- Да, если есть, что пить, - улыбнулся Мейсон.
Судья не увидел в замечании ничего смешного. Он оценивающе посмотрел на Мейсона.
- У него было, что пить, и в достатке.
- Если не ошибаюсь, он работает здесь шофером? - спросил адвокат.
- Да.
- А он разве никуда не собирался? Нортон же велел ему завести одну из машин и отправиться по поручению?
- Если я все правильно понял, - сказал судья, - то произошло следующее: Нортон хотел, чтобы его секретарь забрал в доме мистера Кринстона какие-то бумаги, а шоферу требовалось потом заехать за секретарем.
Мейсон внимательно посмотрел на судью.
- Давайте попробуем разобраться, как все произошло. Нортон попросил у вас разрешения отправить Грейвса в вашей машине, не так ли?
- Да. Нортон обратился не ко мне, а к мистеру Кринстону. Я, конечно, слышал его просьбу, сидя в машине. Он крикнул из окна.
- Давайте воспроизведем ход событий, начиная с того момента, предложил Мейсон. - Грейвс спустился вниз, чтобы присоединиться к вам двоим. Разумно предположить, что затем Нортон позвал шофера. Возможно, он просто велел ему подняться в кабинет. На это ушла бы минута-две.
- Правильно, - устало согласился судья. - Но, простите, господин адвокат, я не думаю, что мы что-нибудь выясним, воспроизводя таким образом ход событий.
- Я просто пытаюсь уточнить, сколько у них было времени, чтобы поссориться.
- Что вы имеете в виду? - внезапно заинтересовался судья Пурлей.
- Если преступление было совершено к тому моменту, когда вы оказались на возвышенности, и если за это время Нортон вызвал шофера и произошла ссора, то она, в таком случае, была не мгновенной, а давнишней, - высказал свое мнение Мейсон.
- Совсем необязательно. Ссора могла начаться прямо в кабинете. Фактически, разумно ли предполагать, что Нортон оставил бы Девоэ у себя, если бы у них были какие-нибудь нелады?
У Мейсона заблестели глаза.
- В таком случае вы должны согласиться, что возможности на долгое обдумывание не было.
Судья Пурлей в удивлении посмотрел на адвоката.
- К чему вы клоните?
- Ни к чему, - ничего не выражающим тоном ответил Мейсон.
- С точки зрения закона, - сообщил судья Пурлей таким тоном, словно выносил приговор, - для предумышления не требуется никакого отрезка времени. Мгновенное предумышление - это все, что нужно для того, чтобы считать преступление убийством первой степени.
- А теперь давайте посмотрим на дело под другим углом. Насколько я понимаю, одно из окон было открыто и под ним обнаружили следы, не так ли? - продолжал Мейсон. - Это означает, что в дом проник вор-взломщик.
- Все это было подстроено, - сообщил судья Пурлей. - Полиция уже разобралась с этим вопросом.
- Вот именно. Но ведь для того, чтобы подготовить улики требовалось время. Я хочу сказать, что нет доказательств, указывающих, когда следы появились под окном - до совершения убийства или после. Полиция склоняется к теории, что после. Но ведь нельзя исключать возможность, что они оказались там до убийства.
Судья Пурлей наблюдал за адвокатом сквозь голубой сигарный дым. Он в задумчивости нахмурил лоб.
- В таком случае не имеет значения тот факт, что Нортон послал за шофером, - сделал вывод судья. - Шофер уже дожидался нашего отъезда, чтобы войти к Нортону в кабинет.
- Теперь вы начинаете улавливать суть дела, - заметил Перри Мейсон.
Судья Пурлей уставился на кончик сигары.
- Вы были в комнате, где произошло убийство? - тихим голосом спросил адвокат.
- Да. Они позволили мне осмотреть ее.
- Тогда, если я могу вас об этом спросить, не заметили ли вы чего-нибудь необычного? - поинтересовался Мейсон.
По судье Пурлею было заметно, что вопрос принес ему огромное удовлетворение. Он откинулся в кресле и заговорил медленно, отчетливо произнося каждое слово, периодически жестикулируя сигарой.
- Удар по голове нанесли сзади, очевидно, когда Нортон сидел за письменным столом. Он упал вперед, лицом на стол и не сделал после этого ни единого движения. Слева от него стоял телефон. На письменном столе были разбросаны какие-то бумаги, лежали конверт, чистый лист и страховой полис на украденную машину.
- Значит, пропавшая машина была застрахована?
- Конечно. Это естественно.
- Вы уверены, что это страховой полис на украденную машину?
- Да, я его проверил, впрочем, и полиция сделала то же самое. Полис на бьюик, заводской номер совпал. Страховка охватывала все случаи.
- Вы знали Эдварда Нортона при жизни, господин судья? поинтересовался Мейсон.
- Нет, никогда его раньше не видел. Я хорошо знаком с мистером Кринстоном, партнером мистера Нортона. Мистер Кринстон столько раз рассказывал мне о нем и его странностях, что у меня даже появилось чувство, что я знаю его лично. Но я его никогда не видел. Сойтись с мистером Нортоном, насколько мне известно, было практически невозможно, а деловых отношений между нами не было.
Внезапно Мейсон резко повернулся к судье Пурлею.
- Господин судья, Эдварда Нортона убили не в результате ссоры, заявил адвокат.
- Вы снова возвращаетесь к временному фактору? Что времени на ссору не оставалось?
- Частично. Девоэ не успел бы подняться в кабинет, поссориться с Нортоном и довести себя до такого состояния, чтобы схватиться за трость. Более того, подстроенные улики имели целью перевести подозрение на воров-взломщиков, убивших с целью кражи.
Судья Пурлей неуютно заерзал в кресле. В нем шла внутрення борьба: поделиться с Мейсоном информацией, или воздержаться. Адвокат следил за ним, словно ястреб, который кружит над склоном горы в поисках добычи.
- Я должен сказать, господин адвокат, - наконец заговорил судья Пурлей, - что вы очень логично рассуждаете. Мне, наверное, не следует упоминать то, что я сейчас вам открою, но, поскольку вы уже так много знаете, вреда не будет, если я подтвержу ваши подозрения или, лучше сказать, ваши умозаключения.
- Значит, мотивом была кража?
- Да, - кивнул судья.