёлкнула по нему пальцем, поцокала к чему-то языком, повернулась испитым лицом вправо и вздрогнула: её угрюмо рассматривала длинноволосая брюнетка, явно являвшаяся хозяйкой этого дома.
— Не найдётся, чем смочить горло? — криво улыбнулась бродяжка.
Владлена уже подбирала в голове наиболее крепкие выражения, чтобы прогнать её, как внезапно на мгновение онемела, подхваченная внезапной мыслью.
— Да, пожалуй, найдётся. — Негромко проговорила Влади. — Пройдём? — и она указала на приоткрытую входную дверь. Владлена ничем не рисковала: она знала наверняка, что ни Дэниел, ни Элизабет вниз сегодня уже не спустятся.
Бродяжка сглотнула комок в горле, поправила на себе лохмотья и решительно направилась в сторону дома № 19. Едва нищенка переступила порог, она тихо ойкнула, словно всем своим видом спрашивая: «Не запачкаю ли я здесь чего-нибудь?» и «Так ли просто меня отсюда отпустят?». Владлена уверенным шагом вела женщину к столовой, где в баре наверняка находился не один литр всевозможных спиртных напитков, которые без меры дарили Дэниелу благодарные клиенты. Девушка невозмутимо достала из бара бутылку водки, открыла её и налила прозрачную жидкость в бокал для красного вина.
— А ты? — спросила бродяжка. — Я не алкоголичка, чтоб пить в одиночестве!
«Сомневаюсь!» — подумала Влади и тоже налила себе водки, правда гораздо меньше и на ходу превратив её в воду. Ей почему-то даже в голову не пришло предложить закуску.
— Ну, твоё здоровье! — шмыгнула носом гостья и вылакала почти целый стакан, в три мощных глотка.
Влади с тенью интереса посмотрела на неё.
— Как тебя звать?
— Фифи, — моргая кроличьими глазками, ответила та.
— Оригинально! — усмехнулась Владлена.
— Вообще-то меня зовут Джозефина, — заметила Фифи и заметно окрепшей рукой уже сама налила хорошую порцию водки, причём только себе.
— Царское имя, — протянула брюнетка с обречённостью понимая, что бутылки надолго не хватит.
— Мда… — Фифи причмокнула и легко улыбнулась, обнажив кошмар дантиста. — Дедок, сукин сын, меня так назвал… Э-эх… Хорошее было время… хороший у меня предок был…
Владлена невольно отметила, что вторая порция алкоголя развязала бродяжке язык и разгорячила и без того расшатанные нервы.
— …Ну а я ему и говорю: что, брат, выгнали со свалки, меня теперь хочешь из моего подвала вытурить… Слушай, милая, у тебя прикурить не будет?