Выбрать главу

— Пижон московский! Вырядился! — прохрипел он, смачно сплюнув, и выстрелил еще несколько раз прямо в лицо.

Девушка торопливо шла обратно к машине. Ей хотелось поскорее покинуть это ужасное место, где пахло смертью.

— Не спеши, красавица! — окликнул ее Бык. Сонька замерла возле автомобиля, плохое предчувствие холодной скользкой змейкой обвило сердце Соньки. Она повернулась и уставилась на ликвидаторов. Хворый виновато опустил глаза.

— Он обманул меня, да? — безысходно произнесла она дрожащим голосом. — Значит, все это было зря…

Ей вдруг неистово захотелось жить! Она стремительно бросилась с дороги прямо в дебри леса, бежала со всех ног, огибая деревья. Ликвидаторы начали стрелять. Сонька почувствовала, как что-то обожгло руку, увидев, что ее кисть превратилась в кровавое месиво, начала терять сознание. Выстрелы стихли. Солнце пробивалось сквозь листву деревьев и падало ей на лицо, пели птицы, и это было так сказочно красиво, что умирать совсем не хотелось…

— Иди, проверь! Вдруг не сдохла?! — процедил Бык, после чего добавил: — И выстрели этой чекистской шлюхе в рожу!

Хворый с сожалением и восхищением смотрел на бледное лицо с крапинками крови. Он нацелил пистолет, но рука дрогнула, мужчина не мог себе позволить надругаться над такой красотой. Он все же выстрелил, но рядом с ее головой, после чего поспешил вернуться к машине.

— Колченогий сказал закапать ее, — вяло протянул Бык.

— В лесу полно волков — обглодают. Ее все равно никто не найдет в этой глуши, — отмахнулся Хворый и получил одобрительный взгляд. Ликвидаторы поторопились вернуться в город, сказав шоферу, чтобы тот отвез их в ресторан, потому что они очень проголодались.

Варфаламееву показалось странным, что звуки выстрелов были на улице. Василий был крепкого телосложения и возможно смог выбраться из дома, а на природе ему выдали дополнительную порцию свинца. Когда шум мотора стих, он выбрался из своего укрытия и осторожно продвигался к дому, на всякий случай, прячась за деревья. Он не сразу заметил Соньку — ее тело лежало в противоположной стороне. Нестерпимая обида прорезала его грудь, молодой мужчина вдруг закричал громко, отчаянно, ему хотелось выплюнуть обжигающую боль наружу.

Глава 22

Влюбленная женщина

Царь получил уведомление, что вопрос с гостем из столицы — чекистом — решен. Все пошло по-прежнему. О Соньке никто не вспоминал. Мэри не скрывала, что чувствовала облегчение. Она вдруг полюбила старую усадьбу, и размеры этого симпатичного дома ее больше не пугали.

— Мне кажется, ее надо освежить. Вдохнуть в нее новую жизнь! — важничала она, прогуливаясь с Колченогим по парку. Он не видел вдохновленного лица женщины, которая управляла его коляской. Мэри радовалась своей идее, словно дитя сладостям.

— Картины, мебель… Нужно поменять все! — не унималась Мэри. — И, кстати, я бы подумала на твоем месте об охране!

— Ты боишься?

— Нет!

— Разве твоих людей в доме не достаточно?

— Их всего шесть, — пожала плечами Мэри, задумавшись.

— Семь. Вместе с Ромео.

Коляска остановилась, и через мгновение Мэри выросла перед ним, как гриб после обильного дождя. Она смотрела на него чуть насмешливо, небрежно уточнив:

— Ты говоришь о Фомке?

Колченогий промолчал.

— Я тебе уже говорила, Сережа, Фомка для меня, как ребенок.

— Но дети вырастают! — не унимался мужчина, нервы которого щекотала ревность.

Она немного помолчала, потом в ее взгляде появились хитрые искры, и по-девичьи озорно Мэри бросилась прочь по дорожке между деревьями.

— Вернись коварная женщина! — окликнул он притворно строго, но ответом был ее веселый смех.

Колченогий с удовольствием наблюдал, как она дурачится, собирая васильки, узнавая в ней беспечную Марусю из далекого прошлого.

— Они такие красивые! — крикнула она, помахав ему маленьким букетом.

Обновление усадьбы было в самом разгаре, по распоряжению властной женщины ее команда тоже подключилась к ремонтным работам. Нельзя сказать, что они были довольны. Слух, что в доме Колченогого трудятся немые работяги, быстро разлетелся среди его людей и над ними начали подтрунивать. История о ярком представлении с языком уже забывалась, шумиха утихла. Все знали, что почти месяц команда Мэри не выезжает «гастролировать». Шутили даже, что Мэри стала домашней курочкой при Колченогом и скоро понесет яйца.

— Слушай, мне бы людей надежных, неболтливых, — сказал как-то один шулер сидящим за столом членам банды Мэри. Один из вечеров они коротали в питейной, очень популярной среди местных бандитов. — Ремонт затеял! Ищу слаженную команду!